320 глубоких цитат про «Грустные цитаты про жизнь»

Собрали 320 цитат на тему «Грустные цитаты про жизнь» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   «Лютый»: — Ну а ты, Хохол, из Афгана придешь, что делать будешь? «Хохол»: — Пить буду. «Лютый»: — Ну, это понятно. Неделю попьешь, а потом? «Хохол»: — Опять пить буду. «Лютый»: — А дальше? «Хохол»: — И дальше пить буду. Пока не забуду всё это. Потом встану, рожу умою и по-новому жить начну, если получится.

   «Лютый»: — Ну а ты, Хохол, из Афгана придешь, что делать будешь? «Хохол»: — Пить буду. «Лютый»: — Ну, это понятно. Неделю попьешь, а потом? «Хохол»: — Опять пить буду. «Лютый»: — А дальше? «Хохол»: — И дальше пить буду. Пока не забуду всё это. Потом встану, рожу умою и по-новому жить начну, если получится.

   — Олег Лютаев / «Лютый» · фильм
2. «

   Жизнь — штука жесткая... ей на нас плевать. Не то, чтоб она ненавидела нас... нет, но и любить нас она тоже не любит.

   Жизнь — штука жесткая... ей на нас плевать. Не то, чтоб она ненавидела нас... нет, но и любить нас она тоже не любит.

   — Стивен Кинг · книга
3. «

   В нашем обществе мы должны чувствовать себя счастливо. Если это не так, мы чувствуем, что жизнь не удалась.

   В нашем обществе мы должны чувствовать себя счастливо. Если это не так, мы чувствуем, что жизнь не удалась.

   — Доктор Блейк · фильм
4. «

   Мы идем сквозь жизнь, как поезд сквозь тьму, к неизвестному месту назначения.

   Мы идем сквозь жизнь, как поезд сквозь тьму, к неизвестному месту назначения.

   — Агата Кристи · книга
5. «

   Тревога ушла, вместо нее подступила тихая грусть — не за себя, за людей, которые устраивают из своей жизни нелепицу и беспорядок, сами же потом от этого мучаясь и страдая.

   Тревога ушла, вместо нее подступила тихая грусть — не за себя, за людей, которые устраивают из своей жизни нелепицу и беспорядок, сами же потом от этого мучаясь и страдая.

   — Борис Акунин · книга
6. «

   В жизни вообще мало справедливости.

   В жизни вообще мало справедливости.

   — Джон Харвуд · книга
7. «

   Метафорическая жизненная битва похожа на настоящую войну — в ней больше искалеченных, чем убитых.

   Метафорическая жизненная битва похожа на настоящую войну — в ней больше искалеченных, чем убитых.

   — Робертсон Дэвис · книга
8. «

   — Чего вы боитесь? — Больше всего того, что жизнь стала слишком реальной, она утратила былую красоту, утратила безмятежность тех прежних дней, милых моему сердцу. Я не приспособлен жить в этом мире, а мир, которому я принадлежу — исчез с приходом войны. Я видел кровавое месиво из людей, снарядами рвало моих друзей на куски... Бог сохранил мне жизнь, но она для меня хуже смерти. В новом мире мне нет места и мне страшно.

   — Чего вы боитесь? — Больше всего того, что жизнь стала слишком реальной, она утратила былую красоту, утратила безмятежность тех прежних дней, милых моему сердцу. Я не приспособлен жить в этом мире, а мир, которому я принадлежу — исчез с приходом войны. Я видел кровавое месиво из людей, снарядами рвало моих друзей на куски... Бог сохранил мне жизнь, но она для меня хуже смерти. В новом мире мне нет места и мне страшно.

   — Скарлетт О'Хара · фильм
9. «

   Произнося слово «увековечить», мы даже не задумываемся, насколько смертны памятники. Как бы ни были они «ориентированы на вечность», средняя продолжительность их жизни соизмерима с человеческой.

   Произнося слово «увековечить», мы даже не задумываемся, насколько смертны памятники. Как бы ни были они «ориентированы на вечность», средняя продолжительность их жизни соизмерима с человеческой.

   — Сергей Носов · книга
10. «

    Постепенно я привык считать свою жизнь несбывшимся обещанием, но в глубине души подозревал, что несбывшимся обещанием оказался я сам.

    Постепенно я привык считать свою жизнь несбывшимся обещанием, но в глубине души подозревал, что несбывшимся обещанием оказался я сам.

    — Макс Фрай · книга
11. «

    Это мой район. Это моя улица. Это моя жена. Мне 42 года, и меньше, чем через год, я буду мертв... Конечно, я этого пока не знаю. И, в каком-то смысле, я уже мертв.

    Это мой район. Это моя улица. Это моя жена. Мне 42 года, и меньше, чем через год, я буду мертв... Конечно, я этого пока не знаю. И, в каком-то смысле, я уже мертв.

    — Лестер Бёрнэм · фильм
12. «

    Люди начинают сходить с ума, когда понимают, что их жизнь кончена.

    Люди начинают сходить с ума, когда понимают, что их жизнь кончена.

    — Полицейский · игра
13. «

    Гляжу в зеркало, вспоминаю сколько времени в жизни потратила, занимаясь своей внешностью, а счастья мне это все равно не принесло. Шикарные длинные волосы отрастила и тысячи истратила на средства для ухода. Чтобы потом взять и обрезать. Жизнь.

    Гляжу в зеркало, вспоминаю сколько времени в жизни потратила, занимаясь своей внешностью, а счастья мне это все равно не принесло. Шикарные длинные волосы отрастила и тысячи истратила на средства для ухода. Чтобы потом взять и обрезать. Жизнь.

    — Марина Матисс · книга
14. «

    Сердце колотилось о рёбра, как обезумевшая птица. Наверное, оно знало, что времени осталось мало, и хотело наверстать удары за целую жизнь.

    Сердце колотилось о рёбра, как обезумевшая птица. Наверное, оно знало, что времени осталось мало, и хотело наверстать удары за целую жизнь.

    — Джоан Роулинг · книга
15. «

    Знаешь, иногда кажется, ну и что, что что-то не так идёт, у всех же так, все терпят, у всех плохо. У тебя не хуже. Так и живёшь в своём «могло быть и хуже», да не замечаешь, что и лучше могло быть.

    Знаешь, иногда кажется, ну и что, что что-то не так идёт, у всех же так, все терпят, у всех плохо. У тебя не хуже. Так и живёшь в своём «могло быть и хуже», да не замечаешь, что и лучше могло быть.

    — призрак Нюрка · мультфильм
16. «

    Я просыпаюсь каждое утро. Открываю глаза и думаю: вот, опять всё сначала.

    Я просыпаюсь каждое утро. Открываю глаза и думаю: вот, опять всё сначала.

    — Энди Уорхол
17. «

    Был я весь — как запущенный сад, Был на женщин и зелие падкий. Разонравилось пить и плясать И терять свою жизнь без оглядки.

    Был я весь — как запущенный сад, Был на женщин и зелие падкий. Разонравилось пить и плясать И терять свою жизнь без оглядки.

    — Сергей Александрович Есенин
18. «

    У тебя было какое-то представление о жизни, была какая-то вера, какая-то задача, ты был готов к подвигам, страданьям и жертвам — а потом ты постепенно увидел, что мир не требует от тебя никаких подвигов, жертв и всякого такого, что жизнь — это не величественная поэма с героическими ролями и всяким таким, а мещанская комната, где вполне довольствуются едой и питьем, кофе и вязаньем чулка, игрой в тарок и радиомузыкой. А кому нужно и кто носит в себе другое, нечто героическое и прекрасное, почтенье к великим поэтам или почтенье к святым, тот дурак и донкихот.

    У тебя было какое-то представление о жизни, была какая-то вера, какая-то задача, ты был готов к подвигам, страданьям и жертвам — а потом ты постепенно увидел, что мир не требует от тебя никаких подвигов, жертв и всякого такого, что жизнь — это не величественная поэма с героическими ролями и всяким таким, а мещанская комната, где вполне довольствуются едой и питьем, кофе и вязаньем чулка, игрой в тарок и радиомузыкой. А кому нужно и кто носит в себе другое, нечто героическое и прекрасное, почтенье к великим поэтам или почтенье к святым, тот дурак и донкихот.

    — Герман Гессе · книга
19. «

    В детстве отец говорил мне: «Кому ведан страх, тот позволяет страху руководить собой». Он говорил, что страх подобен животному, ему можно позволить завладеть тобой или убить. Я не всегда понимал своего папу, но в тот день понял: он хочет, чтобы я стал мужчиной. <...> Есть более тяжкие испытания, чем прыжок с обрыва в девять лет. Когда Глория вошла в мою жизнь, я нашёл в себе мужество прыгнуть. Она научила меня радоваться жизни и не бояться смерти. И те двадцать евро за такси стали золотым ключиком к моему счастью. Не бывает идеальных родителей, но мы все стараемся, фантазируем, кто как может. Сейчас, когда я смотрю на Глорию, слышу её смех, я забываю обо всём на свете. Важно только настоящее, только «сейчас». Оно наполняет меня словно музыка. И это настоящее того стоило. Несмотря на то, что жизнь наделила нас недостатком, слабостью, болью, вот здесь, возле сердца. Врачи не могут объяснить возникновения. Оно есть. Прогрессирует. Впереди неизвестность. Такова жизнь. И однажды Глория просто не проснётся утром. Доктора не ошиблись. Глория ушла спустя пару недель после этих счастливых моментов. Отец учил меня принимать страх, а дочь — принимать жизнь. Порой кажется, что неудачам нет конца. Рядом с Глорией каждая секунда моей жизни была наполнена праздником и теперь каждый миг с моей дочерью навсегда останется во мне. Глория со мной. Рядом. Всегда. И навечно. И завтра всё повторится.

    В детстве отец говорил мне: «Кому ведан страх, тот позволяет страху руководить собой». Он говорил, что страх подобен животному, ему можно позволить завладеть тобой или убить. Я не всегда понимал своего папу, но в тот день понял: он хочет, чтобы я стал мужчиной. <...> Есть более тяжкие испытания, чем прыжок с обрыва в девять лет. Когда Глория вошла в мою жизнь, я нашёл в себе мужество прыгнуть. Она научила меня радоваться жизни и не бояться смерти. И те двадцать евро за такси стали золотым ключиком к моему счастью. Не бывает идеальных родителей, но мы все стараемся, фантазируем, кто как может. Сейчас, когда я смотрю на Глорию, слышу её смех, я забываю обо всём на свете. Важно только настоящее, только «сейчас». Оно наполняет меня словно музыка. И это настоящее того стоило. Несмотря на то, что жизнь наделила нас недостатком, слабостью, болью, вот здесь, возле сердца. Врачи не могут объяснить возникновения. Оно есть. Прогрессирует. Впереди неизвестность. Такова жизнь. И однажды Глория просто не проснётся утром. Доктора не ошиблись. Глория ушла спустя пару недель после этих счастливых моментов. Отец учил меня принимать страх, а дочь — принимать жизнь. Порой кажется, что неудачам нет конца. Рядом с Глорией каждая секунда моей жизни была наполнена праздником и теперь каждый миг с моей дочерью навсегда останется во мне. Глория со мной. Рядом. Всегда. И навечно. И завтра всё повторится.

    — Самуэль (бегун) · фильм
20. «

    Мы любим себе представлять несчастие чем-то сосредоточенным, фактом свершившимся, тогда как несчастие никогда не бывает событие, а несчастие есть жизнь, длинная жизнь, несчастная, то есть такая жизнь, в которой осталась обстановка счастья, а счастие и смысл жизни — потеряны.

    Мы любим себе представлять несчастие чем-то сосредоточенным, фактом свершившимся, тогда как несчастие никогда не бывает событие, а несчастие есть жизнь, длинная жизнь, несчастная, то есть такая жизнь, в которой осталась обстановка счастья, а счастие и смысл жизни — потеряны.

    — Лев Николаевич Толстой · книга