Евгений Водолазкин — 98 цитат с глубоким смыслом

Подборка из 98 цитат Евгеного Водолазкина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Наказания неизвестно за что не бывает. Нужно лишь подумать, и ответ обязательно найдется.

   Наказания неизвестно за что не бывает. Нужно лишь подумать, и ответ обязательно найдется.

   — Платонов · книга
2. «

   В искусстве лучше недосказать, чем сказать слишком много. А зрители будут плакать о своем.

   В искусстве лучше недосказать, чем сказать слишком много. А зрители будут плакать о своем.

   — Брисбен · книга
3. «

   В молодости требуются конкретные и оперативные ответы, и если уж их пытаться где-то вычитать, то скорее в социальной сети, а не в книге. Но со временем становится ясно, что сеть и книга очень по-разному насыщают: разница примерно та же, что между семечками и хлебом. Приходит день, когда хочется хлеба. И тогда начинают читать...

   В молодости требуются конкретные и оперативные ответы, и если уж их пытаться где-то вычитать, то скорее в социальной сети, а не в книге. Но со временем становится ясно, что сеть и книга очень по-разному насыщают: разница примерно та же, что между семечками и хлебом. Приходит день, когда хочется хлеба. И тогда начинают читать...

   — Инструмент языка. Люди и слова · книга
4. «

   ... Преимущества одних – так уж устроена жизнь – чаще всего являются результатом ограничения других. Иначе какие же это преимущества?

   ... Преимущества одних – так уж устроена жизнь – чаще всего являются результатом ограничения других. Иначе какие же это преимущества?

   — Инструмент языка. Люди и слова · книга
5. «

   Вообще говоря, мне кажется, что, когда человека описываешь по-настоящему, не можешь его не любить. Он, даже самый плохой, становится твоим произведением, ты принимаешь его в себя и начинаешь чувствовать ответственность за него и его грехи – да, в каком-то смысле и за грехи. Ты пытаешься их понять и по возможности оправдать.

   Вообще говоря, мне кажется, что, когда человека описываешь по-настоящему, не можешь его не любить. Он, даже самый плохой, становится твоим произведением, ты принимаешь его в себя и начинаешь чувствовать ответственность за него и его грехи – да, в каком-то смысле и за грехи. Ты пытаешься их понять и по возможности оправдать.

   — Авиатор · книга
6. «

   С каждым днем их диалог становился всё необычнее. Я старалась не мешать и уходила. Но даже в те немногие минуты, что я оказывалась рядом, моего присутствия они не замечали. Появлялись новые города, события, даты. Почти всегда – даты, вносящие в рассказ особую достоверность, потому что событие без даты – это не более чем возможность. Оно еще не закреплено во времени.

   С каждым днем их диалог становился всё необычнее. Я старалась не мешать и уходила. Но даже в те немногие минуты, что я оказывалась рядом, моего присутствия они не замечали. Появлялись новые города, события, даты. Почти всегда – даты, вносящие в рассказ особую достоверность, потому что событие без даты – это не более чем возможность. Оно еще не закреплено во времени.

   — Ника · книга
7. «

   – Борьба за счастье вас, кажется, не особенно вдохновляет? – спрашивает меня Валентина. – От нее, – говорю, – вообще-то, одни трагедии.

   – Борьба за счастье вас, кажется, не особенно вдохновляет? – спрашивает меня Валентина. – От нее, – говорю, – вообще-то, одни трагедии.

   — Авиатор · книга
8. «

   Чем больница хороша для романов – в ней много коек.

   Чем больница хороша для романов – в ней много коек.

   — Авиатор · книга
9. «

   Из временных указаний все чаще ему приходило на ум слово однажды. Это слово нравилось ему тем, что преодалевало проклятье временем. И утверждало единственность и неповторимость всего произошедшего — однажды. Однажды он понял, что этого указания вполне достаточно.

   Из временных указаний все чаще ему приходило на ум слово однажды. Это слово нравилось ему тем, что преодалевало проклятье временем. И утверждало единственность и неповторимость всего произошедшего — однажды. Однажды он понял, что этого указания вполне достаточно.

   — Лавр · книга
10. «

    Есть вещи, которые, находясь под одной крышей, скрыть невозможно.

    Есть вещи, которые, находясь под одной крышей, скрыть невозможно.

    — Авиатор · книга
11. «

    Русские женщины вообще удивительно живые. Мне, немцу, это в них нравится.

    Русские женщины вообще удивительно живые. Мне, немцу, это в них нравится.

    — Гейгер · книга
12. «

    Если бы дело отложилось, оно, может, и не состоялось бы: на первый раз можно собрать силы, а на второй – уже трудно.

    Если бы дело отложилось, оно, может, и не состоялось бы: на первый раз можно собрать силы, а на второй – уже трудно.

    — Авиатор · книга
13. «

    <...> историки в большинстве своем — пессимисты, поскольку имеют дело преимущественно с покойниками. История — наука о мертвых, неожиданно заключал свое эссе русский профессор, в ней очень мало места для живых.

    <...> историки в большинстве своем — пессимисты, поскольку имеют дело преимущественно с покойниками. История — наука о мертвых, неожиданно заключал свое эссе русский профессор, в ней очень мало места для живых.

    — Соловьев и Ларионов · книга
14. «

    Почему сейчас так много заимствованных слов? Потому что в нашей стране так хорошо знают иностранные языки? Совершенно очевидно, что причина не в этом. Она, скорее, в противоположном. Иностранные слова нередко любят как раз те, кто других языков не знает. Используя заимствования, они словно намекают на то, что и сами некоторым образом причастны к иноязычной сфере. В сознании этих людей заимствованная лексика как бы компенсирует их незнание. Своего рода иностранный язык для бедных.

    Почему сейчас так много заимствованных слов? Потому что в нашей стране так хорошо знают иностранные языки? Совершенно очевидно, что причина не в этом. Она, скорее, в противоположном. Иностранные слова нередко любят как раз те, кто других языков не знает. Используя заимствования, они словно намекают на то, что и сами некоторым образом причастны к иноязычной сфере. В сознании этих людей заимствованная лексика как бы компенсирует их незнание. Своего рода иностранный язык для бедных.

    — Инструмент языка. Люди и слова · книга
15. «

    — Какое главное открытие вы сделали в лагере? <...> — Я открыл, что человек превращается в скотину невероятно быстро.

    — Какое главное открытие вы сделали в лагере? <...> — Я открыл, что человек превращается в скотину невероятно быстро.

    — Авиатор · книга
16. «

    Чудеса – это в России. Вы там живете по законам чуда, а мы пытаемся жить сообразно с реальностью. Впрочем, еще неизвестно, что лучше.

    Чудеса – это в России. Вы там живете по законам чуда, а мы пытаемся жить сообразно с реальностью. Впрочем, еще неизвестно, что лучше.

    — профессор Майер · книга
17. «

    Как относиться, в частности, к заимствованиям? Думаю, так же, как к потреблению вообще: считать его допустимым до тех пор, пока оно идет впрок. Если возникает легкое несварение, от экзотических фруктов лучше отказаться.

    Как относиться, в частности, к заимствованиям? Думаю, так же, как к потреблению вообще: считать его допустимым до тех пор, пока оно идет впрок. Если возникает легкое несварение, от экзотических фруктов лучше отказаться.

    — Инструмент языка. Люди и слова · книга
18. «

    Когда Диогена обругивал некий плешивец, Диоген сказал: не воздаю тебе руганью за ругань, но похваляю волосы главы твоей, потому что, увидев её безумие, они сбежали.

    Когда Диогена обругивал некий плешивец, Диоген сказал: не воздаю тебе руганью за ругань, но похваляю волосы главы твоей, потому что, увидев её безумие, они сбежали.

    — Лавр · книга
19. «

    ... Всякая находка — это чья-то потеря.

    ... Всякая находка — это чья-то потеря.

    — Инструмент языка. Люди и слова · книга
20. «

    Действительность устает от воззваний и начинает из них испаряться. Остаются лишь фразы, которые используются совсем не так, как ожидалось. Допустим, в мое время любили фразу о мире народам и земле крестьянам. И что? Вместо мира получили гражданскую войну, вместо земли – продразверстку, а потом колхозы. Никто такого и помыслить бы не мог.

    Действительность устает от воззваний и начинает из них испаряться. Остаются лишь фразы, которые используются совсем не так, как ожидалось. Допустим, в мое время любили фразу о мире народам и земле крестьянам. И что? Вместо мира получили гражданскую войну, вместо земли – продразверстку, а потом колхозы. Никто такого и помыслить бы не мог.

    — Авиатор · книга