23 цитаты про «ужас», которые стоит перечитать

23 цитаты про «ужас»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Всё началось с отливки Великих Колец. Три были переданы эльфам — бессмертным созданиям, самым мудрым и справедливым из всех живущих. Семь отданы повелителям гномов — великим добытчикам самоцветов и мастеровым горных пещер. А Девять… Девять Колец были переданы человеческому роду, который превыше всего жаждал власти. В этих Кольцах была заключена сила власти над каждым из народов. Но все они оказались обмануты. Потому что было сделано ещё одно Кольцо. В стране Мордор, в огне Роковой Горы тёмный Властелин Саурон тайно создал Единое Кольцо, подчинявшее себе все другие. И в это Кольцо он вложил всю жестокость, всю злобу и всю жажду власти над всем живущим. Одно Кольцо, способное править всеми. Одна за другой — свободные земли Средиземья пали под властью Кольца. Но были и те, кто восстал против зла. Последний Союз людей и эльфов выступил против армии Мордора, чтобы на склонах Роковой Горы сразиться за свободу Средиземья. Победа была близка. Но силу Кольца нельзя было превозмочь. Но в тот миг, когда надежда угасла, Исильдур, сын короля, поднял меч своего отца… Саурон, враг свободных людей Средиземья, был повержен. Кольцо перешло к Исильдуру, которому выпал шанс уничтожить зло навсегда. Но сердца людей легко поддаются соблазну, а Кольцо Власти обладало собственной волей. Кольцо предало Исильдура и привело его к гибели. И многое было забыто, чего забывать не следовало… История стала легендой, легенда превратилась в миф, и на две с половиной тысячи лет Кольцо кануло в безвестность. До тех пор, пока случай не привёл в его сети нового владельца. Кольцо досталось существу по имени Голлум, которое унесло его глубоко в туннели Мглистых гор. И там Кольцо поработило его. Кольцо даровало Голлуму неестественно долгую жизнь. Пятьсот лет оно отравляло его душу и во мгле Голлумовой пещеры ждало своего часа. Снова сгустился мрак над лесами земли. Поползли слухи о тьме с Востока, шёпоты о безымянном ужасе… Кольцо Власти дождалось — пришло его время. Кольцо покинуло Голлума. Но случилось нечто, не входившее в планы Кольца: его подобрало самое неожиданное создание, которое только можно представить — хоббит, Бильбо Бэггинс из Шира. Грядёт время, когда в руках хоббитов окажутся судьбы всего живого...

   Всё началось с отливки Великих Колец. Три были переданы эльфам — бессмертным созданиям, самым мудрым и справедливым из всех живущих. Семь отданы повелителям гномов — великим добытчикам самоцветов и мастеровым горных пещер. А Девять… Девять Колец были переданы человеческому роду, который превыше всего жаждал власти. В этих Кольцах была заключена сила власти над каждым из народов. Но все они оказались обмануты. Потому что было сделано ещё одно Кольцо. В стране Мордор, в огне Роковой Горы тёмный Властелин Саурон тайно создал Единое Кольцо, подчинявшее себе все другие. И в это Кольцо он вложил всю жестокость, всю злобу и всю жажду власти над всем живущим. Одно Кольцо, способное править всеми. Одна за другой — свободные земли Средиземья пали под властью Кольца. Но были и те, кто восстал против зла. Последний Союз людей и эльфов выступил против армии Мордора, чтобы на склонах Роковой Горы сразиться за свободу Средиземья. Победа была близка. Но силу Кольца нельзя было превозмочь. Но в тот миг, когда надежда угасла, Исильдур, сын короля, поднял меч своего отца… Саурон, враг свободных людей Средиземья, был повержен. Кольцо перешло к Исильдуру, которому выпал шанс уничтожить зло навсегда. Но сердца людей легко поддаются соблазну, а Кольцо Власти обладало собственной волей. Кольцо предало Исильдура и привело его к гибели. И многое было забыто, чего забывать не следовало… История стала легендой, легенда превратилась в миф, и на две с половиной тысячи лет Кольцо кануло в безвестность. До тех пор, пока случай не привёл в его сети нового владельца. Кольцо досталось существу по имени Голлум, которое унесло его глубоко в туннели Мглистых гор. И там Кольцо поработило его. Кольцо даровало Голлуму неестественно долгую жизнь. Пятьсот лет оно отравляло его душу и во мгле Голлумовой пещеры ждало своего часа. Снова сгустился мрак над лесами земли. Поползли слухи о тьме с Востока, шёпоты о безымянном ужасе… Кольцо Власти дождалось — пришло его время. Кольцо покинуло Голлума. Но случилось нечто, не входившее в планы Кольца: его подобрало самое неожиданное создание, которое только можно представить — хоббит, Бильбо Бэггинс из Шира. Грядёт время, когда в руках хоббитов окажутся судьбы всего живого...

   — Галадриэль · фильм
2. «

   Лицемерие — высшая форма ужаса на земле.

   Лицемерие — высшая форма ужаса на земле.
3. «

   Этот мир покрыт тонкой кожей. А суть его скрыта глубоко внутри. Мягкая ли она? Или жесткая? А если не та и не другая, тогда может жидкая? А вдруг там просто пустота? На вопрос: «Что же скрыто внутри?» никто не может дать ответа до тех пор, пока не заглянет под кожу. Другими словами никто не знает, что скрыто под слоем кожи. И эту внутреннюю суть нам остается лишь воображать. Но если там окажется нечто такое, что никто не мог и представить, это повергнет людей в ужас.

   Этот мир покрыт тонкой кожей. А суть его скрыта глубоко внутри. Мягкая ли она? Или жесткая? А если не та и не другая, тогда может жидкая? А вдруг там просто пустота? На вопрос: «Что же скрыто внутри?» никто не может дать ответа до тех пор, пока не заглянет под кожу. Другими словами никто не знает, что скрыто под слоем кожи. И эту внутреннюю суть нам остается лишь воображать. Но если там окажется нечто такое, что никто не мог и представить, это повергнет людей в ужас.

   — Кишин Асура · аниме
4. «

   Завораживающий ужас — вот что такое любовь.

   Завораживающий ужас — вот что такое любовь.

   — Анхель де Куатье · книга
5. «

   Я в ужасе, а надо любить, любить, а я в ужасе.

   Я в ужасе, а надо любить, любить, а я в ужасе.

   — Фаина Раневская
6. «

   — Эй, Флетчер, как дела? — Ужасно, отвратительно и беспросветно!

   — Эй, Флетчер, как дела? — Ужасно, отвратительно и беспросветно!

   — Флетчер Рид · фильм
7. «

   Жизнь — вообще штука тяжелая, а для ребенка, зачастую, ужасна сама по себе.

   Жизнь — вообще штука тяжелая, а для ребенка, зачастую, ужасна сама по себе.

   — Карлос Кастанеда · книга
8. «

   Рассказывают, пришёл однажды Репин к Сурикову, а тот пишет «Утро стрелецкой казни». От полотна жутью веет. Плахи расставлены, виселицы в дымке маячат. Пустые. Посмотрел Репин, поморщился: «Вы бы хоть одного стрельца повесили!» Послушался Суриков, повесил пару стрельцов — и тут же замалевал. Потому что ужас ожидания исчез.

   Рассказывают, пришёл однажды Репин к Сурикову, а тот пишет «Утро стрелецкой казни». От полотна жутью веет. Плахи расставлены, виселицы в дымке маячат. Пустые. Посмотрел Репин, поморщился: «Вы бы хоть одного стрельца повесили!» Послушался Суриков, повесил пару стрельцов — и тут же замалевал. Потому что ужас ожидания исчез.

   — Евгений Лукин · книга
9. «

   Настоящий ужас — это когда видишь что-то знакомое, но настолько измененное, что едва его узнаешь.

   Настоящий ужас — это когда видишь что-то знакомое, но настолько измененное, что едва его узнаешь.

   — Рэй Брэдбери · книга
10. «

    Единственный способ не утратить разум, когда вокруг столько ужаса и боли, — это что-то делать.

    Единственный способ не утратить разум, когда вокруг столько ужаса и боли, — это что-то делать.

    — Кристофер Паолини · книга
11. «

    С ужасным мой жестокий разум свыкся и глух к нему.

    С ужасным мой жестокий разум свыкся и глух к нему.

    — Уильям Шекспир · книга
12. «

    Ужасно мы обращаемся с людьми, унижаем и их и себя.

    Ужасно мы обращаемся с людьми, унижаем и их и себя.

    — Ари · фильм
13. «

    Греки создали самые яркие образы чудовищ, предоставив будущему их материализовать.

    Греки создали самые яркие образы чудовищ, предоставив будущему их материализовать.

    — Энтони Бёрджесс · книга
14. «

    И всё-таки, уверяю вас, ни тигр, ни ядовитая змея не могли бы внушить мне такой ужас, какой я испытываю перед ним.

    И всё-таки, уверяю вас, ни тигр, ни ядовитая змея не могли бы внушить мне такой ужас, какой я испытываю перед ним.

    — Эмили Бронте · книга
15. «

    Музыка, изображающая даже нечто ужасное, должна не оскорблять слух, а доставлять удовольствие, то есть всё время оставаться музыкой.

    Музыка, изображающая даже нечто ужасное, должна не оскорблять слух, а доставлять удовольствие, то есть всё время оставаться музыкой.

    — Вольфганг Амадей Моцарт
16. «

    Все ужастики одинаковые. Дурацкий убийца гонится за грудастой дурой, которая всегда убегает наверх, вместо того чтобы уйти из дома.

    Все ужастики одинаковые. Дурацкий убийца гонится за грудастой дурой, которая всегда убегает наверх, вместо того чтобы уйти из дома.

    — Крик (Scream) · фильм
17. «

    Как я имел уже случай заметить, от дикого до ужасного только шаг.

    Как я имел уже случай заметить, от дикого до ужасного только шаг.

    — Артур Конан Дойл · книга
18. «

    Зачем кто-то совершает поступки, которые приводят других в ужас? Из-за любви.

    Зачем кто-то совершает поступки, которые приводят других в ужас? Из-за любви.

    — Синджед · мультфильм
19. «

    Понимаешь, я одержим смертью. Я о ней много думаю. Вообще, я смотрю на жизнь пессимистически. <...> Я считаю, что всё в жизни либо ужасно, либо печально. Только эти две категории. Ужас — это смертельно больные, слепые, калеки... Я не понимаю, как они живут. Просто не понимаю. А печально — это всё остальное. Так что, пока жив, скажи «спасибо», что пока всё только печально. Печально — значит ещё повезло.

    Понимаешь, я одержим смертью. Я о ней много думаю. Вообще, я смотрю на жизнь пессимистически. <...> Я считаю, что всё в жизни либо ужасно, либо печально. Только эти две категории. Ужас — это смертельно больные, слепые, калеки... Я не понимаю, как они живут. Просто не понимаю. А печально — это всё остальное. Так что, пока жив, скажи «спасибо», что пока всё только печально. Печально — значит ещё повезло.

    — Энни Холл (Annie Hall) · фильм
20. «

    — Но если красота — это ужас, то что же тогда желание? — спросил Джулиан. — Нам кажется, что мы желаем многого, но в действительности мы хотим лишь одного. Чего же? — Жить, — ответила Камилла. — Жить вечно, — добавил Банни, не отрывая подбородок от ладони.

    — Но если красота — это ужас, то что же тогда желание? — спросил Джулиан. — Нам кажется, что мы желаем многого, но в действительности мы хотим лишь одного. Чего же? — Жить, — ответила Камилла. — Жить вечно, — добавил Банни, не отрывая подбородок от ладони.

    — Донна Тартт · книга