«Красивые цитаты на тему «женщины»»: 380 цитат со смыслом

Тема «Красивые цитаты на тему «женщины»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 380 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Даже самый черствый мужчина однажды готов отдать всё, что у него есть, в том числе и свою душу, если в его жизни появляется женщина, способная открыть ему светлый мир любви и нежности, которого он прежде не знал.

   Даже самый черствый мужчина однажды готов отдать всё, что у него есть, в том числе и свою душу, если в его жизни появляется женщина, способная открыть ему светлый мир любви и нежности, которого он прежде не знал.

   — Петр Гладилин · книга
2. «

   Как глоток вина, так тебя она выпивает.

   Как глоток вина, так тебя она выпивает.
3. «

   Знаю, каждый за женщину платит. Ничего, если пока тебя вместо шика парижских платьев одену в дым табака.

   Знаю, каждый за женщину платит. Ничего, если пока тебя вместо шика парижских платьев одену в дым табака.

   — Владимир Маяковский
4. «

   Я надеялся втайне, Что тебя не листали, Но тебя, как в читальне, Слишком многие брали.

   Я надеялся втайне, Что тебя не листали, Но тебя, как в читальне, Слишком многие брали.

   — Владимир Семёнович Высоцкий
5. «

   Нас было четыре сестры, четыре сестры нас было, все мы четыре любили, но все имели разные «потому что»: одна любила, потому что так отец с матерью ей велели, другая любила, потому что богат был её любовник, третья любила, потому что он был знаменитый художник, а я любила, потому что полюбила.

   Нас было четыре сестры, четыре сестры нас было, все мы четыре любили, но все имели разные «потому что»: одна любила, потому что так отец с матерью ей велели, другая любила, потому что богат был её любовник, третья любила, потому что он был знаменитый художник, а я любила, потому что полюбила.

   — Михаил Алексеевич Кузмин
6. «

   Девушка, открывающая душу и тело своему другу, открывает все таинства женского пола.

   Девушка, открывающая душу и тело своему другу, открывает все таинства женского пола.

   — Георг Кристоф Лихтенберг
7. «

   Великие лорды дали бы нам ещё два года войны, – заявляет дурак в своем свидетельстве, – именно женщины заключили мир. Чёрная Али, Дева из Долины, Три Вдовы и близняшки-драконы были теми, кто положил конец кровопролитию; и не мечами или ядом, а воронами, словами и поцелуями.

   Великие лорды дали бы нам ещё два года войны, – заявляет дурак в своем свидетельстве, – именно женщины заключили мир. Чёрная Али, Дева из Долины, Три Вдовы и близняшки-драконы были теми, кто положил конец кровопролитию; и не мечами или ядом, а воронами, словами и поцелуями.

   — Джордж Мартин · книга
8. «

   Все прелести и все извивы Её шестнадцатой весны По-детски простодушно живы И нежностью упоены.

   Все прелести и все извивы Её шестнадцатой весны По-детски простодушно живы И нежностью упоены.

   — Поль Верлен
9. «

   Я отсутствовал всего двое суток, но дом сразу, как капризная женщина, приобрел демонстративно заброшенный вид.

   Я отсутствовал всего двое суток, но дом сразу, как капризная женщина, приобрел демонстративно заброшенный вид.

   — Грэм Грин · книга
10. «

    Сияет солнце нам не для того, Чтоб только любоваться на него. Корабль, покинув порт и волны роя, Нам кажется величественней втрое. Забудь же Сест и гордо отплыви В необозримый океан любви! Без дела лёжа, лира хриплой станет. Мужчин чуждаясь, женщина увянет. Тем ярче медь, чем чаще служит нам, Кто предпочел бы золото камням, Не будь оно в таком употребленье? Клад, скрягою хранимый без движенья, Не возрастёт, тогда как, дав взаймы, Порой сто на сто получаем мы. Удвоить могут красоту наряды, Но их носить для этой цели надо, Дворец, в который заколочен вход, Плачевно обветшает и падёт, Ах, Геро, не губи себя бесцельно! Для женщин одиночество — смертельно.

    Сияет солнце нам не для того, Чтоб только любоваться на него. Корабль, покинув порт и волны роя, Нам кажется величественней втрое. Забудь же Сест и гордо отплыви В необозримый океан любви! Без дела лёжа, лира хриплой станет. Мужчин чуждаясь, женщина увянет. Тем ярче медь, чем чаще служит нам, Кто предпочел бы золото камням, Не будь оно в таком употребленье? Клад, скрягою хранимый без движенья, Не возрастёт, тогда как, дав взаймы, Порой сто на сто получаем мы. Удвоить могут красоту наряды, Но их носить для этой цели надо, Дворец, в который заколочен вход, Плачевно обветшает и падёт, Ах, Геро, не губи себя бесцельно! Для женщин одиночество — смертельно.

    — Кристофер Марло
11. «

    Ты была для меня короной и алтарем, загадкой, соблазном, ребенком, матерью, святой, падшей женщиной и богиней – потому что я так хотел. Ты была для меня жизнью и смертью одновременно, мировой загадкой и загадочным миром, бесконечным праздником чувств и души…

    Ты была для меня короной и алтарем, загадкой, соблазном, ребенком, матерью, святой, падшей женщиной и богиней – потому что я так хотел. Ты была для меня жизнью и смертью одновременно, мировой загадкой и загадочным миром, бесконечным праздником чувств и души…

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    Красивая женщина – это профессия. И если она до сих пор не устроена, ее осуждают и каждая версия имеет своих безусловных сторонников. Ей, с самого детства вскормленной не баснями, остаться одною, а, значит, бессильною, намного страшнее, намного опаснее, чем если б она не считалась красивою. Пусть вдоволь листают романы прошедшие, пусть бредят дурнушки заезжими принцами. А в редкой профессии сказочной женщины есть навыки, тайны, и строгие принципы. Идет она молча по улице трепетной, сидит как на троне с друзьями заклятыми. Приходится жить — ежедневно расстрелянной намеками, слухами, вздохами, взглядами. Подругам она улыбается весело. Подруги ответят и тут же обидятся... Красивая женщина — это профессия, А все остальное — сплошное любительство.

    Красивая женщина – это профессия. И если она до сих пор не устроена, ее осуждают и каждая версия имеет своих безусловных сторонников. Ей, с самого детства вскормленной не баснями, остаться одною, а, значит, бессильною, намного страшнее, намного опаснее, чем если б она не считалась красивою. Пусть вдоволь листают романы прошедшие, пусть бредят дурнушки заезжими принцами. А в редкой профессии сказочной женщины есть навыки, тайны, и строгие принципы. Идет она молча по улице трепетной, сидит как на троне с друзьями заклятыми. Приходится жить — ежедневно расстрелянной намеками, слухами, вздохами, взглядами. Подругам она улыбается весело. Подруги ответят и тут же обидятся... Красивая женщина — это профессия, А все остальное — сплошное любительство.

    — Роберт Рождественский
13. «

    Я готов трое суток слоняться по ЦУМу, невзирая на время, невзирая на сумму, Я готов раз в минуту писать смс, проклиная в душе этот нудный процесс. Твой взгляд — это солнце, только ярче и ближе, я греюсь под ним, словно кот на крыше, Твои внешние данные — это музей, хранящий тайные взгляды моих друзей.

    Я готов трое суток слоняться по ЦУМу, невзирая на время, невзирая на сумму, Я готов раз в минуту писать смс, проклиная в душе этот нудный процесс. Твой взгляд — это солнце, только ярче и ближе, я греюсь под ним, словно кот на крыше, Твои внешние данные — это музей, хранящий тайные взгляды моих друзей.
14. «

    Духи — это как любовь, тут скупиться нельзя. Надо отдаваться им полностью и целиком...

    Духи — это как любовь, тут скупиться нельзя. Надо отдаваться им полностью и целиком...

    — Эсте Лаудер
15. «

    Он мечтал о девушке милой, доброй, двигающейся с изяществом. Она непременно будет прекрасной, потому что, как любое произведение искусства, женская красота со временем открывает новые грани.

    Он мечтал о девушке милой, доброй, двигающейся с изяществом. Она непременно будет прекрасной, потому что, как любое произведение искусства, женская красота со временем открывает новые грани.

    — Адриана Трижиани · книга
16. «

    Её внутренний облик мне представлялся до противного шаблонным: сладкая, знойная какофония джаза, мороженое под шоколадно-тянучковым соусом, кинокомедия с песенками, киножурнальчики и так далее – вот очевидные пункты в её списке любимых вещей.

    Её внутренний облик мне представлялся до противного шаблонным: сладкая, знойная какофония джаза, мороженое под шоколадно-тянучковым соусом, кинокомедия с песенками, киножурнальчики и так далее – вот очевидные пункты в её списке любимых вещей.

    — Владимир Набоков · книга
17. «

    Мэри Талбот, жена Тома Талбота, была красотка. У неё были рыжие волосы, чуть в прозелень, золотистая кожа, как бы подсвеченная изнутри зеленым, и зелёные глаза с золотистыми искорками. Овал лица у неё был лисий, треугольный — широкий в скулах и сужающийся к подбородку. У неё были длинные ноги танцовщицы и стопы, как у балерины. Когда она шла, ноги её почти не касались земли. Чуть она разволнуется, а волновалась она постоянно, лицо её вспыхивало золотом. Её пра-пра-пра-пра-прабабку сожгли на костре как ведьму.

    Мэри Талбот, жена Тома Талбота, была красотка. У неё были рыжие волосы, чуть в прозелень, золотистая кожа, как бы подсвеченная изнутри зеленым, и зелёные глаза с золотистыми искорками. Овал лица у неё был лисий, треугольный — широкий в скулах и сужающийся к подбородку. У неё были длинные ноги танцовщицы и стопы, как у балерины. Когда она шла, ноги её почти не касались земли. Чуть она разволнуется, а волновалась она постоянно, лицо её вспыхивало золотом. Её пра-пра-пра-пра-прабабку сожгли на костре как ведьму.

    — Джон Стейнбек · книга
18. «

    Перед тем как уйти, я спросила: «Скажи, а ты любишь меня?» Ты долго не отвечал, а потом уронил упрямо: «Мне с тобой хорошо. Этого не достаточно?» В тот момент я ещё раз убедилась в том, что способна по-бабски приукрасить абсолютно всё – свою жизнь, чувства любимого мужчины, окружающий мир. Женщины – прирожденные художники-декораторы. С кистью в руках и мольбертом в придачу, а мужчины для нас порою чистые холсты – рисуем, раскрашиваем, где-то подтираем, что-то замазываем. Только вот, как правило, в итоге выясняется, что рисуем мы не с натуры, а на поводу у фантазий, желаний – гляди, сплошное несоответствие с действительностью.

    Перед тем как уйти, я спросила: «Скажи, а ты любишь меня?» Ты долго не отвечал, а потом уронил упрямо: «Мне с тобой хорошо. Этого не достаточно?» В тот момент я ещё раз убедилась в том, что способна по-бабски приукрасить абсолютно всё – свою жизнь, чувства любимого мужчины, окружающий мир. Женщины – прирожденные художники-декораторы. С кистью в руках и мольбертом в придачу, а мужчины для нас порою чистые холсты – рисуем, раскрашиваем, где-то подтираем, что-то замазываем. Только вот, как правило, в итоге выясняется, что рисуем мы не с натуры, а на поводу у фантазий, желаний – гляди, сплошное несоответствие с действительностью.

    — Эльчин Сафарли · книга
19. «

    Мужчина без женщины и женщина без мужчины – всего лишь пол, полчеловека.

    Мужчина без женщины и женщина без мужчины – всего лишь пол, полчеловека.

    — Олег Рой · книга
20. «

    И сказал (Заратустра)… «А счастье женщина».

    И сказал (Заратустра)… «А счастье женщина».

    — Фридрих Вильгельм Ницше