Луи Жаколио: 36 высказываний о главном

Ниже 36 цитат Луи Жаколио — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Вид парижского суетливого общества, торопящегося наслаждаться, которое топчет ногами нищету, порождаемую им самим, — эта жизнь, сотканная из шелка для одних из страданий для других, излечила меня от желания жить в Европе...

   Вид парижского суетливого общества, торопящегося наслаждаться, которое топчет ногами нищету, порождаемую им самим, — эта жизнь, сотканная из шелка для одних из страданий для других, излечила меня от желания жить в Европе...

   — Эль-Темин · книга
2. «

   Так все устроено на свете: надо заставить молчать сердце, чтобы выполнить долг.

   Так все устроено на свете: надо заставить молчать сердце, чтобы выполнить долг.

   — Лаеннек · книга
3. «

   Наш мир во всем удивительно взаимосвязан и частную жизнь нельзя изучать независимо от всего живого на Земле.

   Наш мир во всем удивительно взаимосвязан и частную жизнь нельзя изучать независимо от всего живого на Земле.

   — Барте · книга
4. «

   Сознаюсь, что я почувствовал невольный ужас, когда в первый раз увидел горилл. Они удивительно похожи на людей, обросших волосами. Гориллы издают ни на что не похожие, приводящие в ужас звуки. Ничто в мире н может сравниться с этим голосом, похожим на громовые раскаты.

   Сознаюсь, что я почувствовал невольный ужас, когда в первый раз увидел горилл. Они удивительно похожи на людей, обросших волосами. Гориллы издают ни на что не похожие, приводящие в ужас звуки. Ничто в мире н может сравниться с этим голосом, похожим на громовые раскаты.

   — Дю-Шалью · книга
5. «

   В этих ужасных местах никогда не теряешь времени зря, когда все тщательно взвешиваешь. Неоправданная поспешность всегда очень опасна.

   В этих ужасных местах никогда не теряешь времени зря, когда все тщательно взвешиваешь. Неоправданная поспешность всегда очень опасна.

   — Лаеннек · книга
6. «

   Преждевременная смерть отца сделала его одиноким и оставила без всяких средств к существованию. Одаренный мужественным характером, он, не колеблясь, оставил все мечты о блистательном будущем. Он был не из тех, кто заливает свое горе в кабаке, а затем кончает жизнь на больничной койке. Как раз в это время проходили экзамены в морском министерстве по набору чиновников в колониальный комиссариат. Он явился на экзамены, выдержал их блестяще и был назначен в Габон.

   Преждевременная смерть отца сделала его одиноким и оставила без всяких средств к существованию. Одаренный мужественным характером, он, не колеблясь, оставил все мечты о блистательном будущем. Он был не из тех, кто заливает свое горе в кабаке, а затем кончает жизнь на больничной койке. Как раз в это время проходили экзамены в морском министерстве по набору чиновников в колониальный комиссариат. Он явился на экзамены, выдержал их блестяще и был назначен в Габон.

   — Берег черного дерева · книга
7. «

   Семейство Ронтонаков представляло собой маленькое государство, имеющее своего короля, своих министров, свой совещательный комитет для проведения наиболее важных операций, свою администрацию, своих чиновников, своих слуг, своих солдат и свой флот.

   Семейство Ронтонаков представляло собой маленькое государство, имеющее своего короля, своих министров, свой совещательный комитет для проведения наиболее важных операций, свою администрацию, своих чиновников, своих слуг, своих солдат и свой флот.

   — Берег черного дерева · книга
8. «

   Право измеряется только количеством силы, и каждый имеет право на то, что в его силах взять...

   Право измеряется только количеством силы, и каждый имеет право на то, что в его силах взять...

   — Ле-Ноэль · книга
9. «

   Ни страх, ни двери, ни запоры, ни чёрные евнухи с саблями в руках не могут удержать женщину, которая любит или просто хочет удовлетворить свой каприз.

   Ни страх, ни двери, ни запоры, ни чёрные евнухи с саблями в руках не могут удержать женщину, которая любит или просто хочет удовлетворить свой каприз.

   — Факиры-очарователи · книга
10. «

    Имея в своем распоряжении миллионы, еврейские купцы выдают себя за бедняков, иначе султан обременит их налогами.

    Имея в своем распоряжении миллионы, еврейские купцы выдают себя за бедняков, иначе султан обременит их налогами.

    — Эль-Темин · книга
11. «

    Какую бы цену ни заплатили бы за молчание, всегда найдется кто-нибудь, кто предаст вас.

    Какую бы цену ни заплатили бы за молчание, всегда найдется кто-нибудь, кто предаст вас.

    — Эль-Темин · книга
12. «

    Гобби, как государь и наместник Бога на земле, имел полное право продавать своих подданных за тафию, каски пожарных и другие мелочи, потому что подданные были его собственностью, его имуществом, и потому что, в силу божественного дара, ему дано право употреблять власть над подданными, не имеющими счастья быть избранниками Марамбы.

    Гобби, как государь и наместник Бога на земле, имел полное право продавать своих подданных за тафию, каски пожарных и другие мелочи, потому что подданные были его собственностью, его имуществом, и потому что, в силу божественного дара, ему дано право употреблять власть над подданными, не имеющими счастья быть избранниками Марамбы.

    — Берег черного дерева · книга
13. «

    Еще не рассвело... Париж финансов, торговли, искусств, Париж счастливцев отдыхал под шелковыми пологами. Париж труда и страданий просыпался для ежедневной работы. Не из центра шло движение — центр в те предутренние часы походил на обширную усыпальницу. Жизнь закипела в предместьях, и кто, подобно Асмодею, мог бы зависнуть на минуту над огромным городом, — тот сосчитал бы тысячи следов, оставленных н снегу толпой рабочих и ремесленников, стремившихся в мастерские, на верфи и заводы.

    Еще не рассвело... Париж финансов, торговли, искусств, Париж счастливцев отдыхал под шелковыми пологами. Париж труда и страданий просыпался для ежедневной работы. Не из центра шло движение — центр в те предутренние часы походил на обширную усыпальницу. Жизнь закипела в предместьях, и кто, подобно Асмодею, мог бы зависнуть на минуту над огромным городом, — тот сосчитал бы тысячи следов, оставленных н снегу толпой рабочих и ремесленников, стремившихся в мастерские, на верфи и заводы.

    — Песчаный город · книга
14. «

    Человек, в интересах своей безопасности вынужден уважать образ жизни, религию и культуру народов посещаемых им стран.

    Человек, в интересах своей безопасности вынужден уважать образ жизни, религию и культуру народов посещаемых им стран.

    — Гиллуа · книга
15. «

    Получить то, чего желаешь, преуспеть в том, что предпринимаешь, — другой цели в жизни нет. При этом хороши все средства. Путешественник, достигнув цели своего путешествия, всегда забывает, каким был его путь.

    Получить то, чего желаешь, преуспеть в том, что предпринимаешь, — другой цели в жизни нет. При этом хороши все средства. Путешественник, достигнув цели своего путешествия, всегда забывает, каким был его путь.

    — Ле-Ноэль · книга
16. «

    У моряков существует высокое понятие о чести.

    У моряков существует высокое понятие о чести.

    — Ле-Ноэль · книга
17. «

    Буану я спасу или умру, потому что у меня перед ней самый святой долг — долг благодарности!

    Буану я спасу или умру, потому что у меня перед ней самый святой долг — долг благодарности!

    — Лаеннек · книга
18. «

    Мусульманская религия, помимо нравов ее адептов, носит печать величия в своей холодной простоте. Она говорит каждому правоверному: «Я не хочу алтарей, не хочу образов. Каждая человеческая совесть может прямо говорить с Богом; сам будь своим священником, и пусть твое сердце будет алтарем, достойным Всевышнего».

    Мусульманская религия, помимо нравов ее адептов, носит печать величия в своей холодной простоте. Она говорит каждому правоверному: «Я не хочу алтарей, не хочу образов. Каждая человеческая совесть может прямо говорить с Богом; сам будь своим священником, и пусть твое сердце будет алтарем, достойным Всевышнего».

    — Песчаный город · книга
19. «

    В нем, в истинном американце, от французского происхождения остались только быстрая сообразительность, некоторая щеголеватость в наружности и изысканность в обращении. Ле-Ноэль верил только в силу и умение утвердиться в обществе.

    В нем, в истинном американце, от французского происхождения остались только быстрая сообразительность, некоторая щеголеватость в наружности и изысканность в обращении. Ле-Ноэль верил только в силу и умение утвердиться в обществе.

    — Берег черного дерева · книга
20. «

    У фанов есть весьма любопытный обычай, существовавший у первых поселенцев Азии: каждый должник, который не может отдать долг, каждый, кто обвиняется в колдовстве или прелюбодеянии, каждый, кто восстает против власти, продается в неволю.

    У фанов есть весьма любопытный обычай, существовавший у первых поселенцев Азии: каждый должник, который не может отдать долг, каждый, кто обвиняется в колдовстве или прелюбодеянии, каждый, кто восстает против власти, продается в неволю.

    — Лаеннек · книга