347 цитат Фрэнсиса Скотта Фицджеральда — читать онлайн

Ниже 347 цитат Фрэнсиса Скотта Фицджеральда — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Странный ты мальчик, — задумчиво сказала Майра. — Чем? — Теперь он был весь внимание. — Да вечно болтаешь что-то непонятное. Пойдём завтра на лыжах со мной и с Мэрилин? — Не люблю девочек при дневном свете, — отрезал он и тут же, спохватившись, что это слишком резко, добавил: — Ты-то мне нравишься. — Он откашлялся. — Ты у меня на первом, на втором и на третьем месте. Глаза у Майры стали мечтательные. Рассказать про это Мэрилин — вот удивится! Как они сидели на диване с этим необыкновенным мальчиком, и камин горел, и такое чувство, будто они одни во всём этом большущем доме. Майра сдалась. Очень уж располагающая была обстановка. — Ты у меня от первого до двадцать пятого, — призналась она дрожащим голосом, — а Фрогги Паркер на двадцать шестом. За один час Фрогги потерял двадцать пять очков, но он ещё не успел это заметить. Эмори же, будучи на месте, наклонился и поцеловал Майру в щёку. Он ещё никогда не целовал девочку и теперь облизал губы, словно только что попробовал какую-то незнакомую ягоду. Потом их губы легонько сомкнулись, как полевые цветы на ветру.

   — Странный ты мальчик, — задумчиво сказала Майра. — Чем? — Теперь он был весь внимание. — Да вечно болтаешь что-то непонятное. Пойдём завтра на лыжах со мной и с Мэрилин? — Не люблю девочек при дневном свете, — отрезал он и тут же, спохватившись, что это слишком резко, добавил: — Ты-то мне нравишься. — Он откашлялся. — Ты у меня на первом, на втором и на третьем месте. Глаза у Майры стали мечтательные. Рассказать про это Мэрилин — вот удивится! Как они сидели на диване с этим необыкновенным мальчиком, и камин горел, и такое чувство, будто они одни во всём этом большущем доме. Майра сдалась. Очень уж располагающая была обстановка. — Ты у меня от первого до двадцать пятого, — призналась она дрожащим голосом, — а Фрогги Паркер на двадцать шестом. За один час Фрогги потерял двадцать пять очков, но он ещё не успел это заметить. Эмори же, будучи на месте, наклонился и поцеловал Майру в щёку. Он ещё никогда не целовал девочку и теперь облизал губы, словно только что попробовал какую-то незнакомую ягоду. Потом их губы легонько сомкнулись, как полевые цветы на ветру.

   — Эмори · книга
2. «

   На то мы и разные люди... Ты ведёшь себя по-твоему, а я по-моему.

   На то мы и разные люди... Ты ведёшь себя по-твоему, а я по-моему.

   — Новые мелодии печальных оркестров · книга
3. «

   Он очень много пил и целую неделю притворялся, будто влюблён в неё. Потом он внезапно её бросил и позабыл, чем незамедлительно покорил её сердце.

   Он очень много пил и целую неделю притворялся, будто влюблён в неё. Потом он внезапно её бросил и позабыл, чем незамедлительно покорил её сердце.

   — Молодой богач · книга
4. «

   Я слишком беден, чтобы жениться.

   Я слишком беден, чтобы жениться.

   — Ник Каррауэй · книга
5. «

   Восемнадцать смотрят на тридцать четыре сквозь туманную дымку юности; но двадцать два с беспощадной четкостью видят все, что относится к тридцати восьми.

   Восемнадцать смотрят на тридцать четыре сквозь туманную дымку юности; но двадцать два с беспощадной четкостью видят все, что относится к тридцати восьми.

   — Ночь нежна · книга
6. «

   Просто как-то грустно бывает в такие вот чудесные вечера. И кажется, что других таких уже не будет, а я не все от них беру, что можно.

   Просто как-то грустно бывает в такие вот чудесные вечера. И кажется, что других таких уже не будет, а я не все от них беру, что можно.

   — По эту сторону рая · книга
7. «

   С новыми друзьями часто чувствуешь себя лучше, чем со старыми.

   С новыми друзьями часто чувствуешь себя лучше, чем со старыми.

   — Ричард Дайвер · книга
8. «

   Дик высунулся из окошка, но никого не увидел; судя по мелодии, это было религиозное песнопение, и ему, в его душевной опустошённости и усталости, захотелось, чтобы поющие помолились и за него — но о чём, он не знал, разве только о том, чтобы не затопила его с каждым днём нарастающая тоска.

   Дик высунулся из окошка, но никого не увидел; судя по мелодии, это было религиозное песнопение, и ему, в его душевной опустошённости и усталости, захотелось, чтобы поющие помолились и за него — но о чём, он не знал, разве только о том, чтобы не затопила его с каждым днём нарастающая тоска.

   — Дик Дайвер · книга
9. «

   Поведение человека может иметь под собой разную почву — твердый гранит или вязкую трясину; но в какой-то момент мне становится наплевать, какая там под ним почва.

   Поведение человека может иметь под собой разную почву — твердый гранит или вязкую трясину; но в какой-то момент мне становится наплевать, какая там под ним почва.

   — Ник · книга
10. «

    Американцы легко, даже охотно, соглашаются быть рабами, но упорно никогда не желали признавать себя крестьянами.

    Американцы легко, даже охотно, соглашаются быть рабами, но упорно никогда не желали признавать себя крестьянами.

    — Ник Каррауэй · книга
11. «

    Восемь лет я потратил зря, пытаясь научить богачей азбуке человеческой порядочности.

    Восемь лет я потратил зря, пытаясь научить богачей азбуке человеческой порядочности.

    — Дик · книга
12. «

    Томительно тянутся последние часы будней, и медленно, будто заводные куклы в игрушечной лавке, оживают люди: в углу о чём-то увлечённо сговариваются, влюблённые ускользают в коридор целоваться, и у всех одно ощущение: «Скорей, скорей. Ещё не поздно, но, ради бога, торопитесь, ведь не успеешь оглянуться, и они кончатся, эти благословенные сорок часов отдыха!»

    Томительно тянутся последние часы будней, и медленно, будто заводные куклы в игрушечной лавке, оживают люди: в углу о чём-то увлечённо сговариваются, влюблённые ускользают в коридор целоваться, и у всех одно ощущение: «Скорей, скорей. Ещё не поздно, но, ради бога, торопитесь, ведь не успеешь оглянуться, и они кончатся, эти благословенные сорок часов отдыха!»

    — Сумасшедшее воскресенье · книга
13. «

    Писатель — это меньше, чем человеческая особь. Или, если он талантлив, это куча разрозненных особей, несмотря на все их потуги слиться в одну. Сюда же я отношу актеров: они так трогательно стараются не глядеть в зеркала, прямо отворачиваются от зеркал — и ловят свое отражение в никеле шандалов.

    Писатель — это меньше, чем человеческая особь. Или, если он талантлив, это куча разрозненных особей, несмотря на все их потуги слиться в одну. Сюда же я отношу актеров: они так трогательно стараются не глядеть в зеркала, прямо отворачиваются от зеркал — и ловят свое отражение в никеле шандалов.

    — Сесилия Брейди · книга
14. «

    Никакая ощутимая, реальная прелесть не может сравниться с тем, что способен накопить человек в глубинах своей фантазии.

    Никакая ощутимая, реальная прелесть не может сравниться с тем, что способен накопить человек в глубинах своей фантазии.

    — Ник · книга
15. «

    Можно надеть не совсем свежую сорочку, но мятую сорочку надевать нельзя.

    Можно надеть не совсем свежую сорочку, но мятую сорочку надевать нельзя.

    — Дик Дайвер · книга
16. «

    Выходило, что жестким быть хорошо; все приятные люди относились к самим себе жестко.

    Выходило, что жестким быть хорошо; все приятные люди относились к самим себе жестко.

    — Николь Дайвер · книга
17. «

    Никогда раньше Эмори не интересовался бедняками. Теперь он холодно установил, что абсолютно не способен кому-либо сочувствовать. О’Генри обнаружил в этих людях романтику, высокие порывы, любовь, ненависть, Эмори же видел только грубое убожество, грязь и тупость. Он в этом не раскаивался: никогда с тех пор он уже не корил себя за чувства естественные и искренние.

    Никогда раньше Эмори не интересовался бедняками. Теперь он холодно установил, что абсолютно не способен кому-либо сочувствовать. О’Генри обнаружил в этих людях романтику, высокие порывы, любовь, ненависть, Эмори же видел только грубое убожество, грязь и тупость. Он в этом не раскаивался: никогда с тех пор он уже не корил себя за чувства естественные и искренние.

    — По эту сторону рая · книга
18. «

    — Я женщина: мое дело скреплять и связывать. — А мое — ломать и разрушать.

    — Я женщина: мое дело скреплять и связывать. — А мое — ломать и разрушать.

    — Николь Дайвер · книга
19. «

    Я до сих пор опасаюсь упустить что-то, если позабуду, что чутье к основным нравственным ценностям отпущено природой не всем в одинаковой мере.

    Я до сих пор опасаюсь упустить что-то, если позабуду, что чутье к основным нравственным ценностям отпущено природой не всем в одинаковой мере.

    — Ник Каррауэй · книга
20. «

    ...у красавиц шеи не бывает — только шейка.

    ...у красавиц шеи не бывает — только шейка.

    — Издержки хорошего воспитания · книга