330 цитат Анджея Сапковского — подборка на все случаи

Подборка из 330 цитат Анджея Сапковского: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ложь тем отличается от истины, что непременно становится явью.

   Ложь тем отличается от истины, что непременно становится явью.

   — Геральт из Ривии · книга
2. «

   Святой Инквизиции вредят бессмысленные и демонстративные экзекуции. Вредит несправедливость. Именно благодаря таким действиям возникает чёрная легенда, миф о жестокой инквизиции, льётся вода на мельницу еретической пропаганды. Я с ужасом думаю о том, что через сто лет останется только эта легенда, мрачная и чудовищная повесть о ямах, пытках и кострах. Легенда, в которую поверят все.

   Святой Инквизиции вредят бессмысленные и демонстративные экзекуции. Вредит несправедливость. Именно благодаря таким действиям возникает чёрная легенда, миф о жестокой инквизиции, льётся вода на мельницу еретической пропаганды. Я с ужасом думаю о том, что через сто лет останется только эта легенда, мрачная и чудовищная повесть о ямах, пытках и кострах. Легенда, в которую поверят все.

   — Гжегож Гейнче · книга
3. «

   Вымысел, глупая, бессмысленная сказка, как и все легенды, в которых добрые духи и ворожейки исполняют желания. Такие сказки придумывают несчастные простачки, которые даже и не помышляют о том, чтобы свои многочисленные желания и мечты исполнять собственными силами. Приятно знать, что ты не из их числа, Геральт из Ривии. Поэтому ты близок мне по духу. Я, если чего-то хочу, не мечтаю, а действую. И всегда добиваюсь того, чего желаю.

   Вымысел, глупая, бессмысленная сказка, как и все легенды, в которых добрые духи и ворожейки исполняют желания. Такие сказки придумывают несчастные простачки, которые даже и не помышляют о том, чтобы свои многочисленные желания и мечты исполнять собственными силами. Приятно знать, что ты не из их числа, Геральт из Ривии. Поэтому ты близок мне по духу. Я, если чего-то хочу, не мечтаю, а действую. И всегда добиваюсь того, чего желаю.

   — Йеннифэр из Венгерберга · книга
4. «

   Знаешь, в чем проблема, Геральт? Тебе кажется, будто ты иной. Ты носишься со своей «инностью», с тем, что принимаешь за ненормальность. Ты со своей «ненормальностью» нагло навязываешься всем, не понимая, что для большинства трезво мыслящих людей ты самый нормальнейший в мире человек, и дайте боги, чтобы все были такими нормальными.

   Знаешь, в чем проблема, Геральт? Тебе кажется, будто ты иной. Ты носишься со своей «инностью», с тем, что принимаешь за ненормальность. Ты со своей «ненормальностью» нагло навязываешься всем, не понимая, что для большинства трезво мыслящих людей ты самый нормальнейший в мире человек, и дайте боги, чтобы все были такими нормальными.

   — Лютик · книга
5. «

   Предсказываю скверную судьбу этому свету, если в нем столько больных, болезненных и осужденных на лекарства.

   Предсказываю скверную судьбу этому свету, если в нем столько больных, болезненных и осужденных на лекарства.

   — Бенеш Кейвал · книга
6. «

   У свободы и презрения — свои пределы. В конце концов всегда один является орудием другого.

   У свободы и презрения — свои пределы. В конце концов всегда один является орудием другого.

   — Мистле · книга
7. «

   Трудно требовать от человека, чтобы он освободился от страхов. Страхи выполняют в психике человека не менее важную роль, чем все остальные эмоциональные состояния. Психика, лишённая страха, была бы психикой ущербной. Увечной.

   Трудно требовать от человека, чтобы он освободился от страхов. Страхи выполняют в психике человека не менее важную роль, чем все остальные эмоциональные состояния. Психика, лишённая страха, была бы психикой ущербной. Увечной.

   — Регис · книга
8. «

   — Лютик! Не спи в седле! — А я и не сплю. Я творчески мыслю.

   — Лютик! Не спи в седле! — А я и не сплю. Я творчески мыслю.

   — Геральт из Ривии · книга
9. «

   — Песни и баллады, — поклонился артист, — никогда не оканчиваются, милсдарыня, ибо поэзия вечна и бессмертна, ей не ведомы ни начала, ни концы…

   — Песни и баллады, — поклонился артист, — никогда не оканчиваются, милсдарыня, ибо поэзия вечна и бессмертна, ей не ведомы ни начала, ни концы…

   — Лютик · книга
10. «

    Темы для баллад – не шишки, их под елками не собирают.

    Темы для баллад – не шишки, их под елками не собирают.

    — Лютик · книга
11. «

    Ты смеешься над Предназначением, насмехаешься над ним, играешь с ним. У Меча Предназначения два острия. Одно из них – ты. Другое – смерть? Но это мы умираем, умираем из-за тебя. Тебя смерть не может достать, поэтому довольствуется нами. Смерть следует за тобой по пятам, Белый Волк. Но умирают другие. Из-за тебя.

    Ты смеешься над Предназначением, насмехаешься над ним, играешь с ним. У Меча Предназначения два острия. Одно из них – ты. Другое – смерть? Но это мы умираем, умираем из-за тебя. Тебя смерть не может достать, поэтому довольствуется нами. Смерть следует за тобой по пятам, Белый Волк. Но умирают другие. Из-за тебя.

    — Цири · книга
12. «

    — Геральт… — Слушаю, Йен. — Когда я… Когда мы не были вместе, ты бывал с другими женщинами? — Нет. — Ни разу? — Ни разу. — У тебя даже голос не дрогнул. Не понимаю, почему я тебе не верю. — Я всегда думал только о тебе, Йен. — Теперь верю.

    — Геральт… — Слушаю, Йен. — Когда я… Когда мы не были вместе, ты бывал с другими женщинами? — Нет. — Ни разу? — Ни разу. — У тебя даже голос не дрогнул. Не понимаю, почему я тебе не верю. — Я всегда думал только о тебе, Йен. — Теперь верю.

    — Владычица озера · книга
13. «

    Не измывайтесь над чужой религией. Это и нехорошо, и неприлично, и… небезопасно.

    Не измывайтесь над чужой религией. Это и нехорошо, и неприлично, и… небезопасно.

    — Кровь эльфов · книга
14. «

    Нет такого понятия, как честный бой. В бою используют любое преимущество и любую возможность.

    Нет такого понятия, как честный бой. В бою используют любое преимущество и любую возможность.

    — Кровь эльфов · книга
15. «

    Любой сон, если он затягивается надолго, превращается в кошмар.

    Любой сон, если он затягивается надолго, превращается в кошмар.

    — Регис · книга
16. «

    Я еду с ними, потому что я безвольная игрушка. Потому что я – пучок пакли, гонимый ветром вдоль дорог. Куда, скажи мне, я должен ехать? И зачем? Здесь, по крайней мере, собрались те, с кем есть о чем поговорить. Те, кто не замолкают, когда я подхожу. Те, кто, даже не любя меня, говорят мне это прямо в глаза, не кидают камни из за заборов. Я еду с ними по той же причине, по какой поехал с тобой в трактир плотогонов. Потому что мне все равно. У меня нет места, куда я мог бы стремиться. У меня нет цели, которая должна быть в конце пути.

    Я еду с ними, потому что я безвольная игрушка. Потому что я – пучок пакли, гонимый ветром вдоль дорог. Куда, скажи мне, я должен ехать? И зачем? Здесь, по крайней мере, собрались те, с кем есть о чем поговорить. Те, кто не замолкают, когда я подхожу. Те, кто, даже не любя меня, говорят мне это прямо в глаза, не кидают камни из за заборов. Я еду с ними по той же причине, по какой поехал с тобой в трактир плотогонов. Потому что мне все равно. У меня нет места, куда я мог бы стремиться. У меня нет цели, которая должна быть в конце пути.

    — Геральт из Ривии · книга
17. «

    Нет (…) Я ничего не забираю. Я только беру за руку. Чтобы никто не был в такую минуту одинок.

    Нет (…) Я ничего не забираю. Я только беру за руку. Чтобы никто не был в такую минуту одинок.

    — Меч Предназначения · книга
18. «

    Любовь без комплиментов отдает физиологией, а физиология плоска.

    Любовь без комплиментов отдает физиологией, а физиология плоска.

    — Фрингилья Виго · книга
19. «

    Предсказывать будущее может каждый. Нет ничего особенного в том, чтобы предсказывать. Искусство в том, чтобы предсказывать точно.

    Предсказывать будущее может каждый. Нет ничего особенного в том, чтобы предсказывать. Искусство в том, чтобы предсказывать точно.

    — Аваллак'х · книга
20. «

    Еще ни один ведьмак не умер от старости, в постели, диктуя завещание. Ни один.

    Еще ни один ведьмак не умер от старости, в постели, диктуя завещание. Ни один.

    — Кровь эльфов · книга