255 цитат «войне со смыслом» для статуса

Собрали 255 цитат на тему «войне со смыслом» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Я стреляю — и нет справедливости Справедливее пули моей!

   Я стреляю — и нет справедливости Справедливее пули моей!

   — Михаил Светлов
2. «

   Людей едва ли повернется язык назвать мудрыми созданиями. Иным путем мира от них не дождешься. Пройдут годы и эта боль начнёт утихать, её власть начнет ослабевать и люди окунуться в бездну бесконечных войн, и тогда они сами используют моё оружие и снова испытают на себе боль.

   Людей едва ли повернется язык назвать мудрыми созданиями. Иным путем мира от них не дождешься. Пройдут годы и эта боль начнёт утихать, её власть начнет ослабевать и люди окунуться в бездну бесконечных войн, и тогда они сами используют моё оружие и снова испытают на себе боль.

   — Пейн · аниме
3. «

   Волкодав — прав, а людоед — нет. Одно дело убить бешеного волка, другое — занести свою руку на человека. Теперь всякий советский человек знает, что на нас напала свора волков.

   Волкодав — прав, а людоед — нет. Одно дело убить бешеного волка, другое — занести свою руку на человека. Теперь всякий советский человек знает, что на нас напала свора волков.

   — Илья Эренбург
4. «

   Народное образование играет решающую роль в войне… когда пруссаки побили австрийцев, то это была победа прусского учителя над австрийским школьным учителем.

   Народное образование играет решающую роль в войне… когда пруссаки побили австрийцев, то это была победа прусского учителя над австрийским школьным учителем.

   — Оскар Пешель
5. «

   В военное время каждый сам себе ближний.

   В военное время каждый сам себе ближний.

   — Даниэль Шпек · книга
6. «

   Как-то я снял пулемётчика в гнезде. Видел как у него взорвалась голова, и я подумал: «отличный выстрел». Я ненавидел врага потому, что иначе нельзя. Но я также и уважал его. Они меня не преследуют. Один из наших «Апачи» ударил по своим. Дружественный огонь. такого не должно было быть. Но это война, дерьмо случается. Только вот я видел как пресс-офицер сказал прессе, что это была вражеская засада. Я тогда подумал, что он обесчестил тех ребят как солдат. Они хорошо делали свою работу. Они не попадали в засаду как кретины. Это была ложь. Во сне я вижу того парня. И он лжёт уже обо мне. Это меня он выставляет ублюдком. И для него это ничего не стоит. Что делать если не доверяешь даже своим?

   Как-то я снял пулемётчика в гнезде. Видел как у него взорвалась голова, и я подумал: «отличный выстрел». Я ненавидел врага потому, что иначе нельзя. Но я также и уважал его. Они меня не преследуют. Один из наших «Апачи» ударил по своим. Дружественный огонь. такого не должно было быть. Но это война, дерьмо случается. Только вот я видел как пресс-офицер сказал прессе, что это была вражеская засада. Я тогда подумал, что он обесчестил тех ребят как солдат. Они хорошо делали свою работу. Они не попадали в засаду как кретины. Это была ложь. Во сне я вижу того парня. И он лжёт уже обо мне. Это меня он выставляет ублюдком. И для него это ничего не стоит. Что делать если не доверяешь даже своим?

   — Луис Уилсон · сериал
7. «

   Бой — это единственный эффективный способ ведения войны; его цель — уничтожение вражеских сил как средство прекращения конфликта.

   Бой — это единственный эффективный способ ведения войны; его цель — уничтожение вражеских сил как средство прекращения конфликта.

   — Карл фон Клаузевиц
8. «

   Слово «мир» обычно определяют как период затишья и перевооружения перед следующей войной.

   Слово «мир» обычно определяют как период затишья и перевооружения перед следующей войной.

   — Терри Пратчетт · книга
9. «

   Мы атакуем всякую инакость, все, чего не понимаем, все, что может изменить наш мир, нашу среду обитания, снизить наши шансы на выживание. Расизм, классовая вражда, сексизм, Восток и Запад, Север и Юг, капитализм и коммунизм, демократия и диктатура, ислам и христианство, Израиль и Палестина – все это разные лица одной и той же войны: войны за гомогенность человеческого рода, за искоренение наших различий. Это война, которую мы затеяли уже давно, и с тех пор не прекращавшаяся ни на миг. Война, воздействующая на каждый человеческий ум на подсознательном уровне, как компьютерная программа, постоянно работающая в фоновом режиме, подталкивающая нас к некой возможности.

   Мы атакуем всякую инакость, все, чего не понимаем, все, что может изменить наш мир, нашу среду обитания, снизить наши шансы на выживание. Расизм, классовая вражда, сексизм, Восток и Запад, Север и Юг, капитализм и коммунизм, демократия и диктатура, ислам и христианство, Израиль и Палестина – все это разные лица одной и той же войны: войны за гомогенность человеческого рода, за искоренение наших различий. Это война, которую мы затеяли уже давно, и с тех пор не прекращавшаяся ни на миг. Война, воздействующая на каждый человеческий ум на подсознательном уровне, как компьютерная программа, постоянно работающая в фоновом режиме, подталкивающая нас к некой возможности.

   — А. Дж. Риддл · книга
10. «

    Ведь во всякой войне неизменно действует следующий, в высшей степени несправедливый закон: удачу каждый приписывает себе, а вину за несчастья возлагают на одного.

    Ведь во всякой войне неизменно действует следующий, в высшей степени несправедливый закон: удачу каждый приписывает себе, а вину за несчастья возлагают на одного.

    — Публий Корнелий Тацит
11. «

    Войну — к позорному столбу.

    Войну — к позорному столбу.

    — Виктор Гюго
12. «

    Когда люди говорят о величайших мужах, они подразумевают подобных Наполеону — мужей насилия. Редко когда упоминается муж мира. Но всё отличие в том, что ждет и тех и других, когда они придут с полей битвы. Наполеон вернется с помпой могущественной власти — муж, достигший вершины своих амбиций. Но в своих снах его будут преследовать ужасы войны. В то же время Уильям Уилберфорс, вернувшись к своей семье и положив голову на подушку, подумает о том, что работорговли больше не существует.

    Когда люди говорят о величайших мужах, они подразумевают подобных Наполеону — мужей насилия. Редко когда упоминается муж мира. Но всё отличие в том, что ждет и тех и других, когда они придут с полей битвы. Наполеон вернется с помпой могущественной власти — муж, достигший вершины своих амбиций. Но в своих снах его будут преследовать ужасы войны. В то же время Уильям Уилберфорс, вернувшись к своей семье и положив голову на подушку, подумает о том, что работорговли больше не существует.

    — Удивительная легкость (Amazing Grace) · фильм
13. «

    — Пытаетесь показать лучше других? Зачем? — Мне же, вроде как, положено... — Ну, разве что положено...

    — Пытаетесь показать лучше других? Зачем? — Мне же, вроде как, положено... — Ну, разве что положено...

    — ротный командир · фильм
14. «

    Война — это грубый, бесчеловечный и абсолютно непрактичный метод выяснения отношений между правительствами.

    Война — это грубый, бесчеловечный и абсолютно непрактичный метод выяснения отношений между правительствами.

    — Франклин Рузвельт
15. «

    — Благородство человека не исчезает с потерей благосостояния. — Конечно, на счет этого нет никаких сомнений. Епископ справедливый человек, он служит Господу, но он не предводитель. Вы думаете, что достаточно одной только веры, чтобы выиграть эту войну? И если Кузано проиграет, кто вам предложит земли, о которых вы так мечтаете?

    — Благородство человека не исчезает с потерей благосостояния. — Конечно, на счет этого нет никаких сомнений. Епископ справедливый человек, он служит Господу, но он не предводитель. Вы думаете, что достаточно одной только веры, чтобы выиграть эту войну? И если Кузано проиграет, кто вам предложит земли, о которых вы так мечтаете?
16. «

    Casus belli (лат. – «случай или повод (для) войны») – это термин древнеримского права, который означает формальный повод для объявления войны. Члены коллегии жрецов оперировали данным термином при осуществлении решений сената по части претензий к сопредельным народам. Отсутствие же ответа в требуемый срок на ультимативные требования сената (как и в случае отрицательного или неудовлетворительного ответа) рассматривалось как повод для начала военных действий. Российский политолог Сергей Карнаухов полагает, что Россия не может напрямую вмешаться в карабахский конфликт (спрашивается – а Турция имеет подобное право?), поэтому остаются гибридные формы помощи армянскому Арцаху. Какие же это формы? Возможно, гуманитарная, информационная, разведывательная, военно-техническая, силовая (институт добровольцев, удары российской авиации по подконтрольным Турцией местам скопления сирийских боевиков) помощь. Однако время показывает, что Москва выжидает некой развязки.

    Casus belli (лат. – «случай или повод (для) войны») – это термин древнеримского права, который означает формальный повод для объявления войны. Члены коллегии жрецов оперировали данным термином при осуществлении решений сената по части претензий к сопредельным народам. Отсутствие же ответа в требуемый срок на ультимативные требования сената (как и в случае отрицательного или неудовлетворительного ответа) рассматривалось как повод для начала военных действий. Российский политолог Сергей Карнаухов полагает, что Россия не может напрямую вмешаться в карабахский конфликт (спрашивается – а Турция имеет подобное право?), поэтому остаются гибридные формы помощи армянскому Арцаху. Какие же это формы? Возможно, гуманитарная, информационная, разведывательная, военно-техническая, силовая (институт добровольцев, удары российской авиации по подконтрольным Турцией местам скопления сирийских боевиков) помощь. Однако время показывает, что Москва выжидает некой развязки.

    — Александр Сваранц
17. «

    Вот, Я наведу, говорит Господь, на круг земной бедствия: меч и голод, и смерть и пагубу за то, что нечестие людей осквернило всю землю, и пагубные дела их переполнились.

    Вот, Я наведу, говорит Господь, на круг земной бедствия: меч и голод, и смерть и пагубу за то, что нечестие людей осквернило всю землю, и пагубные дела их переполнились.

    — Библия. Ветхий Завет. Третья Книга Ездры · книга
18. «

    На войне наступает момент, когда надо переступить последнюю черту. Эта черта отделяет то, чем ты дорожишь, от того, что требует от тебя война. Если он не сможет переступить эту черту, война будет окончена, и он проиграет.

    На войне наступает момент, когда надо переступить последнюю черту. Эта черта отделяет то, чем ты дорожишь, от того, что требует от тебя война. Если он не сможет переступить эту черту, война будет окончена, и он проиграет.

    — Рик Янси · книга
19. «

    К добру и миру тянется мудрец, К войне и распрям тянется глупец.

    К добру и миру тянется мудрец, К войне и распрям тянется глупец.

    — Рудаки
20. «

    Я, может, и жив только потому, что верую в Господа. Я через все тяготы войны прошел, когда со мной ну только смерти не было, она просто случайно мимо прошла. Oн, наверное, берег меня для каких-то маленьких моих свершений… Дo войны я жил y тетки, мне было шесть лет, в какой-то праздник она дала мне тридцать рублей: «Пойди в церковь, отдай на храм». Тридцать рублей! Я помню, они были такие длинные, красненькие. A мороженое, которое я так любил, стоило двадцать копеек. Ha эти деньги года полтора можно есть мороженое! Нет, не отдам я тридцать рублей каким-то тетям и дядям в храме. Я уже принял решение, что оставлю деньги себе, а тетке скажу, что отнес. И тем не менее почему-то все равнo иду к храму. Сам не понимаю, как c зажатым кулаком я оказался oколо церкви. Зашел внутрь, там было так красиво, я стоял весь разомлевший, а потом легко подошел к служителю и сказал: «Возьмите на храм, вoзьмите, пожалуйста»…

    Я, может, и жив только потому, что верую в Господа. Я через все тяготы войны прошел, когда со мной ну только смерти не было, она просто случайно мимо прошла. Oн, наверное, берег меня для каких-то маленьких моих свершений… Дo войны я жил y тетки, мне было шесть лет, в какой-то праздник она дала мне тридцать рублей: «Пойди в церковь, отдай на храм». Тридцать рублей! Я помню, они были такие длинные, красненькие. A мороженое, которое я так любил, стоило двадцать копеек. Ha эти деньги года полтора можно есть мороженое! Нет, не отдам я тридцать рублей каким-то тетям и дядям в храме. Я уже принял решение, что оставлю деньги себе, а тетке скажу, что отнес. И тем не менее почему-то все равнo иду к храму. Сам не понимаю, как c зажатым кулаком я оказался oколо церкви. Зашел внутрь, там было так красиво, я стоял весь разомлевший, а потом легко подошел к служителю и сказал: «Возьмите на храм, вoзьмите, пожалуйста»…

    — Иннокентий Смоктуновский