155 мудрых цитат про «журналистика»

Собрали 155 цитат на тему «журналистика» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Наконец-то журналисты в России стали свободными и могут продаваться по рыночным ценам.

   Наконец-то журналисты в России стали свободными и могут продаваться по рыночным ценам.

   — Леонид Шебаршин · книга
2. «

   Все эти борзописцы «от искусства» странные. Те, что вокруг политиков крутятся как-то поприличнее бывают, иногда даже с мозгами.

   Все эти борзописцы «от искусства» странные. Те, что вокруг политиков крутятся как-то поприличнее бывают, иногда даже с мозгами.

   — Олег Рой · книга
3. «

   Никогда Геннадий Статьёвский не ставил так мало кавычек.

   Никогда Геннадий Статьёвский не ставил так мало кавычек.

   — Алексей Квашонкин
4. «

   — Это вы та самая Лика Пресветлая? Это вы две недели преследовали маньяка, пока он сам с повинной не сдался полиции, лишь бы избавиться от вас? Это вы написали статью, после которой три миллиона пар отменили бракосочетание? Это вы... вы так довели вопросами Патрика Аведа, героя сериала «Любовь до смерти и после нее», что он обратился в наркологическую клинику? Это вы... Мечтательная улыбка, появившаяся вследствие перечисления моих наиболее выдающихся заслуг, была дополнена совершенно счастливым признанием: — Я.

   — Это вы та самая Лика Пресветлая? Это вы две недели преследовали маньяка, пока он сам с повинной не сдался полиции, лишь бы избавиться от вас? Это вы написали статью, после которой три миллиона пар отменили бракосочетание? Это вы... вы так довели вопросами Патрика Аведа, героя сериала «Любовь до смерти и после нее», что он обратился в наркологическую клинику? Это вы... Мечтательная улыбка, появившаяся вследствие перечисления моих наиболее выдающихся заслуг, была дополнена совершенно счастливым признанием: — Я.

   — Елена Звездная · книга
5. «

   Поскольку почти все мои родственники – журналисты, я считаю себя вправе шутить с репортерами о том, что знаю, какие они козлы.

   Поскольку почти все мои родственники – журналисты, я считаю себя вправе шутить с репортерами о том, что знаю, какие они козлы.

   — Линус Торвальдс · книга
6. «

   Люблю журналистов! Они также способствуют кретинизации населения. И прекрасно с этим справляются.

   Люблю журналистов! Они также способствуют кретинизации населения. И прекрасно с этим справляются.

   — Сальвадор Дали
7. «

   История современной России во многом основана на устных рассказах, утверждениях людей, которые «были там». Часто эти люди говорят о том, чего не знают. И любой журналист идёт по этому минному полю.

   История современной России во многом основана на устных рассказах, утверждениях людей, которые «были там». Часто эти люди говорят о том, чего не знают. И любой журналист идёт по этому минному полю.

   — Пол Хлебников
8. «

   Такова моя работа — выслушать людей и изложить сказанное в как можно более доступной форме.

   Такова моя работа — выслушать людей и изложить сказанное в как можно более доступной форме.

   — Харуки Мураками · книга
9. «

   Если вы чиновник, политик или представитель духовенства, вам общество не простит дорогих часов. Это запомнят, и при любом удобном случае, будут вспоминать стоимость ваших часов. Вы можете сколько угодно рассказывать, что вы честный человек, но часы у вас очень дорогие и журналисты это зафиксируют

   Если вы чиновник, политик или представитель духовенства, вам общество не простит дорогих часов. Это запомнят, и при любом удобном случае, будут вспоминать стоимость ваших часов. Вы можете сколько угодно рассказывать, что вы честный человек, но часы у вас очень дорогие и журналисты это зафиксируют

   — Александр Куберский · книга
10. «

    Я не вправе винить никого из коллег, сам никакой не борец и от других подвигов не жду.

    Я не вправе винить никого из коллег, сам никакой не борец и от других подвигов не жду.

    — Леонид Парфенов
11. «

    Писательство — это прежде всего утверждение своего «я», доминирование над другим, оклик: слушай меня, смотри на вещи, как я, перемени свое мнение. Это агрессия, даже враждебность.

    Писательство — это прежде всего утверждение своего «я», доминирование над другим, оклик: слушай меня, смотри на вещи, как я, перемени свое мнение. Это агрессия, даже враждебность.

    — Гийом Мюссо · книга
12. «

    — А это правда, что позавчера вы самолично изрешетили десятерых боевиков Союза за Свободу Инопланетных Миров? — Десять? А что так мало? Пиши — сто, чего их жалеть-то?

    — А это правда, что позавчера вы самолично изрешетили десятерых боевиков Союза за Свободу Инопланетных Миров? — Десять? А что так мало? Пиши — сто, чего их жалеть-то?

    — Константин Костин · книга
13. «

    Все эти чудесные имена, все эти блистательные ребята — Константин Симонов, Евгений Долматовский, Борис Слуцкий — военкоры, политруки, бойцы, — они чуяли под собой, над собой, вокруг себя войну, причем не только Великую Отечественную, у них все это началось раньше, на всевозможных «аннексиях» — и собственно страну через войну познавали. Для русской литературы такое поведение было обычным. «Будет война – поеду на войну», – писал Чехов. Естественно, он поехал бы врачом, как, скажем, в свое время Константин Леонтьев. В этом смысле что-то надломилось совсем недавно: я даже толком не заметил когда. Ладно бы еще пацифисты повылезали бы отовсюду – у этих хотя бы убеждения есть, — нет, какие-то новые, удивительные существа: поэты вне политики, вне войны – ну вроде как не их царское дело обращать внимание на всякую там пулеметную трескотню. Вы можете себе вообразить Пушкина, или Блока, или Есенина, которые сказали бы о себе, что они «вне политики»? Да хоть даже и Бродского. Вне политики, вне империи, вне противостояния. А где тогда?

    Все эти чудесные имена, все эти блистательные ребята — Константин Симонов, Евгений Долматовский, Борис Слуцкий — военкоры, политруки, бойцы, — они чуяли под собой, над собой, вокруг себя войну, причем не только Великую Отечественную, у них все это началось раньше, на всевозможных «аннексиях» — и собственно страну через войну познавали. Для русской литературы такое поведение было обычным. «Будет война – поеду на войну», – писал Чехов. Естественно, он поехал бы врачом, как, скажем, в свое время Константин Леонтьев. В этом смысле что-то надломилось совсем недавно: я даже толком не заметил когда. Ладно бы еще пацифисты повылезали бы отовсюду – у этих хотя бы убеждения есть, — нет, какие-то новые, удивительные существа: поэты вне политики, вне войны – ну вроде как не их царское дело обращать внимание на всякую там пулеметную трескотню. Вы можете себе вообразить Пушкина, или Блока, или Есенина, которые сказали бы о себе, что они «вне политики»? Да хоть даже и Бродского. Вне политики, вне империи, вне противостояния. А где тогда?

    — Семен Владимирович Пегов · книга
14. «

    Журналистика — это литература на бегу.

    Журналистика — это литература на бегу.

    — Мэтью Арнольд
15. «

    — Так вы закончили «Неприкаянных» и развелись с Артуром. — 20 января в прошлом году. Я не случайно выбрала дату — день инаугурации. Мне выдали свидетельство о разводе, пока все репортеры Америки прилипли к телевизорам. — Очень умно.

    — Так вы закончили «Неприкаянных» и развелись с Артуром. — 20 января в прошлом году. Я не случайно выбрала дату — день инаугурации. Мне выдали свидетельство о разводе, пока все репортеры Америки прилипли к телевизорам. — Очень умно.

    — Алан ДеШилдс · фильм
16. «

    Вообще следует помнить, что наши газеты думают главным образом о том, как создать сенсацию, а не о том, как способствовать обнаружению истины. Последнее становится их задачей, только если это способствует достижению первой и главной их цели.

    Вообще следует помнить, что наши газеты думают главным образом о том, как создать сенсацию, а не о том, как способствовать обнаружению истины. Последнее становится их задачей, только если это способствует достижению первой и главной их цели.

    — Эдгар Аллан По · книга
17. «

    Там, где я вырос, было много психопатов – простых работяг, чьим главным талантом было умение махать кулаками, поэтому я знаю кучу способов, как не вляпаться в драку. Когда я стал знаменитым, медиа начали писать обо мне разные гадости. И я подумал: ничего себе, эти ребята такие же психи, только вместо кулаков у них слова.

    Там, где я вырос, было много психопатов – простых работяг, чьим главным талантом было умение махать кулаками, поэтому я знаю кучу способов, как не вляпаться в драку. Когда я стал знаменитым, медиа начали писать обо мне разные гадости. И я подумал: ничего себе, эти ребята такие же психи, только вместо кулаков у них слова.

    — Робби Уильямс
18. «

    — Её совершенно не интересует скучная правда. Не уважает границы. — Психопаты не признают границы. И журналисты.

    — Её совершенно не интересует скучная правда. Не уважает границы. — Психопаты не признают границы. И журналисты.

    — Уилл Грэм · сериал
19. «

    Обязанность журналиста – информировать. Можно интерпретировать, можно вносить много личного. То есть можно давать как бы свои оценки. Но ты не можешь молчать. Это должно быть объявлено.

    Обязанность журналиста – информировать. Можно интерпретировать, можно вносить много личного. То есть можно давать как бы свои оценки. Но ты не можешь молчать. Это должно быть объявлено.

    — Орхан Джемаль
20. «

    Газета — только зеркало того мира, того общества, в котором мы живем. Нет желтой прессы. Просто страна наша за последнее время изрядно пожелтела.

    Газета — только зеркало того мира, того общества, в котором мы живем. Нет желтой прессы. Просто страна наша за последнее время изрядно пожелтела.