44 цитаты Федора Сологуба: от иронии до философии

Подборка из 44 цитаты Федора Сологуба: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Передонов смотрел равнодушно: он не принимал никакого участия в чужих делах, — не любил людей, не думал о них иначе, как только в связи со своими выгодами и удовольствиями.

   Передонов смотрел равнодушно: он не принимал никакого участия в чужих делах, — не любил людей, не думал о них иначе, как только в связи со своими выгодами и удовольствиями.

   — Мелкий бес · книга
2. «

   Среди шатания в умах и общей смуты, Чтобы внимание подростков поотвлечь И наложить на пагубные мысли путы, Понадобилась нам классическая речь.

   Среди шатания в умах и общей смуты, Чтобы внимание подростков поотвлечь И наложить на пагубные мысли путы, Понадобилась нам классическая речь.
3. «

   Давно уже не прочел он ни одной книги, — говорил, что некогда, — газет не выписывал, новости узнавал из разговоров. Впрочем и узнавать ему нечего было, — ничто во внешнем мире его не занимало.

   Давно уже не прочел он ни одной книги, — говорил, что некогда, — газет не выписывал, новости узнавал из разговоров. Впрочем и узнавать ему нечего было, — ничто во внешнем мире его не занимало.

   — Мелкий бес · книга
4. «

   Читал раз пушкинские стихи: Встает заря во мгле холодной, На нивах шум работ умолк, С своей волчихою голодной Выходит на дорогу волк. Постойте, — сказал Передонов, — это надо хорошенько понять. Тут аллегория скрывается. Волки попарно ходят: волк с волчихою голодной. Волк — сытый, а волчиха — голодная. Жена всегда после мужа должна есть.

   Читал раз пушкинские стихи: Встает заря во мгле холодной, На нивах шум работ умолк, С своей волчихою голодной Выходит на дорогу волк. Постойте, — сказал Передонов, — это надо хорошенько понять. Тут аллегория скрывается. Волки попарно ходят: волк с волчихою голодной. Волк — сытый, а волчиха — голодная. Жена всегда после мужа должна есть.

   — Мелкий бес · книга
5. «

   Жизнь в городе очень расстраивает нервы.

   Жизнь в городе очень расстраивает нервы.

   — Алексей Григорьевич Курганов · книга
6. «

   Так это и часто бывает, — и воистину в нашем веке надлежит красоте быть попранной и поруганной.

   Так это и часто бывает, — и воистину в нашем веке надлежит красоте быть попранной и поруганной.

   — Мелкий бес · книга
7. «

   Его одиночество, молчаливость и поношенная, хотя чистенькая одежда показывали, что он из бедной семьи и стесняется этим обществом нарядных бойких детей. А все-таки он улыбался, — но и улыбка его казалась жалкой. Мать посылала иногда Гришу к своим богатым родственникам, где Гриша всегда чувствовал скуку и неловкость.

   Его одиночество, молчаливость и поношенная, хотя чистенькая одежда показывали, что он из бедной семьи и стесняется этим обществом нарядных бойких детей. А все-таки он улыбался, — но и улыбка его казалась жалкой. Мать посылала иногда Гришу к своим богатым родственникам, где Гриша всегда чувствовал скуку и неловкость.

   — Улыбка · книга
8. «

   Построить жизнь по идеалам добра и красоты! С этими людьми и этим телом! Невозможно! Как замкнуться от людской пошлости, как уберечься от людей! Мы все вместе живем, и как бы одна душа томится во всем многоликом человечестве. Мир весь во мне. Но страшно, что он таков, каков он есть.

   Построить жизнь по идеалам добра и красоты! С этими людьми и этим телом! Невозможно! Как замкнуться от людской пошлости, как уберечься от людей! Мы все вместе живем, и как бы одна душа томится во всем многоликом человечестве. Мир весь во мне. Но страшно, что он таков, каков он есть.

   — Елена · книга
9. «

   Неведомою осталась судьба страны, где воцарился зверь, и самое имя страны поглощено забвением.

   Неведомою осталась судьба страны, где воцарился зверь, и самое имя страны поглощено забвением.

   — Страна, где воцарился зверь · книга
10. «

    В субботу Передонов собрался идти к исправнику. Этот хотя и не такая важная птица, как предводитель дворянства, — думал Передонов, — однако может навредить больше всех, а захочет, так он может и помочь своим отзывом перед начальством. Полиция — важное дело.

    В субботу Передонов собрался идти к исправнику. Этот хотя и не такая важная птица, как предводитель дворянства, — думал Передонов, — однако может навредить больше всех, а захочет, так он может и помочь своим отзывом перед начальством. Полиция — важное дело.

    — Мелкий бес · книга
11. «

    Она — всегда немая Галатея. А я — страдающий, любя, Пигмалион.

    Она — всегда немая Галатея. А я — страдающий, любя, Пигмалион.

    — Лелька · книга
12. «

    Проходили годы за годами. Из бойких, смелых детей, что собрались на именины Леши Семибоярова, вышли ловкие смелые люди, и мальчишка, обанувший Гришу, нашел, конечно, свою дорогу в жизни, — а Гриша, стал, разумеется, неудачником.

    Проходили годы за годами. Из бойких, смелых детей, что собрались на именины Леши Семибоярова, вышли ловкие смелые люди, и мальчишка, обанувший Гришу, нашел, конечно, свою дорогу в жизни, — а Гриша, стал, разумеется, неудачником.

    — Улыбка · книга
13. «

    Нас уже утомила неискренность и условность нашей жизни. Поэтому тем из нас, кто более чуток, уже давно хочется жизнь изменить.

    Нас уже утомила неискренность и условность нашей жизни. Поэтому тем из нас, кто более чуток, уже давно хочется жизнь изменить.

    — Алексей Григорьевич Курганов · книга
14. «

    В городе немощёном, пыльном, грязном и тёмном – в городе, где было много уличных скверных мальчишек и мало школ, – в городе, где бедные женщины, случалось, рожали на улицах, – в городе, где ломали старые стены знаменитой в истории крепости, чтобы добыть кирпича на постройку новых домов, – в городе, где по ночам на людных улицах бушевали хулиганы, а на окраинах беспрепятственно обворовывались жилища обывателей под громкие звуки трещоток в руках дремотных ночных сторожей, – в этом полудиком городе для съехавшихся отовсюду почётных гостей и властей устраивались торжества и пиршества, никому не нужные, и щедро тратили на эту пустую и глупую затею деньги, которых не хватало на школы и больницы.

    В городе немощёном, пыльном, грязном и тёмном – в городе, где было много уличных скверных мальчишек и мало школ, – в городе, где бедные женщины, случалось, рожали на улицах, – в городе, где ломали старые стены знаменитой в истории крепости, чтобы добыть кирпича на постройку новых домов, – в городе, где по ночам на людных улицах бушевали хулиганы, а на окраинах беспрепятственно обворовывались жилища обывателей под громкие звуки трещоток в руках дремотных ночных сторожей, – в этом полудиком городе для съехавшихся отовсюду почётных гостей и властей устраивались торжества и пиршества, никому не нужные, и щедро тратили на эту пустую и глупую затею деньги, которых не хватало на школы и больницы.

    — В толпе · книга
15. «

    А настанут жестокие дни, Ты уйдешь от меня без возврата. О, зачем же вы, дни! За утратой иная утрата.

    А настанут жестокие дни, Ты уйдешь от меня без возврата. О, зачем же вы, дни! За утратой иная утрата.
16. «

    Если было счастье в жизни Алексея Григорьевича, то оно было только в жизни его сына, в заботах о нем каждый день, и в одной великой заботе о том, чтобы Гриша был лучше своих предков, чтобы он жил для достойной жизни, свободный, чистый, смелый.

    Если было счастье в жизни Алексея Григорьевича, то оно было только в жизни его сына, в заботах о нем каждый день, и в одной великой заботе о том, чтобы Гриша был лучше своих предков, чтобы он жил для достойной жизни, свободный, чистый, смелый.

    — Звериный быт · книга
17. «

    Жизнь в городе становилась ненавистна ему, потому что все яснее представлялось, что в городе наших дней, великолепном Содоме, возрождается древний зверь и хочет властвовать. Все то жестокое, что свершалось в стране, шло отсюда. А в стране нашей в то время совершалось много жестокого.

    Жизнь в городе становилась ненавистна ему, потому что все яснее представлялось, что в городе наших дней, великолепном Содоме, возрождается древний зверь и хочет властвовать. Все то жестокое, что свершалось в стране, шло отсюда. А в стране нашей в то время совершалось много жестокого.

    — Звериный быт · книга
18. «

    Преступники, извините, не всегда бывают достаточно изобретательны. Люди благонамеренные не напрасно жалуются на современную биллетристику, ибо она снабжает преступные элементы населения адскими замыслами и весьма, до тонкости разработанными преступными планами. Сочинители люди остроумные: они изобретают, а преступникам остается только применять.

    Преступники, извините, не всегда бывают достаточно изобретательны. Люди благонамеренные не напрасно жалуются на современную биллетристику, ибо она снабжает преступные элементы населения адскими замыслами и весьма, до тонкости разработанными преступными планами. Сочинители люди остроумные: они изобретают, а преступникам остается только применять.

    — Кундик-Разноходский · книга
19. «

    Тогда он еще не знал, а потом, узнавши, не мог помириться с тем, что несправедливость и неправда очень удобны для людей, а справедливость и правду надобно еще создавать, — нет их в земной природе. Горько было ему узнать, что не лгать не могут люди, что ложью держится их жизнь, а правда разрушает ее.

    Тогда он еще не знал, а потом, узнавши, не мог помириться с тем, что несправедливость и неправда очень удобны для людей, а справедливость и правду надобно еще создавать, — нет их в земной природе. Горько было ему узнать, что не лгать не могут люди, что ложью держится их жизнь, а правда разрушает ее.

    — Звериный быт · книга
20. «

    И Варваре, и Грушиной церковные обряды казались смешными. Они беспрестанно хихикали. Слова о том, что жена должна прилепиться к своему мужу, вызвали у них особенную веселость.

    И Варваре, и Грушиной церковные обряды казались смешными. Они беспрестанно хихикали. Слова о том, что жена должна прилепиться к своему мужу, вызвали у них особенную веселость.

    — Мелкий бес · книга