525 цитат про «тюрьма» от великих людей

Собрали 525 цитат на тему «тюрьма» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   «Чешежопица» – состояние вечной растерянности и надорванности во всем существе. И разговор при этом получается сам с собой. В него вплетаются мысли, откровения, прозрения, крики, стоны, любовь. Где-то там, далеко папа, мама, луга, поля, пирожки с ливером, а близко – запах хлорофоса, шубные набрызги стен, преображающиеся в видения, ползущие вши, уколы мандавошек, слякоть мокриц, пачки филок, кровь. «Вся жизнь моя – чешежопица» – вздыхает отпетый человек.

   «Чешежопица» – состояние вечной растерянности и надорванности во всем существе. И разговор при этом получается сам с собой. В него вплетаются мысли, откровения, прозрения, крики, стоны, любовь. Где-то там, далеко папа, мама, луга, поля, пирожки с ливером, а близко – запах хлорофоса, шубные набрызги стен, преображающиеся в видения, ползущие вши, уколы мандавошек, слякоть мокриц, пачки филок, кровь. «Вся жизнь моя – чешежопица» – вздыхает отпетый человек.

   — Вячеслав Майер · книга
2. «

   — Нормальные люди убегают отсюда! — Ситуация вообще ненормальная!

   — Нормальные люди убегают отсюда! — Ситуация вообще ненормальная!

   — Пайпер Холливелл · сериал
3. «

   Иногда этот тяжёлый тюремный сон прерывался нечеловеческим, звериным воем. От него стыла кровь, леденело нутро. Крик нёсся из того же забетонированного подземелья. Где-то рядом мучили арестованного. Он мог быть виновным, мог не быть. Что это меняло? Истязали живого человека. Вой и чужая боль контузили не на час, не на день. На всю жизнь. Нас, разбуженных, схваченных за живое криком предсмертья, вскидывало с постелей в глубоком среднеазиатском тылу.

   Иногда этот тяжёлый тюремный сон прерывался нечеловеческим, звериным воем. От него стыла кровь, леденело нутро. Крик нёсся из того же забетонированного подземелья. Где-то рядом мучили арестованного. Он мог быть виновным, мог не быть. Что это меняло? Истязали живого человека. Вой и чужая боль контузили не на час, не на день. На всю жизнь. Нас, разбуженных, схваченных за живое криком предсмертья, вскидывало с постелей в глубоком среднеазиатском тылу.

   — Тамара Петкевич · книга
4. «

   Я жил в тисках её (жены) приговора, словно заключённый в камере, где свет никогда не гаснет.

   Я жил в тисках её (жены) приговора, словно заключённый в камере, где свет никогда не гаснет.

   — Говард Вэйкфилд (Howard Wakefield) · фильм
5. «

   Вот видишь? Говорить правду не так и страшно. Умнеешь прямо на глазах. В камере, конечно же, получше, чем на том свете. Очень рад, что ты это понял.

   Вот видишь? Говорить правду не так и страшно. Умнеешь прямо на глазах. В камере, конечно же, получше, чем на том свете. Очень рад, что ты это понял.

   — комиссар Стан · фильм
6. «

   Тюрьма мне в честь, не в укоризну, За дело правое я в ней, И мне ль стыдиться сих цепей, Коли ношу их за Отчизну.

   Тюрьма мне в честь, не в укоризну, За дело правое я в ней, И мне ль стыдиться сих цепей, Коли ношу их за Отчизну.

   — Кондратий Федорович Рылеев
7. «

   Возможность заниматься самообразованием и размышлять – это большие плюсы тюремного заключения.

   Возможность заниматься самообразованием и размышлять – это большие плюсы тюремного заключения.

   — Михаил Ходорковский
8. «

   За решеткой и мед горек.

   За решеткой и мед горек.

   — Немецкие пословицы и поговорки
9. «

   Ты каждый тюремный день свой проводишь в работе над собой. И, по моему опыту, работа эта даже более интенсивна и продуктивна, чем на свободе. Почему? Из чувства противодействия, из вредности элементарной. «Ах, вы так со мной? Отлично, тогда на зло вам я выйду еще лучше и сильнее, чем была до тюрьмы!»

   Ты каждый тюремный день свой проводишь в работе над собой. И, по моему опыту, работа эта даже более интенсивна и продуктивна, чем на свободе. Почему? Из чувства противодействия, из вредности элементарной. «Ах, вы так со мной? Отлично, тогда на зло вам я выйду еще лучше и сильнее, чем была до тюрьмы!»

   — Надежда Толоконникова
10. «

    — Нас сажают в КПЗ – ужасное отвратительное место… — Ужасное отвратительно место — там нет смузи.

    — Нас сажают в КПЗ – ужасное отвратительное место… — Ужасное отвратительно место — там нет смузи.

    — Тамби Масаев
11. «

    ... Тюрьма — ну что это такое, в конце концов? Недостаток пространства, возмещенный избытком времени. Всего лишь.

    ... Тюрьма — ну что это такое, в конце концов? Недостаток пространства, возмещенный избытком времени. Всего лишь.

    — Иосиф Александрович Бродский
12. «

    Все то страшное зло, которое он видел и узнал за это время и в особенности нынче, в этой ужасной тюрьме, все это зло торжествовало, царствовало, и не виделось никакой возможности не только победить его, но даже понять, как победить его.

    Все то страшное зло, которое он видел и узнал за это время и в особенности нынче, в этой ужасной тюрьме, все это зло торжествовало, царствовало, и не виделось никакой возможности не только победить его, но даже понять, как победить его.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
13. «

    Находясь в тюрьме, я знал: если меня выпустят, я продолжу убивать. А ещё я знал, что меня никогда не выпустят.

    Находясь в тюрьме, я знал: если меня выпустят, я продолжу убивать. А ещё я знал, что меня никогда не выпустят.

    — Поппи Брайт · книга
14. «

    — Они ограбили банк за считанные секунды. Это как отрепетированный танец. — Ага, и протанцевали в тюрьму.

    — Они ограбили банк за считанные секунды. Это как отрепетированный танец. — Ага, и протанцевали в тюрьму.

    — Джо Хардинг (пенсионер) · фильм
15. «

    Похоже, в политике – как на ипподроме: поставишь не на ту лошадь – и окажешься здесь.

    Похоже, в политике – как на ипподроме: поставишь не на ту лошадь – и окажешься здесь.

    — Соуп Мактавиш · игра
16. «

    И в тюрьме можно огромную жизнь найти.

    И в тюрьме можно огромную жизнь найти.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
17. «

    Перед этим горем гнутся горы, Не течет великая река, Но крепки тюремные затворы, А за ними «каторжные норы» И смертельная тоска. Для кого-то веет ветер свежий, Для кого-то нежится закат - Мы не знаем, мы повсюду те же, Слышим лишь ключей постылый скрежет Да шаги тяжелые солдат.

    Перед этим горем гнутся горы, Не течет великая река, Но крепки тюремные затворы, А за ними «каторжные норы» И смертельная тоска. Для кого-то веет ветер свежий, Для кого-то нежится закат - Мы не знаем, мы повсюду те же, Слышим лишь ключей постылый скрежет Да шаги тяжелые солдат.

    — Анна Андреевна Ахматова
18. «

    Господа демократы, поспешите воскреснуть, Выходите на суд одураченных масс: Пусть ответят за все Чернышевский и Герцен, И мечтатель Белинский, и мудрец Карла Маркс; Пусть ответят и те, что пришли вслед за вами Вышибать из народа и радость, и грусть, И свободных славян обратили рабами, И в тюрьму превратили Великую Русь!

    Господа демократы, поспешите воскреснуть, Выходите на суд одураченных масс: Пусть ответят за все Чернышевский и Герцен, И мечтатель Белинский, и мудрец Карла Маркс; Пусть ответят и те, что пришли вслед за вами Вышибать из народа и радость, и грусть, И свободных славян обратили рабами, И в тюрьму превратили Великую Русь!
19. «

    Только вот что я хочу сказать вам, ребятки. Если не хотите угодить за решётку, не пейте вы этого проклятого вина.

    Только вот что я хочу сказать вам, ребятки. Если не хотите угодить за решётку, не пейте вы этого проклятого вина.

    — Мефф Поттер · фильм
20. «

    В тюрьмах — Тюменской, Екатеринбургской, Томской и на этапах Нехлюдов видел, как эта цель, которую, казалось, поставило себе общество, успешно достигалась. Люди простые, обыкновенные, с требованиями русской общественной, крестьянской, христианской нравственности, оставляли эти понятия и усваивали новые, острожные, состоящие, главное, в том, что всякое поругание, насилие над человеческою личностью, всякое уничтожение ее позволено, когда оно выгодно. Люди, пожившие в тюрьме, всем существом своим узнавали, что, судя по тому, что происходит над ними, все те нравственные законы уважения и сострадания к человеку, которые проповедываются и церковными и нравственными учителями, в действительности отменены, и что поэтому и им не следует держаться их. Нехлюдов видел это на всех знакомых ему арестантах: на Федорове, на Макаре и даже на Тарасе, который, проведя два месяца на этапах, поразил Нехлюдова безнравственностью своих суждений. Дорогой Нехлюдов узнал, как бродяги, убегая в тайгу, подговаривают с собой товарищей и потом, убивая их, питаются их мясом. Он видел живого человека, обвинявшегося и признавшегося в этом. И ужаснее всего было то, что случаи людоедства были не единичны, а постоянно повторялись.

    В тюрьмах — Тюменской, Екатеринбургской, Томской и на этапах Нехлюдов видел, как эта цель, которую, казалось, поставило себе общество, успешно достигалась. Люди простые, обыкновенные, с требованиями русской общественной, крестьянской, христианской нравственности, оставляли эти понятия и усваивали новые, острожные, состоящие, главное, в том, что всякое поругание, насилие над человеческою личностью, всякое уничтожение ее позволено, когда оно выгодно. Люди, пожившие в тюрьме, всем существом своим узнавали, что, судя по тому, что происходит над ними, все те нравственные законы уважения и сострадания к человеку, которые проповедываются и церковными и нравственными учителями, в действительности отменены, и что поэтому и им не следует держаться их. Нехлюдов видел это на всех знакомых ему арестантах: на Федорове, на Макаре и даже на Тарасе, который, проведя два месяца на этапах, поразил Нехлюдова безнравственностью своих суждений. Дорогой Нехлюдов узнал, как бродяги, убегая в тайгу, подговаривают с собой товарищей и потом, убивая их, питаются их мясом. Он видел живого человека, обвинявшегося и признавшегося в этом. И ужаснее всего было то, что случаи людоедства были не единичны, а постоянно повторялись.

    — Лев Николаевич Толстой · книга