145 цитат от Джозефа Редьярда Киплинга

Джозеф Редьярд Киплинг — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 145 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Свой разум удержи в повиновеньи, Лелей мечту, не замыкаясь в ней, Будь равнодушен к взлёту и паденью, — Двум символам из области теней.

   Свой разум удержи в повиновеньи, Лелей мечту, не замыкаясь в ней, Будь равнодушен к взлёту и паденью, — Двум символам из области теней.
2. «

   Killed in the cleanly game of war— that is no place for a spy!

   Killed in the cleanly game of war— that is no place for a spy!
3. «

   — Да, — сказал Дик, помолчав — я люблю власть, люблю удовольствия, люблю сенсацию, но пуще всего люблю деньги. Я готов даже любить людей, которые создают сенсацию и платят деньги. Почти что.

   — Да, — сказал Дик, помолчав — я люблю власть, люблю удовольствия, люблю сенсацию, но пуще всего люблю деньги. Я готов даже любить людей, которые создают сенсацию и платят деньги. Почти что.

   — Свет погас · книга
4. «

   I cannot check my girlish blush, My color comes and goes; I redden to my finger-tips, And sometimes to my nose. But She is white where white should be, And red where red should shine. The blush that flies at seventeen Is fixed at forty-nine.

   I cannot check my girlish blush, My color comes and goes; I redden to my finger-tips, And sometimes to my nose. But She is white where white should be, And red where red should shine. The blush that flies at seventeen Is fixed at forty-nine.
5. «

   Неси же бремя Белых — Не право королей... Твоим уделом будет, тот труд, что всех трудней. И то, что здесь ты строил, пока хватало сил, Пусть памятником будет, всем тем, кто не дожил.

   Неси же бремя Белых — Не право королей... Твоим уделом будет, тот труд, что всех трудней. И то, что здесь ты строил, пока хватало сил, Пусть памятником будет, всем тем, кто не дожил.
6. «

   Я отошел помочиться не там, где вся солдатня. И снайпер в ту же секунду меня на тот свет отправил. Я думаю, вы не правы, высмеивая меня, Умершего принципиально, не меняя своих правил.

   Я отошел помочиться не там, где вся солдатня. И снайпер в ту же секунду меня на тот свет отправил. Я думаю, вы не правы, высмеивая меня, Умершего принципиально, не меняя своих правил.
7. «

   В японских землях, где горят, Бумажные фонари, У Бладстрит Джо на всех языках, Болтают и пьют до зари. Над городом веет портовый шум, И не скажешь бризу, не дуй! От Иокогамы уходит отлив, На буй бросая буй.

   В японских землях, где горят, Бумажные фонари, У Бладстрит Джо на всех языках, Болтают и пьют до зари. Над городом веет портовый шум, И не скажешь бризу, не дуй! От Иокогамы уходит отлив, На буй бросая буй.
8. «

   Taint—so—bad—by—day because o' company, But night—brings—long—strings—o' forty thousand million Boots—boots—boots—boots—movin' up an' down again. There's no discharge in the war!

   Taint—so—bad—by—day because o' company, But night—brings—long—strings—o' forty thousand million Boots—boots—boots—boots—movin' up an' down again. There's no discharge in the war!
9. «

   Жил-был дурак. Он молился всерьёз (Впрочем, как Вы и Я). Тряпкам, костям и пучку волос - Все это пустою бабой звалось, Но дурак её звал Королевой Роз (Впрочем, как Вы и Я).

   Жил-был дурак. Он молился всерьёз (Впрочем, как Вы и Я). Тряпкам, костям и пучку волос - Все это пустою бабой звалось, Но дурак её звал Королевой Роз (Впрочем, как Вы и Я).
10. «

    — Что за беда? Это же только люди. Они сами убивали друг друга и были очень довольны, разве не так? — сказала Багира. — Но все-таки они еще щенки, а щенок готов утопиться, лишь бы укусить луну в воде. Я виноват, — сказал Маугли, — говоря так, как будто знаю все на свете.

    — Что за беда? Это же только люди. Они сами убивали друг друга и были очень довольны, разве не так? — сказала Багира. — Но все-таки они еще щенки, а щенок готов утопиться, лишь бы укусить луну в воде. Я виноват, — сказал Маугли, — говоря так, как будто знаю все на свете.

    — Маугли · книга
11. «

    Со мною тысяча верных людей, И воле моей покорны они, - Сказал он. — Над Тайном моих крепостей Девять стоят и над Тиллом три. Но что мне до этих людей, герой, Что мне до высоких твоих крепостей? - Сказала она. — Ты пойдешь за мной И будешь воле покорен моей.

    Со мною тысяча верных людей, И воле моей покорны они, - Сказал он. — Над Тайном моих крепостей Девять стоят и над Тиллом три. Но что мне до этих людей, герой, Что мне до высоких твоих крепостей? - Сказала она. — Ты пойдешь за мной И будешь воле покорен моей.

    — Свет погас · книга
12. «

    Жил-был дурень. Вот и молился он (Точно как я или ты!) Кучке тряпок, в которую был влюблен, Хоть пустышкой был его сказочный сон, Но Прекрасной Дамой называл её он (Точно как я или ты). <...> Дурней влюблённых на свете не счесть (Таких же, как я или ты), Загубил он юность, и гордость и честь (А что у дурней таких ещё есть?) Ибо дурень — на то он дурень и есть... (Точно как я и ты).

    Жил-был дурень. Вот и молился он (Точно как я или ты!) Кучке тряпок, в которую был влюблен, Хоть пустышкой был его сказочный сон, Но Прекрасной Дамой называл её он (Точно как я или ты). <...> Дурней влюблённых на свете не счесть (Таких же, как я или ты), Загубил он юность, и гордость и честь (А что у дурней таких ещё есть?) Ибо дурень — на то он дурень и есть... (Точно как я и ты).
13. «

    Хорошая работа также не имеет значения, потому что человек оценивается по самым худшим результатам его деятельности, а все лучшее, как правило присваивается кем-то другим.

    Хорошая работа также не имеет значения, потому что человек оценивается по самым худшим результатам его деятельности, а все лучшее, как правило присваивается кем-то другим.

    — Отброшенный · книга
14. «

    Я знал, что мне он подчинен и, чтоб спасти меня, — умрет. Он умер, так и не узнав, что надо б все наоборот!

    Я знал, что мне он подчинен и, чтоб спасти меня, — умрет. Он умер, так и не узнав, что надо б все наоборот!
15. «

    But even She must older grow And end Her dancing days, She can’t go on forever so At concerts, balls and plays. One ray of priceless hope I see Before my footsteps shine; Just think, that She’ll be eighty-one When I am forty-nine.

    But even She must older grow And end Her dancing days, She can’t go on forever so At concerts, balls and plays. One ray of priceless hope I see Before my footsteps shine; Just think, that She’ll be eighty-one When I am forty-nine.
16. «

    Когда детским губам довелось испить полной мерой горькую чашу Злобы, Подозрительности, Отчаяния, всей на свете Любви не хватит, чтобы однажды изведанное стерлось бесследно, даже если она ненадолго вернёт свет померкшим глазам и туда, где было Неверие, заронит зерна Веры.

    Когда детским губам довелось испить полной мерой горькую чашу Злобы, Подозрительности, Отчаяния, всей на свете Любви не хватит, чтобы однажды изведанное стерлось бесследно, даже если она ненадолго вернёт свет померкшим глазам и туда, где было Неверие, заронит зерна Веры.
17. «

    Запад есть Запад, Восток есть Восток, и с места они не сойдут...

    Запад есть Запад, Восток есть Восток, и с места они не сойдут...
18. «

    За что он умер и как он жил — это им все равно. Добраться до мяса, костей и жил, им надо, пока темно.

    За что он умер и как он жил — это им все равно. Добраться до мяса, костей и жил, им надо, пока темно.
19. «

    Не плачьте! Армия дала, Свободу робкому рабу. За шиворот приволокла, Из канцелярии в судьбу,

    Не плачьте! Армия дала, Свободу робкому рабу. За шиворот приволокла, Из канцелярии в судьбу,
20. «

    Ошибку, к тому же такую, не превратишь в торжество Для провала – сорок мильонов причин, оправданий – ни одного. Поменьше слов, побольше труда – на этом вопрос закрыт. Империя получила урок. Империя благодарит!

    Ошибку, к тому же такую, не превратишь в торжество Для провала – сорок мильонов причин, оправданий – ни одного. Поменьше слов, побольше труда – на этом вопрос закрыт. Империя получила урок. Империя благодарит!