228 коротких цитат Джейна Остина

Подборка из 228 цитат Джейна Остина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   При плохом самочувствии всегда трудно оказывать гостеприимство кому бы то ни было, а влюблённые молодые люди особенно несносны.

   При плохом самочувствии всегда трудно оказывать гостеприимство кому бы то ни было, а влюблённые молодые люди особенно несносны.

   — Миссис Беннет · книга
2. «

   И, заботясь о постоянстве переписки, она осознавала, что делает это не ради настоящей, а лишь ради их прошлой дружбы.

   И, заботясь о постоянстве переписки, она осознавала, что делает это не ради настоящей, а лишь ради их прошлой дружбы.

   — Гордость и предубеждение · книга
3. «

   — Да, тщеславие — это в самом деле недостаток. Но гордость … Что ж, тот, кто обладает настоящим умом, может всегда удерживать гордость в должных пределах.

   — Да, тщеславие — это в самом деле недостаток. Но гордость … Что ж, тот, кто обладает настоящим умом, может всегда удерживать гордость в должных пределах.

   — Мистер Дарси · книга
4. «

   Для них пожелать чего-то — значило надеяться, а надеяться значило ожидать незамедлительного исполнения надежд.

   Для них пожелать чего-то — значило надеяться, а надеяться значило ожидать незамедлительного исполнения надежд.

   — Jane Austen · книга
5. «

   ... Когда боль наша минет, память о ней уже очарована воспоминаниями. Мы не меньше ведь любим места, где нам случилось страдать, разве только когда страдания были ничем не скрашены.

   ... Когда боль наша минет, память о ней уже очарована воспоминаниями. Мы не меньше ведь любим места, где нам случилось страдать, разве только когда страдания были ничем не скрашены.

   — Jane Austen · книга
6. «

   Если она только пообедала с ним, она может судить лишь о его аппетите.

   Если она только пообедала с ним, она может судить лишь о его аппетите.

   — Гордость и предубеждение · книга
7. «

   По-настоящему образованным может считаться лишь тот, кто стоит на голову выше всех окружающих. Женщина, заслуживающая это название, должна быть хорошо обучена музыке, пению, живописи, танцам и иностранным языкам. И кроме того, она должна обладать каким-то особенным своеобразием внешности, манер, походки, интонации и языка — иначе это название все-таки будет заслуженным только наполовину.

   По-настоящему образованным может считаться лишь тот, кто стоит на голову выше всех окружающих. Женщина, заслуживающая это название, должна быть хорошо обучена музыке, пению, живописи, танцам и иностранным языкам. И кроме того, она должна обладать каким-то особенным своеобразием внешности, манер, походки, интонации и языка — иначе это название все-таки будет заслуженным только наполовину.

   — Мисс Кэролайн Бингли · книга
8. «

   Не выношу вульгарности, которые почему-то принимают за остроумие. А «ловить в сети» и «покорять» — самые из них невыносимые. Какой невзыскательный вкус, какая грубость чувств кроются в них. А если когда-нибудь они и казались оригинальными, то время давно отняло у них и такое оправдание.

   Не выношу вульгарности, которые почему-то принимают за остроумие. А «ловить в сети» и «покорять» — самые из них невыносимые. Какой невзыскательный вкус, какая грубость чувств кроются в них. А если когда-нибудь они и казались оригинальными, то время давно отняло у них и такое оправдание.

   — Jane Austen · книга
9. «

   Стоять на своем часто значит проявлять упрямство. Способность к разумным уступкам — свидетельство здравого смысла.

   Стоять на своем часто значит проявлять упрямство. Способность к разумным уступкам — свидетельство здравого смысла.

   — Jane Austen · книга
10. «

    Каждой приходилось, или, по крайней мере, якобы приходилось, избегать ухаживаний того, от кого ей хотелось отделаться, и каждая стремилась привлечь внимание того, кому ей хотелось понравиться.

    Каждой приходилось, или, по крайней мере, якобы приходилось, избегать ухаживаний того, от кого ей хотелось отделаться, и каждая стремилась привлечь внимание того, кому ей хотелось понравиться.

    — Jane Austen · книга
11. «

    Я знаю, ты не сможешь быть счастливой, не сможешь себя уважать, если не будешь ценить своего мужа, — смотреть на него снизу вверх.

    Я знаю, ты не сможешь быть счастливой, не сможешь себя уважать, если не будешь ценить своего мужа, — смотреть на него снизу вверх.

    — Мистер Беннет · книга
12. «

    Радость обеих дам по поводу этой встречи была, как и следовало ожидать, необыкновенной, — принимая во внимание, что на протяжении последних пятнадцать лет их вполне устраивало полное отсутствие сведений друг о друге.

    Радость обеих дам по поводу этой встречи была, как и следовало ожидать, необыкновенной, — принимая во внимание, что на протяжении последних пятнадцать лет их вполне устраивало полное отсутствие сведений друг о друге.

    — Jane Austen · книга
13. «

    Когда он говорил, она узнавала прежний голос, угадывала прежнюю душу.

    Когда он говорил, она узнавала прежний голос, угадывала прежнюю душу.

    — Jane Austen · книга
14. «

    Предоставленный дамам, он сразу обнаружил склонность к непринуждённой беседе — счастливую склонность, в которой не чувствовалось ни малейшей искусственности.

    Предоставленный дамам, он сразу обнаружил склонность к непринуждённой беседе — счастливую склонность, в которой не чувствовалось ни малейшей искусственности.

    — Гордость и предубеждение · книга
15. «

    ... Пренебрежение здравым смыслом — верный путь к счастью.

    ... Пренебрежение здравым смыслом — верный путь к счастью.

    — Элизабет Беннет · книга
16. «

    Будьте честны и бедны, сделайте милость, но я не стану вам завидовать. Я даже не уверена, что стану вас уважать. Я куда больше уважаю тех, кто честен и богат.

    Будьте честны и бедны, сделайте милость, но я не стану вам завидовать. Я даже не уверена, что стану вас уважать. Я куда больше уважаю тех, кто честен и богат.

    — Эдмунд Бертрам · книга
17. «

    Если какую-то из наших способностей можно счесть поразительней остальных, я назвала бы память. В её могуществе, провалах, изменчивости есть, по-моему, что-то куда более откровенно непостижимое, чем в любом из прочих наших даров. Память иногда такая цепкая, услужливая, послушная, а иной раз такая путаная и слабая, а ещё в другую пору такая деспотическая, нам неподвластная! Мы, конечно, во всех отношениях чудо, но, право же, наша способность вспоминать и забывать мне кажется уж вовсе непонятной.

    Если какую-то из наших способностей можно счесть поразительней остальных, я назвала бы память. В её могуществе, провалах, изменчивости есть, по-моему, что-то куда более откровенно непостижимое, чем в любом из прочих наших даров. Память иногда такая цепкая, услужливая, послушная, а иной раз такая путаная и слабая, а ещё в другую пору такая деспотическая, нам неподвластная! Мы, конечно, во всех отношениях чудо, но, право же, наша способность вспоминать и забывать мне кажется уж вовсе непонятной.

    — Фанни Прайс · книга
18. «

    Человек, не знающий, что ему делать со своим временем, бессовестно отнимает чужое.

    Человек, не знающий, что ему делать со своим временем, бессовестно отнимает чужое.
19. «

    Одной половине человечества всегда непонятно, почему что-то нравится другой.

    Одной половине человечества всегда непонятно, почему что-то нравится другой.

    — Эмма Вудхаус (Emma Woodhouse) · книга
20. «

    Какой стремительностью обладает женское воображение! Оно перескакивает от простого одобрения к любви и от любви к браку в одну минуту.

    Какой стремительностью обладает женское воображение! Оно перескакивает от простого одобрения к любви и от любви к браку в одну минуту.

    — Мистер Дарси · книга