33 сильных цитаты Луи Жаколио

Ниже 33 цитаты Луи Жаколио — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Биография Гобби могла бы служить примером для других властелинов. Так, например, при вступлении на престол его предшественника последний начал с того, что отравил всех своих родственников мужского пола, приглашенных на пир, с весьма понятной целью, чтобы они впоследствии не отравили его.

   Биография Гобби могла бы служить примером для других властелинов. Так, например, при вступлении на престол его предшественника последний начал с того, что отравил всех своих родственников мужского пола, приглашенных на пир, с весьма понятной целью, чтобы они впоследствии не отравили его.

   — Берег черного дерева · книга
2. «

   Великий жрец Майякомбо просто хочет освободиться не только от своих ближайших врагов, но и от всех тех, чья приближенность к королю может оказаться опасной для него. Вот он и хочет направить на них гнев толпы и расправиться с ними как с колдунами.

   Великий жрец Майякомбо просто хочет освободиться не только от своих ближайших врагов, но и от всех тех, чья приближенность к королю может оказаться опасной для него. Вот он и хочет направить на них гнев толпы и расправиться с ними как с колдунами.

   — Лаеннек · книга
3. «

   Характерно, что каждая часть света дает человеку растение, составляющее главную основу его питания. Так, Азия имеет рис, Европа — пшеницу, Северная и Южная Америка — картофель, маис и маниок, Западная и Южная Африка — различные сорта проса, сорго и маниок. Точно так же, как растения приспосабливаются к климату, в котором они развиваются, человек должен всегда питаться продуктами той страны, где он живет, и, таким образом, пребывать в постоянной гармонии с природой родного края. Не напрасно сочетание почвы и солнечного тепла дает питательную силу тому или другому растению, и человеку следует только преклоняться перед мудростью природы.

   Характерно, что каждая часть света дает человеку растение, составляющее главную основу его питания. Так, Азия имеет рис, Европа — пшеницу, Северная и Южная Америка — картофель, маис и маниок, Западная и Южная Африка — различные сорта проса, сорго и маниок. Точно так же, как растения приспосабливаются к климату, в котором они развиваются, человек должен всегда питаться продуктами той страны, где он живет, и, таким образом, пребывать в постоянной гармонии с природой родного края. Не напрасно сочетание почвы и солнечного тепла дает питательную силу тому или другому растению, и человеку следует только преклоняться перед мудростью природы.

   — Гиллуа · книга
4. «

   Буану я спасу или умру, потому что у меня перед ней самый святой долг — долг благодарности!

   Буану я спасу или умру, потому что у меня перед ней самый святой долг — долг благодарности!

   — Лаеннек · книга
5. «

   Когда-нибудь, Вселенная, живущая только вечным движением, поднимет из своих вод новые материки, затопит старые, и люди, спасшиеся от этого всемирного потопа, будут продолжать человеческий род на новой и плодородной земле.

   Когда-нибудь, Вселенная, живущая только вечным движением, поднимет из своих вод новые материки, затопит старые, и люди, спасшиеся от этого всемирного потопа, будут продолжать человеческий род на новой и плодородной земле.

   — Гиллуа · книга
6. «

   Семейство Ронтонаков представляло собой маленькое государство, имеющее своего короля, своих министров, свой совещательный комитет для проведения наиболее важных операций, свою администрацию, своих чиновников, своих слуг, своих солдат и свой флот.

   Семейство Ронтонаков представляло собой маленькое государство, имеющее своего короля, своих министров, свой совещательный комитет для проведения наиболее важных операций, свою администрацию, своих чиновников, своих слуг, своих солдат и свой флот.

   — Берег черного дерева · книга
7. «

   Они и не подозревали, до какой степени изменила бывшего бретонского моряка жизнь на лоне природы и какое удивительное чувство собственного достоинства дала ему истинная свобода.

   Они и не подозревали, до какой степени изменила бывшего бретонского моряка жизнь на лоне природы и какое удивительное чувство собственного достоинства дала ему истинная свобода.

   — Берег слоновой кости · книга
8. «

   Какую бы цену ни заплатили бы за молчание, всегда найдется кто-нибудь, кто предаст вас.

   Какую бы цену ни заплатили бы за молчание, всегда найдется кто-нибудь, кто предаст вас.

   — Эль-Темин · книга
9. «

   Нельзя отделять от земли существа, живущие н ней и под ней, писать их историю в отрыве от истории земного шара, забывая о продуктах их питания, о широтах, в которых они селятся, о составе почвы, на которой проживают, о компонентах воздуха, которым дышат на экваторе и на полюсах, и наконец, о климате, который свойственен местам их проживания. Не учитывать все эти моменты значит и игнорировать науку о рациональном устройстве жизни на нашей планете.

   Нельзя отделять от земли существа, живущие н ней и под ней, писать их историю в отрыве от истории земного шара, забывая о продуктах их питания, о широтах, в которых они селятся, о составе почвы, на которой проживают, о компонентах воздуха, которым дышат на экваторе и на полюсах, и наконец, о климате, который свойственен местам их проживания. Не учитывать все эти моменты значит и игнорировать науку о рациональном устройстве жизни на нашей планете.

   — Барте · книга
10. «

    Человек, торгующий неграми, — настоящий преступник, который находится на волоске от виселицы.

    Человек, торгующий неграми, — настоящий преступник, который находится на волоске от виселицы.

    — Верже · книга
11. «

    У моряков существует высокое понятие о чести.

    У моряков существует высокое понятие о чести.

    — Ле-Ноэль · книга
12. «

    Ни страх, ни двери, ни запоры, ни чёрные евнухи с саблями в руках не могут удержать женщину, которая любит или просто хочет удовлетворить свой каприз.

    Ни страх, ни двери, ни запоры, ни чёрные евнухи с саблями в руках не могут удержать женщину, которая любит или просто хочет удовлетворить свой каприз.

    — Факиры-очарователи · книга
13. «

    Преждевременная смерть отца сделала его одиноким и оставила без всяких средств к существованию. Одаренный мужественным характером, он, не колеблясь, оставил все мечты о блистательном будущем. Он был не из тех, кто заливает свое горе в кабаке, а затем кончает жизнь на больничной койке. Как раз в это время проходили экзамены в морском министерстве по набору чиновников в колониальный комиссариат. Он явился на экзамены, выдержал их блестяще и был назначен в Габон.

    Преждевременная смерть отца сделала его одиноким и оставила без всяких средств к существованию. Одаренный мужественным характером, он, не колеблясь, оставил все мечты о блистательном будущем. Он был не из тех, кто заливает свое горе в кабаке, а затем кончает жизнь на больничной койке. Как раз в это время проходили экзамены в морском министерстве по набору чиновников в колониальный комиссариат. Он явился на экзамены, выдержал их блестяще и был назначен в Габон.

    — Берег черного дерева · книга
14. «

    В нем, в истинном американце, от французского происхождения остались только быстрая сообразительность, некоторая щеголеватость в наружности и изысканность в обращении. Ле-Ноэль верил только в силу и умение утвердиться в обществе.

    В нем, в истинном американце, от французского происхождения остались только быстрая сообразительность, некоторая щеголеватость в наружности и изысканность в обращении. Ле-Ноэль верил только в силу и умение утвердиться в обществе.

    — Берег черного дерева · книга
15. «

    Гобби, как государь и наместник Бога на земле, имел полное право продавать своих подданных за тафию, каски пожарных и другие мелочи, потому что подданные были его собственностью, его имуществом, и потому что, в силу божественного дара, ему дано право употреблять власть над подданными, не имеющими счастья быть избранниками Марамбы.

    Гобби, как государь и наместник Бога на земле, имел полное право продавать своих подданных за тафию, каски пожарных и другие мелочи, потому что подданные были его собственностью, его имуществом, и потому что, в силу божественного дара, ему дано право употреблять власть над подданными, не имеющими счастья быть избранниками Марамбы.

    — Берег черного дерева · книга
16. «

    Смерть — это избавление от всех бед. Надо ее сперва заслужить.

    Смерть — это избавление от всех бед. Надо ее сперва заслужить.

    — Гуттор · книга
17. «

    В пустыне или в девственных лесах никогда не надо пропускать ни одного события, как бы ни было оно незначительно, полностью не разобравшись в нем. Здесь все имеет важное значение и почти всегда служит предостережением. Любая тайна должна быть разгадана, если ты не желаешь умереть.

    В пустыне или в девственных лесах никогда не надо пропускать ни одного события, как бы ни было оно незначительно, полностью не разобравшись в нем. Здесь все имеет важное значение и почти всегда служит предостережением. Любая тайна должна быть разгадана, если ты не желаешь умереть.

    — Лаеннек · книга
18. «

    Я никогда не мог понять, господа, какие причины побуждают некоторых людей, любимых и уважаемых в своей стране, покидать свои семьи, своих друзей, чтобы путешествовать в этих ужасных странах, где по большей части они трагически гибнут, пожираемые хищными зверями или от рук какой-нибудь дикой орды.

    Я никогда не мог понять, господа, какие причины побуждают некоторых людей, любимых и уважаемых в своей стране, покидать свои семьи, своих друзей, чтобы путешествовать в этих ужасных странах, где по большей части они трагически гибнут, пожираемые хищными зверями или от рук какой-нибудь дикой орды.

    — Лаеннек · книга
19. «

    Имея в своем распоряжении миллионы, еврейские купцы выдают себя за бедняков, иначе султан обременит их налогами.

    Имея в своем распоряжении миллионы, еврейские купцы выдают себя за бедняков, иначе султан обременит их налогами.

    — Эль-Темин · книга
20. «

    У фанов есть весьма любопытный обычай, существовавший у первых поселенцев Азии: каждый должник, который не может отдать долг, каждый, кто обвиняется в колдовстве или прелюбодеянии, каждый, кто восстает против власти, продается в неволю.

    У фанов есть весьма любопытный обычай, существовавший у первых поселенцев Азии: каждый должник, который не может отдать долг, каждый, кто обвиняется в колдовстве или прелюбодеянии, каждый, кто восстает против власти, продается в неволю.

    — Лаеннек · книга