15 коротких цитат по теме «Красивые цитаты на тему «вера»»

Тема «Красивые цитаты на тему «вера»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 15 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Он испытует — отдалением, Я принимаю испытание. Я принимаю со смирением Его любовь, — Его молчание.

   Он испытует — отдалением, Я принимаю испытание. Я принимаю со смирением Его любовь, — Его молчание.

   — Зинаида Николаевна Гиппиус
2. «

   Циник, романтик, лирик, прагматик – абсолютно все мечтают о том, что когда-нибудь и на их жизненном горизонте появятся «алые паруса».

   Циник, романтик, лирик, прагматик – абсолютно все мечтают о том, что когда-нибудь и на их жизненном горизонте появятся «алые паруса».

   — Олег Рой
3. «

   Я понял, что такое вера: это нечто не зависящее даже от того, существует ли Бог. Вера — это прыжок вслепую навстречу чьим-то рукам, которые подхватят и примут тебя... Это утешение перед лицом непонятных страхов и боли. Доверие ребенка к руке, выводящей его из темноты.

   Я понял, что такое вера: это нечто не зависящее даже от того, существует ли Бог. Вера — это прыжок вслепую навстречу чьим-то рукам, которые подхватят и примут тебя... Это утешение перед лицом непонятных страхов и боли. Доверие ребенка к руке, выводящей его из темноты.

   — Артуро Перес-Реверте · книга
4. «

   Главное верить. Береги в своем сердце веру.

   Главное верить. Береги в своем сердце веру.

   — 11 Доктор · сериал
5. «

   Встреча случайная – гром и град! «Как ваше имя? Отчество?» Чья-то трагедия – это ад. Моя – одиночество.

   Встреча случайная – гром и град! «Как ваше имя? Отчество?» Чья-то трагедия – это ад. Моя – одиночество.

   — Ах Астахова (Ирина Астахова)
6. «

   Любовь — счастье, но лишь когда веришь, что она будет вечной. И пусть это каждый раз оказывается ложью, но только вера дает любви силу и радость.

   Любовь — счастье, но лишь когда веришь, что она будет вечной. И пусть это каждый раз оказывается ложью, но только вера дает любви силу и радость.

   — Сергей Лукьяненко · книга
7. «

   Поэтому я вижу, кто я есть, в твоих глазах, и стараюсь быть этим человеком, поскольку ты веришь в него, и я считаю, что веры может быть достаточно, чтобы сделать из меня того, кого ты хочешь.

   Поэтому я вижу, кто я есть, в твоих глазах, и стараюсь быть этим человеком, поскольку ты веришь в него, и я считаю, что веры может быть достаточно, чтобы сделать из меня того, кого ты хочешь.

   — Кассандра Клэр · книга
8. «

   Когда была она, мне не нужно было никакого Бога.

   Когда была она, мне не нужно было никакого Бога.

   — Януш Леон Вишневский · книга
9. «

   Сказать — задумалась о чем? В дождь — под одним плащом, В ночь — под одним плащом, потом В гроб — под одним плащом.

   Сказать — задумалась о чем? В дождь — под одним плащом, В ночь — под одним плащом, потом В гроб — под одним плащом.

   — Марина Цветаева
10. «

    Мне всё равно, если кто-то верит слухам и не верит мне. Со мной всё в порядке, пока мне веришь ты.

    Мне всё равно, если кто-то верит слухам и не верит мне. Со мной всё в порядке, пока мне веришь ты.

    — Шэн Цай · сериал
11. «

    Верь своему сердцу, даже если море загорится, и живи любовью, даже если звезды повернут вспять.

    Верь своему сердцу, даже если море загорится, и живи любовью, даже если звезды повернут вспять.

    — Бен Шервуд · книга
12. «

    Квазимодо остановился под сводом главного портала. Его широкие ступни, казалось, так прочно вросли в каменные плиты пола, как тяжелые романские столбы. Его огромная косматая голова глубоко уходила в плечи, точно голова льва, под длинной гривой которого тоже не видно шеи. Он держал трепещущую девушку, повисшую на его грубых руках словно белая ткань, держал так бережно, точно боялся ее разбить или измять. Казалось, он чувствовал, что это было нечто хрупкое, изысканное, драгоценное, созданное не для его рук. Минутами он не осмеливался коснуться ее даже дыханием. И вдруг сильно прижимал ее к своей угловатой груди, как свою собственность, как свое сокровище... <...> Взор этого циклопа, склоненный к девушке, то обволакивал ее нежностью, скорбью и жалостью, то вдруг поднимался вверх, полный огня. И тогда женщины смеялись и плакали, толпа неистовствовала от восторга, ибо в эти мгновения... Квазимодо воистину был прекрасен. Он был прекрасен, этот сирота, подкидыш, это отребье; он чувствовал себя величественным и сильным, он глядел в лицо этому обществу, которое изгнало его, но в дела которого он так властно вмешался; глядел в лицо этому человеческому правосудию, у которого вырвал добычу, всем этим тиграм, которым лишь оставалось клацать зубами, этим приставам, судьям и палачам, всему этому королевскому могуществу, которое он, ничтожный, сломил с помощью всемогущего Бога.

    Квазимодо остановился под сводом главного портала. Его широкие ступни, казалось, так прочно вросли в каменные плиты пола, как тяжелые романские столбы. Его огромная косматая голова глубоко уходила в плечи, точно голова льва, под длинной гривой которого тоже не видно шеи. Он держал трепещущую девушку, повисшую на его грубых руках словно белая ткань, держал так бережно, точно боялся ее разбить или измять. Казалось, он чувствовал, что это было нечто хрупкое, изысканное, драгоценное, созданное не для его рук. Минутами он не осмеливался коснуться ее даже дыханием. И вдруг сильно прижимал ее к своей угловатой груди, как свою собственность, как свое сокровище... <...> Взор этого циклопа, склоненный к девушке, то обволакивал ее нежностью, скорбью и жалостью, то вдруг поднимался вверх, полный огня. И тогда женщины смеялись и плакали, толпа неистовствовала от восторга, ибо в эти мгновения... Квазимодо воистину был прекрасен. Он был прекрасен, этот сирота, подкидыш, это отребье; он чувствовал себя величественным и сильным, он глядел в лицо этому обществу, которое изгнало его, но в дела которого он так властно вмешался; глядел в лицо этому человеческому правосудию, у которого вырвал добычу, всем этим тиграм, которым лишь оставалось клацать зубами, этим приставам, судьям и палачам, всему этому королевскому могуществу, которое он, ничтожный, сломил с помощью всемогущего Бога.

    — Виктор Гюго · книга
13. «

    Суть магии в том, чтобы взять мысль и сделать ее реальностью. Взять ложь и сделать ее правдой. Рассказать вселенной сказку так точно, так космически совершенно, чтобы в один блистательный момент мир поверил, что человек умеет летать. Ладно, на самом деле, полеты — по части моего брата. У него есть для этого молот.

    Суть магии в том, чтобы взять мысль и сделать ее реальностью. Взять ложь и сделать ее правдой. Рассказать вселенной сказку так точно, так космически совершенно, чтобы в один блистательный момент мир поверил, что человек умеет летать. Ладно, на самом деле, полеты — по части моего брата. У него есть для этого молот.

    — Локи
14. «

    Я не хочу больше лжи в своей жизни, она порой меня очень пугает, я не хочу оказаться одна как в пустыне, терзаясь страхами и сомнениями. Господи, подари мне любовь и укажи мне верный путь.

    Я не хочу больше лжи в своей жизни, она порой меня очень пугает, я не хочу оказаться одна как в пустыне, терзаясь страхами и сомнениями. Господи, подари мне любовь и укажи мне верный путь.

    — Голос за кадром · сериал
15. «

    Поверить в Бога нетрудно, когда в безвыходных ситуациях все, кто находился рядом с тобой, погибают, а ты продолжаешь жить.

    Поверить в Бога нетрудно, когда в безвыходных ситуациях все, кто находился рядом с тобой, погибают, а ты продолжаешь жить.

    — Ильич Рамирес Санчес (Карлос Шакал)