Федор Сологуб: 32 высказываний о главном

Подборка из 32 цитаты Федора Сологуба: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Передонов не любил размышлять. В первую минуту он всегда верил тому, что ему скажут.

   Передонов не любил размышлять. В первую минуту он всегда верил тому, что ему скажут.

   — Мелкий бес · книга
2. «

   Не быть никем, не быть ничем, Идти в толпе, глядеть, мечтать, Мечты не разделять ни с кем И ни на что не притязать.

   Не быть никем, не быть ничем, Идти в толпе, глядеть, мечтать, Мечты не разделять ни с кем И ни на что не притязать.
3. «

   Наряжаться, чиститься, мыться — на все это нужно время и труд; а мысль о труде наводила на Передонова тоску и страх. Хорошо бы ничего не делать, есть, пить, спать — да и только.

   Наряжаться, чиститься, мыться — на все это нужно время и труд; а мысль о труде наводила на Передонова тоску и страх. Хорошо бы ничего не делать, есть, пить, спать — да и только.

   — Мелкий бес · книга
4. «

   Не верь тому, что возвестили Преданья темной старины, Что есть предел любовной силе, Что ей ущербы суждены.

   Не верь тому, что возвестили Преданья темной старины, Что есть предел любовной силе, Что ей ущербы суждены.
5. «

   Я — царь, и мне надлежит победить тебя, какою бы то ни было ценою. Лучше быть зверем, побеждающим и торжествующим, чем человеком, который уступает и отдает свое.

   Я — царь, и мне надлежит победить тебя, какою бы то ни было ценою. Лучше быть зверем, побеждающим и торжествующим, чем человеком, который уступает и отдает свое.

   — Метейя · книга
6. «

   Они принадлежали к числу тех жалких людей, вся жизнь которых — внешняя и сводится почти к механическому усвоению и повторению того, что делают другие люди их круга. Но так как среди этих других всегда бывают несколько человек очень богатых, сравнительно с другими, то вся жизнь людей, подобных Дмитрию Нерадову и его жене, наполняется мучительными стараниями делать то, что не по средствам, и томительными поисками денег, которых всегда не достает.

   Они принадлежали к числу тех жалких людей, вся жизнь которых — внешняя и сводится почти к механическому усвоению и повторению того, что делают другие люди их круга. Но так как среди этих других всегда бывают несколько человек очень богатых, сравнительно с другими, то вся жизнь людей, подобных Дмитрию Нерадову и его жене, наполняется мучительными стараниями делать то, что не по средствам, и томительными поисками денег, которых всегда не достает.

   — Звериный быт · книга
7. «

   Я люблю вас, потому что вы — холодная и далекая. Я хочу иметь любовницу холодную и далекую. Приезжайте и соответствуйте.

   Я люблю вас, потому что вы — холодная и далекая. Я хочу иметь любовницу холодную и далекую. Приезжайте и соответствуйте.

   — Передонов · книга
8. «

   Прикован тяжким тяготением К моей земле, Я тешусь кратким сновидением В полночной мгле.

   Прикован тяжким тяготением К моей земле, Я тешусь кратким сновидением В полночной мгле.
9. «

   Матвей Федорович Удоев был молчаливый, высокий и равнодушный человек. Пил водку, но в умеренном количестве, и почти никогда не спорил с домашними. Домашняя жизнь шла мимо него. Как и вся жизнь... Проходила мимо, как облака, пролетающие и тающие на пронизанном солнечными светами небе...

   Матвей Федорович Удоев был молчаливый, высокий и равнодушный человек. Пил водку, но в умеренном количестве, и почти никогда не спорил с домашними. Домашняя жизнь шла мимо него. Как и вся жизнь... Проходила мимо, как облака, пролетающие и тающие на пронизанном солнечными светами небе...

   — В толпе · книга
10. «

    Когда Алексей Григорьевич сделался самостоятельным, его хорошие связи и знакомства всегда помогали ему очень недурно устраиваться. Он служил на видных, но совершенно спокойных местах, дававших ему порядочное жалование и немало досуга.

    Когда Алексей Григорьевич сделался самостоятельным, его хорошие связи и знакомства всегда помогали ему очень недурно устраиваться. Он служил на видных, но совершенно спокойных местах, дававших ему порядочное жалование и немало досуга.

    — Звериный быт · книга
11. «

    Странности в поведении Передонова все более день ото дня беспокоили Хрипача. Он посоветовался с гимназическим врачом, не сошел ли Передонов с ума. Врач со смехом ответил, что Передонову сходить не с чего, а просто дурит по глупости.

    Странности в поведении Передонова все более день ото дня беспокоили Хрипача. Он посоветовался с гимназическим врачом, не сошел ли Передонов с ума. Врач со смехом ответил, что Передонову сходить не с чего, а просто дурит по глупости.

    — Мелкий бес · книга
12. «

    Если было счастье в жизни Алексея Григорьевича, то оно было только в жизни его сына, в заботах о нем каждый день, и в одной великой заботе о том, чтобы Гриша был лучше своих предков, чтобы он жил для достойной жизни, свободный, чистый, смелый.

    Если было счастье в жизни Алексея Григорьевича, то оно было только в жизни его сына, в заботах о нем каждый день, и в одной великой заботе о том, чтобы Гриша был лучше своих предков, чтобы он жил для достойной жизни, свободный, чистый, смелый.

    — Звериный быт · книга
13. «

    На полуистлевших от времени листах папируса начертано много сказаний о делах и людях, давно отошедших в неизменную вечность.

    На полуистлевших от времени листах папируса начертано много сказаний о делах и людях, давно отошедших в неизменную вечность.

    — Страна, где воцарился зверь · книга
14. «

    Умертвили Россию мою, Схоронили в могиле немой! Я глубоко печаль затаю, Замолчу перед злою толпой.

    Умертвили Россию мою, Схоронили в могиле немой! Я глубоко печаль затаю, Замолчу перед злою толпой.
15. «

    Директор еще раз писал в округ и со дня на день ждал назначения врачей для освидельствования. Но чиновники не торопились. На то они и чиновники.

    Директор еще раз писал в округ и со дня на день ждал назначения врачей для освидельствования. Но чиновники не торопились. На то они и чиновники.

    — Мелкий бес · книга
16. «

    Беден только бес, который хлебца не ест, а как я еще хлебец кушаю и даже с маслицем, я не беден.

    Беден только бес, который хлебца не ест, а как я еще хлебец кушаю и даже с маслицем, я не беден.

    — Володин · книга
17. «

    О смерть! Я твой. Повсюду вижу Одну тебя, — и ненавижу Очарования земли. Людские чужды мне восторги, Сраженья, праздники и торги, - Весь этот шум в земной пыли.

    О смерть! Я твой. Повсюду вижу Одну тебя, — и ненавижу Очарования земли. Людские чужды мне восторги, Сраженья, праздники и торги, - Весь этот шум в земной пыли.
18. «

    Эти книги Передонов держал на виду, чтобы показать, что у него свободные мнения, хотя на самом деле он не имел ни мнений, ни даже охоты к размышлениям. И эти книги он только держал, а не читал.

    Эти книги Передонов держал на виду, чтобы показать, что у него свободные мнения, хотя на самом деле он не имел ни мнений, ни даже охоты к размышлениям. И эти книги он только держал, а не читал.

    — Мелкий бес · книга
19. «

    Давно уже не прочел он ни одной книги, — говорил, что некогда, — газет не выписывал, новости узнавал из разговоров. Впрочем и узнавать ему нечего было, — ничто во внешнем мире его не занимало.

    Давно уже не прочел он ни одной книги, — говорил, что некогда, — газет не выписывал, новости узнавал из разговоров. Впрочем и узнавать ему нечего было, — ничто во внешнем мире его не занимало.

    — Мелкий бес · книга
20. «

    Среди шатания в умах и общей смуты, Чтобы внимание подростков поотвлечь И наложить на пагубные мысли путы, Понадобилась нам классическая речь.

    Среди шатания в умах и общей смуты, Чтобы внимание подростков поотвлечь И наложить на пагубные мысли путы, Понадобилась нам классическая речь.