599 цитат про «взросление», которые стоит перечитать

599 цитат про «взросление»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Странно, почему людей оплакивают, когда они умирают, а детей не оплакивают, когда они вырастают. Ведь этого милого ребенка уже не будет, когда он вырастет.

   Странно, почему людей оплакивают, когда они умирают, а детей не оплакивают, когда они вырастают. Ведь этого милого ребенка уже не будет, когда он вырастет.

   — Эльчин Сафарли · книга
2. «

   Если война не являла собой возможность умереть, она была возможностью взрослеть, по-настоящему внюхаться в застоялый запах бытия и научиться принимать перемены.

   Если война не являла собой возможность умереть, она была возможностью взрослеть, по-настоящему внюхаться в застоялый запах бытия и научиться принимать перемены.

   — Лоренс Даррелл · книга
3. «

   Мы же взрослые. Кто ж нам запретит?

   Мы же взрослые. Кто ж нам запретит?
4. «

   Взрослыми становятся не тогда, когда заводят ребенка, а тогда, когда умирает последний, кто помнит ребенком тебя самого.

   Взрослыми становятся не тогда, когда заводят ребенка, а тогда, когда умирает последний, кто помнит ребенком тебя самого.

   — Линор Горалик · книга
5. «

   Взросление — пожизненный урок умения творить посильный мир, а те, кто не построил свой мирок, охотно перекраивают мир.

   Взросление — пожизненный урок умения творить посильный мир, а те, кто не построил свой мирок, охотно перекраивают мир.

   — Игорь Губерман
6. «

   Не дай Оно ускользнуть...то, что ты можешь сделать в одиннадцать, потом зачастую сделать уже нельзя.

   Не дай Оно ускользнуть...то, что ты можешь сделать в одиннадцать, потом зачастую сделать уже нельзя.

   — Стивен Кинг · книга
7. «

   Возраст определяется не годами, а внутренним ощущением — поднимаешься ли ты к перевалу или уже преодолел его и спускаешься в долину. Ощущение подъема держится до тех пор, пока у человека больше сил, чем требуется, чтоб просто плыть по течению жизни. Избыток внутренней силы тратишь на движение вверх. Но наступает момент, после которого жизнь берет у тебя больше энергии, чем ты можешь потратить, и тогда начинается скольжение вниз. Это, собственно, и есть старость. Как во всяком плавном спуске, тут есть своя приятность.

   Возраст определяется не годами, а внутренним ощущением — поднимаешься ли ты к перевалу или уже преодолел его и спускаешься в долину. Ощущение подъема держится до тех пор, пока у человека больше сил, чем требуется, чтоб просто плыть по течению жизни. Избыток внутренней силы тратишь на движение вверх. Но наступает момент, после которого жизнь берет у тебя больше энергии, чем ты можешь потратить, и тогда начинается скольжение вниз. Это, собственно, и есть старость. Как во всяком плавном спуске, тут есть своя приятность.

   — Анна Борисова (писатель) · книга
8. «

   Никому еще не удавалось вырасти, не совершив при этом ошибок.

   Никому еще не удавалось вырасти, не совершив при этом ошибок.

   — Альфред Адлер
9. «

   Вообще-то я рос маменькиным сынком, испорченным мамой и неблагодарным ей за это... Она хотела, чтобы я был похож на неё, зависел от неё и никогда не покидал её.

   Вообще-то я рос маменькиным сынком, испорченным мамой и неблагодарным ей за это... Она хотела, чтобы я был похож на неё, зависел от неё и никогда не покидал её.

   — Мэрилин Мэнсон · книга
10. «

    Я думаю, что наконец-то осознала, что значит повзрослеть. Знаете, всегда было интересно, но это легко. Это когда вам приходится решать — поступить так, или иначе. Но никто вам в этом не поможет.

    Я думаю, что наконец-то осознала, что значит повзрослеть. Знаете, всегда было интересно, но это легко. Это когда вам приходится решать — поступить так, или иначе. Но никто вам в этом не поможет.

    — Джел Фазер · сериал
11. «

    Это не музыка слишком громкая — это ты слишком взрослый.

    Это не музыка слишком громкая — это ты слишком взрослый.
12. «

    Меня тревожило и огорчало, что она в самом начале своей жизни уже оглядывалась назад, как я — в конце моей.

    Меня тревожило и огорчало, что она в самом начале своей жизни уже оглядывалась назад, как я — в конце моей.

    — Уилки Коллинз · книга
13. «

    Просто мне хочется, чтобы кто-нибудь от меня зависел... В конце концов, пора уже становиться взрослым.

    Просто мне хочется, чтобы кто-нибудь от меня зависел... В конце концов, пора уже становиться взрослым.

    — Чак Паланик · книга
14. «

    Человек здравый довольствуется самим качеством жизни и с интересом наблюдает за проходящими годами, своим взрослением, а затем и старением

    Человек здравый довольствуется самим качеством жизни и с интересом наблюдает за проходящими годами, своим взрослением, а затем и старением

    — Себастьян Барри · книга
15. «

    – Не ходи по грязи, – сказал Папа. – Я просто хотел пройтись по радуге, – объяснил Мальчик. А про себя он подумал, что, наверное, человек вырастает тогда, когда перестает замечать радугу в бензиновой лужице.

    – Не ходи по грязи, – сказал Папа. – Я просто хотел пройтись по радуге, – объяснил Мальчик. А про себя он подумал, что, наверное, человек вырастает тогда, когда перестает замечать радугу в бензиновой лужице.
16. «

    Ра думал, что ему страшно не хочется взрослеть — не понимая, что эти мысли сами по себе означают начало взрослости.

    Ра думал, что ему страшно не хочется взрослеть — не понимая, что эти мысли сами по себе означают начало взрослости.

    — Макс Далин · книга
17. «

    В семнадцать лет я был убежден, что мой отец круглый дурак. В двадцать один год я был поражен тем, сколь многому старик научился за четыре года.

    В семнадцать лет я был убежден, что мой отец круглый дурак. В двадцать один год я был поражен тем, сколь многому старик научился за четыре года.

    — Ирвин Ялом · книга
18. «

    Знаешь... Говорят, что мальчик не становится мужчиной, пока не похоронит своего отца. Мой папаша для меня мертв, с тех пор как кинул нас в мои двенадцать. Не помню, плакал ли я, но с тех пор я понял, что вынужден был повзрослеть. И мне всегда радостно видеть мальчика, который все еще может опереться на отцовское плечо, использовать отцовские связи, и у кого между ног яйца его Папашки, раз собственные так и не отрасли.

    Знаешь... Говорят, что мальчик не становится мужчиной, пока не похоронит своего отца. Мой папаша для меня мертв, с тех пор как кинул нас в мои двенадцать. Не помню, плакал ли я, но с тех пор я понял, что вынужден был повзрослеть. И мне всегда радостно видеть мальчика, который все еще может опереться на отцовское плечо, использовать отцовские связи, и у кого между ног яйца его Папашки, раз собственные так и не отрасли.

    — Роберт «Бобби» Аксельрод · сериал
19. «

    В жизни каждого человека наступает пора, когда надо дерзнуть быть несправедливым, уметь покончить со всяким восхищением и преклонением по чужой подсказке и все отмести: и ложь и правду – все, что ты сам не признал правдой. И воспитание ребенка, и все то, что он видит и слышит вокруг, отравляет его душу фальшью и глупостью – вперемежку с важнейшими истинами жизни, – и сбросить с себя все это – насущная потребность для юноши, который хочет превратиться в здорового духом человека.

    В жизни каждого человека наступает пора, когда надо дерзнуть быть несправедливым, уметь покончить со всяким восхищением и преклонением по чужой подсказке и все отмести: и ложь и правду – все, что ты сам не признал правдой. И воспитание ребенка, и все то, что он видит и слышит вокруг, отравляет его душу фальшью и глупостью – вперемежку с важнейшими истинами жизни, – и сбросить с себя все это – насущная потребность для юноши, который хочет превратиться в здорового духом человека.

    — Ромен Роллан · книга
20. «

    Сначала он был счастлив. Он видел свет, он впитывал его кожей, он смеялся беспечно и засыпал на руках ласковой матери. Безмятежность младенчества — колыбель грядущей войны с самим собой. Детство — это время большого мира. Большие люди, большие деревья, огромное небо. А ты совсем мал, ты еще пускаешь слюни на грудь беззубым ртом, но уже жадно глотаешь сущее вокруг себя. Не умея запоминать, ты просто улыбаешься ему.

    Сначала он был счастлив. Он видел свет, он впитывал его кожей, он смеялся беспечно и засыпал на руках ласковой матери. Безмятежность младенчества — колыбель грядущей войны с самим собой. Детство — это время большого мира. Большие люди, большие деревья, огромное небо. А ты совсем мал, ты еще пускаешь слюни на грудь беззубым ртом, но уже жадно глотаешь сущее вокруг себя. Не умея запоминать, ты просто улыбаешься ему.

    — Аль Квотион · книга