44 цитаты Осипа Мандельштама — читать онлайн

Ниже 44 цитаты Осипа Мандельштама — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   И, словно преступленье, Меня к тебе влечет Искусанный в смятеньи Вишневый нежный рот...

   И, словно преступленье, Меня к тебе влечет Искусанный в смятеньи Вишневый нежный рот...
2. «

   Из омута злого и вязкого Я вырос, тростинкой шурша, И страстно, и томно, и ласково Запретною жизнью дыша.

   Из омута злого и вязкого Я вырос, тростинкой шурша, И страстно, и томно, и ласково Запретною жизнью дыша.
3. «

   Что музыка нежных Моих славословий И волны любови В напевах мятежных,

   Что музыка нежных Моих славословий И волны любови В напевах мятежных,
4. «

   Для женщин воск, что для мужчины медь. Нам только в битвах выпадает жребий, А им дано гадая умереть.

   Для женщин воск, что для мужчины медь. Нам только в битвах выпадает жребий, А им дано гадая умереть.
5. «

   И странно: мне любо сознанье, Что я не умею дышать; Туманное очарованье И таинство есть — умирать...

   И странно: мне любо сознанье, Что я не умею дышать; Туманное очарованье И таинство есть — умирать...
6. «

   Я вернулся в мой город, знакомый до слез, До прожилок, до детских припухлых желез.

   Я вернулся в мой город, знакомый до слез, До прожилок, до детских припухлых желез.
7. «

   Я в сердце века — путь неясен, А время удаляет цель: И посоха усталый ясень, И меди нищенскую цвель.

   Я в сердце века — путь неясен, А время удаляет цель: И посоха усталый ясень, И меди нищенскую цвель.
8. «

   Культура стала военным лагерем: у нас не еда, а трапеза; не комната, а келья; не одежда, а одеяние. Наконец мы обрели внутреннюю свободу, настоящее внутреннее веселье. Воду в глиняных кувшинах пьем как вино, и солнцу больше нравится в монастырской столовой, чем в ресторане. Яблоки, хлеб, картофель — отныне утоляют не только физический, но и духовный голод. Современник не знает только физического голода, только духовной пищи. Для него и слово — плоть, и простой хлеб — веселье и тайна.

   Культура стала военным лагерем: у нас не еда, а трапеза; не комната, а келья; не одежда, а одеяние. Наконец мы обрели внутреннюю свободу, настоящее внутреннее веселье. Воду в глиняных кувшинах пьем как вино, и солнцу больше нравится в монастырской столовой, чем в ресторане. Яблоки, хлеб, картофель — отныне утоляют не только физический, но и духовный голод. Современник не знает только физического голода, только духовной пищи. Для него и слово — плоть, и простой хлеб — веселье и тайна.

   — Слово и культура · книга
9. «

   Сусальным золотом горят В лесах рождественские елки, В кустах игрушечные волки Глазами страшными глядят.

   Сусальным золотом горят В лесах рождественские елки, В кустах игрушечные волки Глазами страшными глядят.
10. «

    Вот что-то громадное по лестнице идет, — это Маяковский.

    Вот что-то громадное по лестнице идет, — это Маяковский.
11. «

    Бессонница. Гомер. Тугие паруса. Я список кораблей прочёл до середины: Сей длинный выводок, сей поезд журавлиный, Что над Элладою когда-то поднялся.

    Бессонница. Гомер. Тугие паруса. Я список кораблей прочёл до середины: Сей длинный выводок, сей поезд журавлиный, Что над Элладою когда-то поднялся.
12. «

    Дано мне тело — что мне делать с ним, Таким единым и таким моим? За радость тихую дышать и жить Кого, скажите, мне благодарить?

    Дано мне тело — что мне делать с ним, Таким единым и таким моим? За радость тихую дышать и жить Кого, скажите, мне благодарить?
13. «

    Рояль — это умный и добрый комнатный зверь с волокнистым деревянным мясом, золотыми жилами и всегда воспаленной костью. Мы берегли его от простуды, кормили легкими, как спаржа сонатинами...

    Рояль — это умный и добрый комнатный зверь с волокнистым деревянным мясом, золотыми жилами и всегда воспаленной костью. Мы берегли его от простуды, кормили легкими, как спаржа сонатинами...

    — Египетская марка · книга
14. «

    Что если над медной лавкою, Мерцающая всегда Мне в сердце длинной булавкою Опустится вдруг звезда?

    Что если над медной лавкою, Мерцающая всегда Мне в сердце длинной булавкою Опустится вдруг звезда?
15. «

    За то, что я руки твои не сумел удержать, За то, что я предал солёные нежные губы.

    За то, что я руки твои не сумел удержать, За то, что я предал солёные нежные губы.
16. «

    Поэзия — это сознание своей правоты.

    Поэзия — это сознание своей правоты.
17. «

    Люблю зубных врачей за их любовь к искусству, за широкий горизонт, за идейную терпимость. Люблю, грешный человек, жужжание бормашины — этой бедной земной сестры аэроплана, — тоже сверлящего борчиком лазурь.

    Люблю зубных врачей за их любовь к искусству, за широкий горизонт, за идейную терпимость. Люблю, грешный человек, жужжание бормашины — этой бедной земной сестры аэроплана, — тоже сверлящего борчиком лазурь.

    — Египетская марка · книга
18. «

    Разлука — младшая сестра смерти. Для того, кто уважает резоны судьбы, — есть в проводах зловеще-свадебное оживление.

    Разлука — младшая сестра смерти. Для того, кто уважает резоны судьбы, — есть в проводах зловеще-свадебное оживление.

    — Путешествие в Армению · книга
19. «

    От вторника и до субботы Одна пустыня пролегла. О, длительные перелеты! Семь тысяч верст — одна стрела.

    От вторника и до субботы Одна пустыня пролегла. О, длительные перелеты! Семь тысяч верст — одна стрела.
20. «

    Там — я любить не мог, Здесь — я любить боюсь...

    Там — я любить не мог, Здесь — я любить боюсь...