747 цитат про «Грустные цитаты про жизнь», которые захочется сохранить

Собрали 747 цитат на тему «Грустные цитаты про жизнь» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Жизнь похожа на лодку с пробоиной. Посреди моря она медленно наполняется водой, а мы пьём за сегодняшний день. Сегодня мы живы, а завтра — помрём.

   Жизнь похожа на лодку с пробоиной. Посреди моря она медленно наполняется водой, а мы пьём за сегодняшний день. Сегодня мы живы, а завтра — помрём.

   — Игорь · фильм
2. «

   Мы считали, что станем кем-то, Пока мать и отец считали копейки.

   Мы считали, что станем кем-то, Пока мать и отец считали копейки.
3. «

   В любой жизни полным-полно страданий.

   В любой жизни полным-полно страданий.

   — Окадзима Рокуро (Рок) · аниме
4. «

   — Знаешь, правду говорят: «Все умирают в одиночку». — Верно. Все умирают в одиночку, но если ты что-то значишь для кого-то, если ты помог кому-то или любил кого-то. Если тебя помнит хоть один человек, то, наверное, ты никогда не умрёшь.

   — Знаешь, правду говорят: «Все умирают в одиночку». — Верно. Все умирают в одиночку, но если ты что-то значишь для кого-то, если ты помог кому-то или любил кого-то. Если тебя помнит хоть один человек, то, наверное, ты никогда не умрёшь.

   — Машина · сериал
5. «

   Большинство людей ведут свою жизнь в тихом отчаянии.

   Большинство людей ведут свою жизнь в тихом отчаянии.

   — Генри Дэвид Торо
6. «

   Жить в общем можно. Но мне хочется скорее спать, нежели жить.

   Жить в общем можно. Но мне хочется скорее спать, нежели жить.

   — Илья Эренбург · книга
7. «

   Мы – сумма всех мгновений нашей жизни; всё, что есть мы, заключено в них, и ни избежать, ни скрыть этого мы не можем.

   Мы – сумма всех мгновений нашей жизни; всё, что есть мы, заключено в них, и ни избежать, ни скрыть этого мы не можем.

   — Томас Вулф · книга
8. «

   Если ты жил, потому что ты гений, то и умрёшь, потому что ты гений.

   Если ты жил, потому что ты гений, то и умрёшь, потому что ты гений.

   — Арианда Валентайн (Кортез)
9. «

   Ненавидящими глазами я смотрел в небо, в это серое бесконечное небо сумасшедшего Бога, который придумал жизнь и смерть, чтобы развлекаться.

   Ненавидящими глазами я смотрел в небо, в это серое бесконечное небо сумасшедшего Бога, который придумал жизнь и смерть, чтобы развлекаться.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    Сильней на свете тяга прочь, и манит страсть к разрывам.

    Сильней на свете тяга прочь, и манит страсть к разрывам.

    — Борис Леонидович Пастернак
11. «

    Жить надоело, но другие варианты еще хуже.

    Жить надоело, но другие варианты еще хуже.

    — Леонид Шебаршин · книга
12. «

    Жизнь – это мука, мука, которую осознаешь. И все наши маленькие уловки – это только дозы морфия, чтобы не кричать.

    Жизнь – это мука, мука, которую осознаешь. И все наши маленькие уловки – это только дозы морфия, чтобы не кричать.

    — Айрис Мёрдок · книга
13. «

    Я не хочу выходить из виртуальности. Не желаю появляться в человеческом мире. Здесь плохо. Здесь грязно и неуютно.

    Я не хочу выходить из виртуальности. Не желаю появляться в человеческом мире. Здесь плохо. Здесь грязно и неуютно.

    — Сергей Лукьяненко · книга
14. «

    Почему я всегда смотрю на жизнь через окно? И когда все это заканчивается, я проклинаю себя за то, что у меня осталось так мало времени, чтобы читать, писать что-то и думать...

    Почему я всегда смотрю на жизнь через окно? И когда все это заканчивается, я проклинаю себя за то, что у меня осталось так мало времени, чтобы читать, писать что-то и думать...

    — Дэниел Киз · книга
15. «

    Постепенно я привык считать свою жизнь несбывшимся обещанием, но в глубине души подозревал, что несбывшимся обещанием оказался я сам.

    Постепенно я привык считать свою жизнь несбывшимся обещанием, но в глубине души подозревал, что несбывшимся обещанием оказался я сам.

    — Макс Фрай · книга
16. «

    Раньше мне казалось, что моя жизнь разваливается на части, но теперь от неё и вовсе остались клочки...

    Раньше мне казалось, что моя жизнь разваливается на части, но теперь от неё и вовсе остались клочки...

    — Элизабет Гилберт · книга
17. «

    Если я разрушаю себя, значит, я жив.

    Если я разрушаю себя, значит, я жив.

    — Гарри
18. «

    — Дядя Игорь, я тут книжку умную читаю... А что такое абсурд? — Абсурд — это наша жизнь, Леночка.

    — Дядя Игорь, я тут книжку умную читаю... А что такое абсурд? — Абсурд — это наша жизнь, Леночка.

    — Лена (старшая дочь Дмитрия и Валентины) · фильм
19. «

    Видите ли, человек не оставляет по себе почти никаких следов. Рождаешься на свет, пытаешься что-то делать, сам не зная почему, но все равно продолжаешь свои попытки; родившись одновременно со множеством других людей, ты связан с ними, и потому, пытаясь двинуть рукой или ногой, ты как бы дергаешь за веревочки, но веревочки привязаны к рукам и ногам всех остальных, и все они тоже пытаются за них дергать и тоже не знают почему, знают только, что все веревочки перепутались и мешают друг другу, все равно как если бы пять или шесть человек пытались соткать ковер на одном ткацком станке, причем каждый хотел бы вплести в него свой собственный узор, но ты знаешь, что это не имеет никакого значения иначе те, кто сотворил этот станок, устроили бы все гораздо лучше, и все же это не может не иметь значения — ведь ты продолжаешь свои попытки, во всяком случае должен их продолжать, а потом вдруг оказывается, что все кончено, и от тебя осталась всего лишь каменная глыба, на которой что-то нацарапано если, конечно, кто-нибудь удосужился этот мрамор поставить и что-то на нем нацарапать, и вот на него льет дождь и светит солнце, и вскоре никто уже не помнит ни имени, ни что эти царапины означают, и это тоже не имеет значения.

    Видите ли, человек не оставляет по себе почти никаких следов. Рождаешься на свет, пытаешься что-то делать, сам не зная почему, но все равно продолжаешь свои попытки; родившись одновременно со множеством других людей, ты связан с ними, и потому, пытаясь двинуть рукой или ногой, ты как бы дергаешь за веревочки, но веревочки привязаны к рукам и ногам всех остальных, и все они тоже пытаются за них дергать и тоже не знают почему, знают только, что все веревочки перепутались и мешают друг другу, все равно как если бы пять или шесть человек пытались соткать ковер на одном ткацком станке, причем каждый хотел бы вплести в него свой собственный узор, но ты знаешь, что это не имеет никакого значения иначе те, кто сотворил этот станок, устроили бы все гораздо лучше, и все же это не может не иметь значения — ведь ты продолжаешь свои попытки, во всяком случае должен их продолжать, а потом вдруг оказывается, что все кончено, и от тебя осталась всего лишь каменная глыба, на которой что-то нацарапано если, конечно, кто-нибудь удосужился этот мрамор поставить и что-то на нем нацарапать, и вот на него льет дождь и светит солнце, и вскоре никто уже не помнит ни имени, ни что эти царапины означают, и это тоже не имеет значения.

    — Уильям Фолкнер · книга
20. «

    Бенжамин был старейшим четвероногим скотного двора [...] Из всех обитателей усадьбы только он никогда не смеялся. А когда его спрашивали — почему, он отвечал обычно, что не видит в этой жизни ничего смешного.

    Бенжамин был старейшим четвероногим скотного двора [...] Из всех обитателей усадьбы только он никогда не смеялся. А когда его спрашивали — почему, он отвечал обычно, что не видит в этой жизни ничего смешного.

    — Джордж Оруэлл · книга