787 цитат «Грустные цитаты про жизнь» — избранное

Собрали 787 цитат на тему «Грустные цитаты про жизнь» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Мы все ничтожные, самодовольные твари, ползающие по земле…но не обделены мозгами и поэтому изредка, если сильно постараться, ведем себя как нормальные люди. — Это значит, что любая жизнь важна для Бога. — Но не для меня и не для тебя. Судя по количеству природных катастроф, и не для Бога тоже.

   — Мы все ничтожные, самодовольные твари, ползающие по земле…но не обделены мозгами и поэтому изредка, если сильно постараться, ведем себя как нормальные люди. — Это значит, что любая жизнь важна для Бога. — Но не для меня и не для тебя. Судя по количеству природных катастроф, и не для Бога тоже.

   — Доктор Грегори Хаус · сериал
2. «

   Тому, кто живет разумом, жизнь видится комедией. Для тех, кто живет чувствами или подвержен эмоциями, жизнь — это трагедия..

   Тому, кто живет разумом, жизнь видится комедией. Для тех, кто живет чувствами или подвержен эмоциями, жизнь — это трагедия..

   — Генри Миллер · книга
3. «

   В жизни может случиться что угодно, но когда на руках матери умирает ее ребенок, это трудно оправдать фразами «что ни делается, всё к лучшему» или «значит, так должно быть».

   В жизни может случиться что угодно, но когда на руках матери умирает ее ребенок, это трудно оправдать фразами «что ни делается, всё к лучшему» или «значит, так должно быть».

   — Эльчин Сафарли · книга
4. «

   Порою мне кажется, что я давно перестал жить. Но это ведь несуразица, ибо я еще ни разу не жил...

   Порою мне кажется, что я давно перестал жить. Но это ведь несуразица, ибо я еще ни разу не жил...

   — Валентин Пикуль · книга
5. «

   Итак, в чьих руках реальная власть в Москве? Чьи интересы реализуют за кулисами чиновники-покровители Канделаки? Почему в её поддержку одни СМИ глушатся телефонным правом, другие – давлением рекламодателей? Почему любителям Русского мира предписано «жрать свое дерьмо» и помалкивать? По-моему, сама по себе Канделаки никакого значения не имеет. Её личное дело — с кем дружить, кого любить, с кем на машинках кататься. И как она относится к русским — её проблема. Важно другое: почему столь сомнительные персоны привлекаются на ключевые должности на федеральных телеканалах, почему получают уникальные возможности влияния на культуру и сознание масс. Насколько это соответствует интересам страны.

   Итак, в чьих руках реальная власть в Москве? Чьи интересы реализуют за кулисами чиновники-покровители Канделаки? Почему в её поддержку одни СМИ глушатся телефонным правом, другие – давлением рекламодателей? Почему любителям Русского мира предписано «жрать свое дерьмо» и помалкивать? По-моему, сама по себе Канделаки никакого значения не имеет. Её личное дело — с кем дружить, кого любить, с кем на машинках кататься. И как она относится к русским — её проблема. Важно другое: почему столь сомнительные персоны привлекаются на ключевые должности на федеральных телеканалах, почему получают уникальные возможности влияния на культуру и сознание масс. Насколько это соответствует интересам страны.

   — Александр Сергеевич Запесоцкий
6. «

   Это оскорбительно солдату — думать о своей жизни на поле боя.

   Это оскорбительно солдату — думать о своей жизни на поле боя.

   — Абараи Ренджи · аниме
7. «

   – Майкл. Послушай мой рассказ. – Давайте… – Несколько поколений мои предки были раввинами. В Израиле, а раньше в Европе… И я должен был стать раввином. Я был, как бы, пророк – гордость религиозной школы. Когда мне было двенадцать, старшие говорили, что я понял «Талмуд», как сорокалетний. Но когда мне исполнилось тринадцать, я осознал, что не стану. Что я никогда не стану раввином. – Почему? – Как бы хорошо я не понимал «Талмуд»… Я не видел в нём Бога… – Вы могли бы солгать себе. – Я старался. До безумия. Все так верили в меня. – У вас достойная профессия. – Не для моих родных. Мои родители были убиты, уничтожены моим решением… Отец отослал меня в Нью-Йорк, к дальним родственникам. Со временем, я нашёл место под солнцем. Своё дело… – Что дальше? – Я погрузился в него, изучал право, узнал о нём всё, что мог. В душе я понимал – я родился, чтобы стать юристом... – А ваши родители смирились? – Нет. Я надеялся, что изменю их отношение к себе. Но, они были непримиримы… Отец больше со мной не разговаривал… Никогда… – А если бы вы начали жизнь сначала. Вы сделали бы тот же выбор?.. – Какой там выбор?... В религиозной школе я понял: нельзя убежать от самого себя. Твоя судьба всё равно тебя найдёт.

   – Майкл. Послушай мой рассказ. – Давайте… – Несколько поколений мои предки были раввинами. В Израиле, а раньше в Европе… И я должен был стать раввином. Я был, как бы, пророк – гордость религиозной школы. Когда мне было двенадцать, старшие говорили, что я понял «Талмуд», как сорокалетний. Но когда мне исполнилось тринадцать, я осознал, что не стану. Что я никогда не стану раввином. – Почему? – Как бы хорошо я не понимал «Талмуд»… Я не видел в нём Бога… – Вы могли бы солгать себе. – Я старался. До безумия. Все так верили в меня. – У вас достойная профессия. – Не для моих родных. Мои родители были убиты, уничтожены моим решением… Отец отослал меня в Нью-Йорк, к дальним родственникам. Со временем, я нашёл место под солнцем. Своё дело… – Что дальше? – Я погрузился в него, изучал право, узнал о нём всё, что мог. В душе я понимал – я родился, чтобы стать юристом... – А ваши родители смирились? – Нет. Я надеялся, что изменю их отношение к себе. Но, они были непримиримы… Отец больше со мной не разговаривал… Никогда… – А если бы вы начали жизнь сначала. Вы сделали бы тот же выбор?.. – Какой там выбор?... В религиозной школе я понял: нельзя убежать от самого себя. Твоя судьба всё равно тебя найдёт.

   — Майк Макдермот · фильм
8. «

   Всегда есть причина жить, просто иногда её тяжело увидеть.

   Всегда есть причина жить, просто иногда её тяжело увидеть.
9. «

   — Я так горжусь тобой, Чарли. — Очень горжусь, сынок. — И я понимаю, ты зашел так далеко, как только мог... — Еще нет... — Я надеюсь не умрешь, Чарли... — Но если умру, то за любовь... и меня это устраивает.

   — Я так горжусь тобой, Чарли. — Очень горжусь, сынок. — И я понимаю, ты зашел так далеко, как только мог... — Еще нет... — Я надеюсь не умрешь, Чарли... — Но если умру, то за любовь... и меня это устраивает.

   — Чарли Кантримен · фильм
10. «

    И весь этот наш роман — общее, избитое место: он пал духом и утерял почву. Явилась она, бодрая духом, сильная, и подала ему руку помощи. Это красиво и похоже на правду только в романах, а в жизни...

    И весь этот наш роман — общее, избитое место: он пал духом и утерял почву. Явилась она, бодрая духом, сильная, и подала ему руку помощи. Это красиво и похоже на правду только в романах, а в жизни...

    — Антон Павлович Чехов · книга
11. «

    Тогда и я, Под дикий шум, Но зрело знающий работу, Спустился в корабельный трюм, Чтоб не смотреть людскую рвоту. Тот трюм был - Русским кабаком. И я склонился над стаканом, Чтоб, не страдая ни о ком, Себя сгубить В угаре пьяном.

    Тогда и я, Под дикий шум, Но зрело знающий работу, Спустился в корабельный трюм, Чтоб не смотреть людскую рвоту. Тот трюм был - Русским кабаком. И я склонился над стаканом, Чтоб, не страдая ни о ком, Себя сгубить В угаре пьяном.

    — Сергей Александрович Есенин
12. «

    — Так вы выбираете смерть потому, что потеряли надежду? — Как мог я ее потерять, если у меня ее никогда не было? — Разве можно жить без надежды? — Да, если имеешь убеждения.

    — Так вы выбираете смерть потому, что потеряли надежду? — Как мог я ее потерять, если у меня ее никогда не было? — Разве можно жить без надежды? — Да, если имеешь убеждения.

    — Симона де Бовуар · книга
13. «

    Человеку, в сущности, очень немного нужно. И прежде всего ему нужен огонь. И ещё человеку нужно освоиться.

    Человеку, в сущности, очень немного нужно. И прежде всего ему нужен огонь. И ещё человеку нужно освоиться.

    — Михаил Булгаков · книга
14. «

    Жизнь — это не безделушка, с которой можно поиграться, сломать и выбросить, но многие об этом забывают.

    Жизнь — это не безделушка, с которой можно поиграться, сломать и выбросить, но многие об этом забывают.

    — Харпер Маверик
15. «

    И кем бы ни был ты, цветок, Познавший истины глоток, Ты жажду жизни не забудешь И в вечных поисках пробудешь.

    И кем бы ни был ты, цветок, Познавший истины глоток, Ты жажду жизни не забудешь И в вечных поисках пробудешь.

    — Нана Блик · книга
16. «

    Осторожнее! Задумаешься о том — кто что заслужил, и сам не заметишь, как проведёшь остаток жизни, оплакивая всех и каждого.

    Осторожнее! Задумаешься о том — кто что заслужил, и сам не заметишь, как проведёшь остаток жизни, оплакивая всех и каждого.

    — Серсея Ланнистер · сериал
17. «

    Больному сердцу любо Строй жизни порицать. Всё тело хочет грубо Мне солнце пронизать,

    Больному сердцу любо Строй жизни порицать. Всё тело хочет грубо Мне солнце пронизать,

    — Федор Сологуб
18. «

    Жизнь человеческая — мгновение. К сожалению, истину эту мы понимаем когда нам за пятьдесят. Но только понимаем, больше ничего. Ну поищите, поищите хотя бы одного человека, который бы поняв, что жизнь — мгновение, остановился бы в своей суете. Перестал бы там приобретать землю, рабов, воевать с соседним князем. Нет, не найдёте вы такого человека. На земле нет... Слаб человек, слаб, чтобы поняв всю бренность бытия — остановиться в своей суете.

    Жизнь человеческая — мгновение. К сожалению, истину эту мы понимаем когда нам за пятьдесят. Но только понимаем, больше ничего. Ну поищите, поищите хотя бы одного человека, который бы поняв, что жизнь — мгновение, остановился бы в своей суете. Перестал бы там приобретать землю, рабов, воевать с соседним князем. Нет, не найдёте вы такого человека. На земле нет... Слаб человек, слаб, чтобы поняв всю бренность бытия — остановиться в своей суете.

    — Пётр Петрович Гасилов · фильм
19. «

    Опять пустые разговоры, С концами не свести концы... Нас учат честной жизни воры И — благородству — подлецы.

    Опять пустые разговоры, С концами не свести концы... Нас учат честной жизни воры И — благородству — подлецы.

    — Даниил Чкония
20. «

    Моя мать умерла прежде, чем я добился успеха. Помню, мне было лет десять. Наша квартира на верхнем этаже. Дико холодно. Снизу, из проулка, меня окликают друзья, зовут прошвырнуться по улицам. А мать меня не пускает. Я страшно злился и орал на нее без умолку. Она сносила мои упреки. И тем самым спасла мне жизнь. Понимаете, всех тех ребят, которые тогда звали меня гулять, уже нет на свете. Она хотела, чтобы я не шлялся по улицам допоздна, а делал уроки. И именно благодаря этому я теперь сижу здесь и разговариваю с вами. Все очень просто, верно? Но мы так забывчивы...

    Моя мать умерла прежде, чем я добился успеха. Помню, мне было лет десять. Наша квартира на верхнем этаже. Дико холодно. Снизу, из проулка, меня окликают друзья, зовут прошвырнуться по улицам. А мать меня не пускает. Я страшно злился и орал на нее без умолку. Она сносила мои упреки. И тем самым спасла мне жизнь. Понимаете, всех тех ребят, которые тогда звали меня гулять, уже нет на свете. Она хотела, чтобы я не шлялся по улицам допоздна, а делал уроки. И именно благодаря этому я теперь сижу здесь и разговариваю с вами. Все очень просто, верно? Но мы так забывчивы...

    — Аль Пачино