Генрих Бёлль: 275 фраз, которые разошлись на цитаты

Генрих Бёлль — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 275 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Кладбища полны людей, без которых мир не мог обойтись.

   Кладбища полны людей, без которых мир не мог обойтись.

   — Генрих Бёлль · книга
2. «

   Я-то думал, она будет торжествовать, но торжествовал на сей раз я, и это я изведал, что у торжества кисловатый привкус.

   Я-то думал, она будет торжествовать, но торжествовал на сей раз я, и это я изведал, что у торжества кисловатый привкус.

   — Хлеб ранних лет · книга
3. «

   Имя Гомера остается незыблимым для всей культуры Запада: Гомер — родоначальник европейского эпоса; но Гомер рассказывает о Троянской войне, о разрушении Трои и возвращении Одиссея. Все это «литература о войне», «литература развалин» «литература вернувшихся».

   Имя Гомера остается незыблимым для всей культуры Запада: Гомер — родоначальник европейского эпоса; но Гомер рассказывает о Троянской войне, о разрушении Трои и возвращении Одиссея. Все это «литература о войне», «литература развалин» «литература вернувшихся».

   — В защиту литературы развалин · книга
4. «

   Наиболее непростительный грех из всех, какие может совершить клоун, — возбудить сострадание к себе.

   Наиболее непростительный грех из всех, какие может совершить клоун, — возбудить сострадание к себе.

   — Ганс Шнир · книга
5. «

   Против бедности нет лекарства.

   Против бедности нет лекарства.

   — хозяйка · книга
6. «

   Радость многое смывает, так же и страдание многое смывает.

   Радость многое смывает, так же и страдание многое смывает.

   — Вилли · книга
7. «

   Останься или пойдем вместе, что бы ни случилось. Это добром не кончится, поверь мне. Ты еще не знаешь войны, не знаешь ее хозяев. На войне без особой нужды не расстаются ни на минуту.

   Останься или пойдем вместе, что бы ни случилось. Это добром не кончится, поверь мне. Ты еще не знаешь войны, не знаешь ее хозяев. На войне без особой нужды не расстаются ни на минуту.

   — Файнхальс · книга
8. «

   Не знаю, возможно, взрослые несправедливы к детям, но и дети несправедливы к взрослым.

   Не знаю, возможно, взрослые несправедливы к детям, но и дети несправедливы к взрослым.

   — Роберт · книга
9. «

   Лозунги и рекламы, которые на первый взгляд кажутся блестящей импровизацией, короткие рекламные истории, которые как бы ненароком выходят из-под пера, — на самом деле плод тяжелого кропотливого труда, они создаются на основе статистики, на обширном материале.

   Лозунги и рекламы, которые на первый взгляд кажутся блестящей импровизацией, короткие рекламные истории, которые как бы ненароком выходят из-под пера, — на самом деле плод тяжелого кропотливого труда, они создаются на основе статистики, на обширном материале.

   — Борзиг · книга
10. «

    Я должен был прийти сюда, в это лембергский бордель, дабы узнать, что бывает любовь без вожделения.

    Я должен был прийти сюда, в это лембергский бордель, дабы узнать, что бывает любовь без вожделения.

    — Андреас · книга
11. «

    Я боялся ехать по мосту, несмотря на все объяснения о его запасе прочности и грузоподъемности, которые давали мне сведующие в инженерии знакомые. Просто-напросто я трусил. Само сочетание поезд — мост рождало во мне страх.

    Я боялся ехать по мосту, несмотря на все объяснения о его запасе прочности и грузоподъемности, которые давали мне сведующие в инженерии знакомые. Просто-напросто я трусил. Само сочетание поезд — мост рождало во мне страх.

    — По мосту · книга
12. «

    Молчание — хорошее оружие...

    Молчание — хорошее оружие...

    — Ганс Шнир · книга
13. «

    Та — совершенно незаслуженно порицаемая — инстанция, что зовется совестью, все равно заявит о себе.

    Та — совершенно незаслуженно порицаемая — инстанция, что зовется совестью, все равно заявит о себе.

    — Письмо молодому католику · книга
14. «

    У соседей зорче глаз, чем у самого чёрта.

    У соседей зорче глаз, чем у самого чёрта.

    — Ганс Шнир · книга
15. «

    Сочувствие захлестнуло его, все, все они в тисках этой бессмысленной чудовищной системы.

    Сочувствие захлестнуло его, все, все они в тисках этой бессмысленной чудовищной системы.

    — Vive la France! · книга
16. «

    Ужасно быть нищим, но худо и еле-еле сводить концы с концами, а так живёт большинство людей.

    Ужасно быть нищим, но худо и еле-еле сводить концы с концами, а так живёт большинство людей.

    — старик Деркум · книга
17. «

    Несмотря на радио и газеты, новость приобретает особый вес, если ты сам слышал ее из уст того, кому пожимал руку, с кем пил чай.

    Несмотря на радио и газеты, новость приобретает особый вес, если ты сам слышал ее из уст того, кому пожимал руку, с кем пил чай.

    — Ирландский дневник · книга
18. «

    Когда у нас в Германии что-нибудь случается — человек опоздал на поезд, сломал ногу, разорился, наконец, мы говорим: «Хуже просто быть не могло». Всякий раз то, что случилось сейчас, и есть самое страшное. У ирландцев же почти все наоборот: если здесь человек сломал ногу, опоздал на поезд, разорился, наконец, они говорят: «It could be worse» — «Могло быть и хуже»: вместо ноги можно было сломать шею, вместо поезда — проворонить царствие небесное, а вместо состояния потерять душевный покой (сама по себе потеря состояния не дает для этого ни малейшего повода). То, что произошло, никогда не бывает самым страшным — самое страшное никогда не происходит.

    Когда у нас в Германии что-нибудь случается — человек опоздал на поезд, сломал ногу, разорился, наконец, мы говорим: «Хуже просто быть не могло». Всякий раз то, что случилось сейчас, и есть самое страшное. У ирландцев же почти все наоборот: если здесь человек сломал ногу, опоздал на поезд, разорился, наконец, они говорят: «It could be worse» — «Могло быть и хуже»: вместо ноги можно было сломать шею, вместо поезда — проворонить царствие небесное, а вместо состояния потерять душевный покой (сама по себе потеря состояния не дает для этого ни малейшего повода). То, что произошло, никогда не бывает самым страшным — самое страшное никогда не происходит.

    — Генрих Бёлль · книга
19. «

    Что больше возбуждает, что лучше стимулирует чувство благодарности судьбе, чем мысль о минувшей опасности?

    Что больше возбуждает, что лучше стимулирует чувство благодарности судьбе, чем мысль о минувшей опасности?

    — Ирландский дневник · книга
20. «

    Брессен стал давать уроки хорошего тона. Город, в котором он жил, был идеальным местом для подобного занятия. Многие из здешних нуворишей даже не подозревали, что рыбу принято есть иначе, чем мясо. Всю свою жизнь эти люди вообще ели руками, и теперь, став обладателями автомобилей, особняков и дорогих женщин, буквально из кожи лезли вон, лишь бы научиться хорошим манерам.

    Брессен стал давать уроки хорошего тона. Город, в котором он жил, был идеальным местом для подобного занятия. Многие из здешних нуворишей даже не подозревали, что рыбу принято есть иначе, чем мясо. Всю свою жизнь эти люди вообще ели руками, и теперь, став обладателями автомобилей, особняков и дорогих женщин, буквально из кожи лезли вон, лишь бы научиться хорошим манерам.

    — Где ты был, Адам? · книга