367 цитат Джорджа Оруэлла, которые стоит перечитать

Подборка из 367 цитат Джорджа Оруэлла: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Бывала, впрочем, иногда Жизнь как счастливый сон. Тревоги прятал я свои Под сень зеленых крон.

   Бывала, впрочем, иногда Жизнь как счастливый сон. Тревоги прятал я свои Под сень зеленых крон.

   — Почему я пишу · книга
2. «

   Отличительный признак человека — это руки.

   Отличительный признак человека — это руки.

   — Скотный двор · книга
3. «

   Последствия любого поступка содержатся в самом поступке.

   Последствия любого поступка содержатся в самом поступке.

   — Уинстон Смит · книга
4. «

   Загадочная это вещь – потеря веры, столь же загадочна, как обретение. Тоже не крепится корнями логики, а просто климат меняется в сознании.

   Загадочная это вещь – потеря веры, столь же загадочна, как обретение. Тоже не крепится корнями логики, а просто климат меняется в сознании.

   — Дочь священника · книга
5. «

   Прогресс человечества, возможно, лишь наша иллюзия.

   Прогресс человечества, возможно, лишь наша иллюзия.
6. «

   Автобиографии можно верить, только если в ней раскрывается нечто постыдное.

   Автобиографии можно верить, только если в ней раскрывается нечто постыдное.
7. «

   Если свобода вообще что-то значит, то это право говорить другим то, чего они не хотят слышать.

   Если свобода вообще что-то значит, то это право говорить другим то, чего они не хотят слышать.
8. «

   Прошлое умерло, будущее невообразимо.

   Прошлое умерло, будущее невообразимо.

   — 1984 · книга
9. «

   Ничего не осталось от детства, кроме отрывочных, ярко освещенных сцен, лишеных фона и чаще всего невразумительных.

   Ничего не осталось от детства, кроме отрывочных, ярко освещенных сцен, лишеных фона и чаще всего невразумительных.

   — 1984 · книга
10. «

    Когда едва сводишь концы с концами, светскую жизнь вести не просто.

    Когда едва сводишь концы с концами, светскую жизнь вести не просто.

    — Да здравствует фикус! · книга
11. «

    Что проку человеку, душу спасающему, но теряющему целый мир?

    Что проку человеку, душу спасающему, но теряющему целый мир?

    — Флори · книга
12. «

    Если партия может запустить руку в прошлое и сказать о том или ином событии, что его никогда не было, – это пострашнее, чем пытка или смерть.

    Если партия может запустить руку в прошлое и сказать о том или ином событии, что его никогда не было, – это пострашнее, чем пытка или смерть.

    — 1984 · книга
13. «

    Брак плох, а одному навеки еще хуже.

    Брак плох, а одному навеки еще хуже.

    — Гордон Комсток · книга
14. «

    Деньги дают так много. Позволяют быть терпимым и тактичным, не суматошливым, великодушным, бескорыстным.

    Деньги дают так много. Позволяют быть терпимым и тактичным, не суматошливым, великодушным, бескорыстным.

    — Гордон Комсток · книга
15. «

    Если каждый будет чувствовать себя в безопасности и иметь достаточно свободного времени, большинство людей, которых отупляет нищета, станут грамотными и научатся думать сами, а когда это произойдет, большинство рано или поздно поймет, что привилегированное меньшинство ничего не делает и вообще не нужно, и это меньшинство будет сметено.

    Если каждый будет чувствовать себя в безопасности и иметь достаточно свободного времени, большинство людей, которых отупляет нищета, станут грамотными и научатся думать сами, а когда это произойдет, большинство рано или поздно поймет, что привилегированное меньшинство ничего не делает и вообще не нужно, и это меньшинство будет сметено.

    — 1984 · книга
16. «

    Ошибка думать, что уволенный горюет лишь о потере заработка; нет, простому некнижному человеку, у которого в костях врожденная привычка трудиться, работа нужна даже больше, чем деньги. Люди с образованием еще способны переносить вынужденное безделье, одно из худших зол нищеты, но подобные Падди, не умеющие занять себя, без дела мучаются, как собаки на привязи. И нечего так уж лить слезы над теми, кто «с высоты брошен на дно жизни». Те, кто на этом дне от самого рождения, у кого мозг не заполнен и безоружен перед нищетой, – они действительно достойны жалости.

    Ошибка думать, что уволенный горюет лишь о потере заработка; нет, простому некнижному человеку, у которого в костях врожденная привычка трудиться, работа нужна даже больше, чем деньги. Люди с образованием еще способны переносить вынужденное безделье, одно из худших зол нищеты, но подобные Падди, не умеющие занять себя, без дела мучаются, как собаки на привязи. И нечего так уж лить слезы над теми, кто «с высоты брошен на дно жизни». Те, кто на этом дне от самого рождения, у кого мозг не заполнен и безоружен перед нищетой, – они действительно достойны жалости.

    — Фунты лиха в Париже и Лондоне · книга
17. «

    Он обречен на неудачу, каждая книга – это неудача.

    Он обречен на неудачу, каждая книга – это неудача.

    — Почему я пишу · книга
18. «

    Будильник на комоде грохнул мерзкой лязгающей бомбой.

    Будильник на комоде грохнул мерзкой лязгающей бомбой.

    — Дочь священника · книга
19. «

    Когда я увидел, как осужденный делает шаг в сторону, чтобы обойти лужу, я словно прозрел, осознав, что человек не имеет никакого права оборвать бьющую ключом жизнь другого человека [...] Он и мы вместе составляли единую группу движущихся людей, видящих, слышащих, чувствующих, понимающих один и тот же мир; но через две минуты резкий хруст возвестит, что одного из нас больше нет — станет одним сознанием меньше, одной вселенной меньше.

    Когда я увидел, как осужденный делает шаг в сторону, чтобы обойти лужу, я словно прозрел, осознав, что человек не имеет никакого права оборвать бьющую ключом жизнь другого человека [...] Он и мы вместе составляли единую группу движущихся людей, видящих, слышащих, чувствующих, понимающих один и тот же мир; но через две минуты резкий хруст возвестит, что одного из нас больше нет — станет одним сознанием меньше, одной вселенной меньше.

    — Казнь через повешение · книга
20. «

    Они рождаются, растут в грязи, в двенадцать лет начинают работать, переживают короткий период физического расцвета и сексуальности, в двадцать лет женятся, в тридцать уже немолоды, к шестидесяти обычно умирают. Тяжелый физический труд, заботы о доме и детях, мелкие свары с соседями, кино, футбол, пиво и, главное, азартные игры — вот и все, что вмещается в их кругозор. Управлять ими несложно.

    Они рождаются, растут в грязи, в двенадцать лет начинают работать, переживают короткий период физического расцвета и сексуальности, в двадцать лет женятся, в тридцать уже немолоды, к шестидесяти обычно умирают. Тяжелый физический труд, заботы о доме и детях, мелкие свары с соседями, кино, футбол, пиво и, главное, азартные игры — вот и все, что вмещается в их кругозор. Управлять ими несложно.

    — 1984 · книга