352 цитаты «жизнь после смерти» — избранное

Собрали 352 цитаты на тему «жизнь после смерти» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Из жевательной резинки килограммов из пяти можно вылепить ботинки для последнего пути.

   Из жевательной резинки килограммов из пяти можно вылепить ботинки для последнего пути.
2. «

   Наложить на себя руки можно всего по двух причинам. Первая — стремление убежать от чего-то или к чему-то. В этом есть рациональное зерно: если человек мучается от невыносимой боли, отчаяния или духовных метаний и нет ни малейшей надежды на излечение, то, возможно, есть смысл избрать уход в небытие. Но не очень-то разумно убить себя в надежде на лучшую жизнь или на обогащение гаммы своих чувств опытом смерти. Испытать смерть нельзя. Я не уверена даже, что можно испытать процесс умирания. Испытать можно лишь приготовление к смерти, но даже это лишено смысла, ибо впоследствии такой опыт не пригодится. Если после смерти нас ждет какая-то иная жизнь, мы все скоро в этом убедимся. Если же нет, то нам уже не представится возможности пожаловаться, что нас надули. Люди, верящие в загробную жизнь, вполне в ладу с разумом. Лишь им не суждено испытать последнее разочарование.

   Наложить на себя руки можно всего по двух причинам. Первая — стремление убежать от чего-то или к чему-то. В этом есть рациональное зерно: если человек мучается от невыносимой боли, отчаяния или духовных метаний и нет ни малейшей надежды на излечение, то, возможно, есть смысл избрать уход в небытие. Но не очень-то разумно убить себя в надежде на лучшую жизнь или на обогащение гаммы своих чувств опытом смерти. Испытать смерть нельзя. Я не уверена даже, что можно испытать процесс умирания. Испытать можно лишь приготовление к смерти, но даже это лишено смысла, ибо впоследствии такой опыт не пригодится. Если после смерти нас ждет какая-то иная жизнь, мы все скоро в этом убедимся. Если же нет, то нам уже не представится возможности пожаловаться, что нас надули. Люди, верящие в загробную жизнь, вполне в ладу с разумом. Лишь им не суждено испытать последнее разочарование.

   — Филлис Дороти Джеймс · книга
3. «

   Now I know that there’s a different way to die: My body breathes, heart still beats, but I am not alive...

   Now I know that there’s a different way to die: My body breathes, heart still beats, but I am not alive...
4. «

   Я скажу тебе, чего я боюсь, – серьезно заговорил Арман, и голос его звучал напряженно. – Того, что после смерти наступает хаос, что начинается сон, от которого нельзя пробудиться. Представь, что ты впал в полубессознательное состояние и тщетно пытаешься вспомнить, кто ты сейчас и кем был прежде. Представь, что ты обречен на вечные напряженные поиски ясности, доступной лишь живым...

   Я скажу тебе, чего я боюсь, – серьезно заговорил Арман, и голос его звучал напряженно. – Того, что после смерти наступает хаос, что начинается сон, от которого нельзя пробудиться. Представь, что ты впал в полубессознательное состояние и тщетно пытаешься вспомнить, кто ты сейчас и кем был прежде. Представь, что ты обречен на вечные напряженные поиски ясности, доступной лишь живым...

   — Энн Райс · книга
5. «

   Говорят, духи тех, кто умер не своей смертью, вызвать просто: они всегда рядом с живыми.

   Говорят, духи тех, кто умер не своей смертью, вызвать просто: они всегда рядом с живыми.

   — Мария Фариса · книга
6. «

   Интересно было бы поглядеть на то, что от меня останется, когда меня не останется.

   Интересно было бы поглядеть на то, что от меня останется, когда меня не останется.

   — Льюис Кэрролл · книга
7. «

   — Мой господин! Вы живы! — Нет. Впрочем, и ты тоже.

   — Мой господин! Вы живы! — Нет. Впрочем, и ты тоже.

   — Драго · сериал
8. «

   ... если вы перестанете твердить людям, что после их смерти все будет в порядке, то они, возможно, попытаются навести порядок, пока еще живы.

   ... если вы перестанете твердить людям, что после их смерти все будет в порядке, то они, возможно, попытаются навести порядок, пока еще живы.

   — Терри Пратчетт · книга
9. «

   Никто не знает, есть ли жизнь после смерти, но жить надо, думая, что там ничего нет, — только так можно ценить каждое мгновение, каждую секунду, наслаждаясь каждой трудностью.

   Никто не знает, есть ли жизнь после смерти, но жить надо, думая, что там ничего нет, — только так можно ценить каждое мгновение, каждую секунду, наслаждаясь каждой трудностью.

   — Мария Свешникова · книга
10. «

    А если понимаешь, что между смертью и точкой, где ты сейчас, осталась только ровная как каток гладь времени, велика ли разница, сколько времени ты будешь по ней скользить? Секунда перед смертью будет такой же, как сейчас. Не произойдет ничего другого, только вновь подойдет вежливо улыбающийся официант и подаст чуть другой коктейль из напитков, от каждого из которых уже столько раз стошнило. Может быть, смерть и была той точкой, где ты понял это, согласился с приговором и поехал дальше?

    А если понимаешь, что между смертью и точкой, где ты сейчас, осталась только ровная как каток гладь времени, велика ли разница, сколько времени ты будешь по ней скользить? Секунда перед смертью будет такой же, как сейчас. Не произойдет ничего другого, только вновь подойдет вежливо улыбающийся официант и подаст чуть другой коктейль из напитков, от каждого из которых уже столько раз стошнило. Может быть, смерть и была той точкой, где ты понял это, согласился с приговором и поехал дальше?

    — Виктор Пелевин · книга
11. «

    Чем больше вы полагаетесь на то, что в ином мире будет восстановлена справедливость, тем меньше вы стремитесь добиться ее здесь. Разве не так? Другими словами, если ты совершенно уверен, что существует только этот мир, ты приложишь все силы, чтобы сделать его лучше. А так все действительно хорошие люди думают только об ином мире. Жаль.

    Чем больше вы полагаетесь на то, что в ином мире будет восстановлена справедливость, тем меньше вы стремитесь добиться ее здесь. Разве не так? Другими словами, если ты совершенно уверен, что существует только этот мир, ты приложишь все силы, чтобы сделать его лучше. А так все действительно хорошие люди думают только об ином мире. Жаль.

    — Алан Александр Милн · книга
12. «

    Никто не знает, уходят ли наши души в иную реальность или иные сферы, но если мы сумеем создать прибор, настолько тонкий, что наша душа сможет им управлять в своей следующей жизни, то такой прибор должен что-то записывать...

    Никто не знает, уходят ли наши души в иную реальность или иные сферы, но если мы сумеем создать прибор, настолько тонкий, что наша душа сможет им управлять в своей следующей жизни, то такой прибор должен что-то записывать...

    — Томас Эдисон
13. «

    Взялись неизвестно откуда, Уйдем неизвестно куда, А каждое утро, как чудо, В песок утекают года.

    Взялись неизвестно откуда, Уйдем неизвестно куда, А каждое утро, как чудо, В песок утекают года.

    — Виктор Тафинцев
14. «

    Месопотамцы верили, что живые могут облегчить судьбу мертвых, а последние — дать совет живым. Таким образом по их представлениям связь между живыми и мертвыми не прекращалась окончательно. В подземном царстве существовали нормы поведения: здесь надо держаться тихо и не привлекать к себе внимания одеждой и украшениями, стараться не высказывать своих чувств.

    Месопотамцы верили, что живые могут облегчить судьбу мертвых, а последние — дать совет живым. Таким образом по их представлениям связь между живыми и мертвыми не прекращалась окончательно. В подземном царстве существовали нормы поведения: здесь надо держаться тихо и не привлекать к себе внимания одеждой и украшениями, стараться не высказывать своих чувств.

    — Игорь Николаевич Яблоков · книга
15. «

    Я умираю от сотни хороших симптомов.

    Я умираю от сотни хороших симптомов.

    — Александр Поуп
16. «

    Ахмад приобщался к американскому изобилию, лизнув его оборотную сторону. «Дьяволы» — вот чем были эти яркие пакеты, эти стойки с ныне модными легкими платьями и костюмами, эти полки со смертоносными рекламами, подбивающими массы покупать, потреблять, пока у мира еще есть ресурсы для потребления, для пожирания из кормушки до той минуты, когда смерть навеки захлопнет их алчные рты. Этому вовлечению в долги наступает предел со смертью, она была тем прилавком, на котором звенели сокращающиеся в цене доллары. Спеши, покупай сейчас, потому что в загробной жизни чистые и простые радости являются пустой басней.

    Ахмад приобщался к американскому изобилию, лизнув его оборотную сторону. «Дьяволы» — вот чем были эти яркие пакеты, эти стойки с ныне модными легкими платьями и костюмами, эти полки со смертоносными рекламами, подбивающими массы покупать, потреблять, пока у мира еще есть ресурсы для потребления, для пожирания из кормушки до той минуты, когда смерть навеки захлопнет их алчные рты. Этому вовлечению в долги наступает предел со смертью, она была тем прилавком, на котором звенели сокращающиеся в цене доллары. Спеши, покупай сейчас, потому что в загробной жизни чистые и простые радости являются пустой басней.

    — Джон Апдайк · книга
17. «

    Добро пожаловать в забвение. Войди — и оставь надежду.

    Добро пожаловать в забвение. Войди — и оставь надежду.

    — Сахн-Азал / Мордекайзер (Sahn-Uzal / Mordekaiser) · игра
18. «

    Я была счастлива. Где бы я ни была — я была счастлива. И спокойна. Я знала, что с теми, кто мне дорог, все в порядке. Я знала это. Время — оно ничего не значило. Не было ничего, но я знала, что это все еще я. И мне было тепло. Меня любили. Это было... совершенство. Я не понимаю в теологии или в чем-нибудь таком, но я думаю, что была на небесах. А теперь — нет. Меня вырвали оттуда мои собственные друзья. Здесь все так тяжело, ярко, жестоко. Все, что я чувствую, все, что вокруг меня здесь — это ад. Просто жить здесь, час за часом, зная, что я потеряла...

    Я была счастлива. Где бы я ни была — я была счастлива. И спокойна. Я знала, что с теми, кто мне дорог, все в порядке. Я знала это. Время — оно ничего не значило. Не было ничего, но я знала, что это все еще я. И мне было тепло. Меня любили. Это было... совершенство. Я не понимаю в теологии или в чем-нибудь таком, но я думаю, что была на небесах. А теперь — нет. Меня вырвали оттуда мои собственные друзья. Здесь все так тяжело, ярко, жестоко. Все, что я чувствую, все, что вокруг меня здесь — это ад. Просто жить здесь, час за часом, зная, что я потеряла...

    — Баффи Саммерс · сериал
19. «

    Вам предстоит выбирать между этим светом, тем светом и Австралией.

    Вам предстоит выбирать между этим светом, тем светом и Австралией.

    — Оскар Уайльд · книга
20. «

    Рассудок видит в могиле ворота в мир покоя, но инстинкт отрицает это.

    Рассудок видит в могиле ворота в мир покоя, но инстинкт отрицает это.

    — Томас Эдвард Лоуренс (Лоуренс Аравийский)