174 фразы Сергея Александровича Михеева для статуса

Сергей Александрович Михеев — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 174 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Жизнь она такая, многогранная. Никто, конечно, не отменял борьбу за благосостояние и достаток, но есть что-то важнее этого и всё, что было во время войны — это пример священного самопожертвования. Без самопожертвования ничего хорошего в этом мире не происходит. Что-то действительно настоящее в жизни всегда происходит на фоне некого самопожертвования. Настоящее открытие — это самопожертвование учёных. Подвиг на войне — самопожертвование солдат. Крепкая семья — это самопожертвование супругов своими интересами, в том числе, потому что без самопожертвования вообще не бывает ничего.

   Жизнь она такая, многогранная. Никто, конечно, не отменял борьбу за благосостояние и достаток, но есть что-то важнее этого и всё, что было во время войны — это пример священного самопожертвования. Без самопожертвования ничего хорошего в этом мире не происходит. Что-то действительно настоящее в жизни всегда происходит на фоне некого самопожертвования. Настоящее открытие — это самопожертвование учёных. Подвиг на войне — самопожертвование солдат. Крепкая семья — это самопожертвование супругов своими интересами, в том числе, потому что без самопожертвования вообще не бывает ничего.
2. «

   «Я же против воровства борюсь!» Это хорошо? Хорошо! А то, что ваше лекарство может оказаться хуже болезни... Которое просто убивает организм... Это всё ерунда, потому что главное мне доказать собственную правоту, во чтобы-то ни стало. <...> Конечно, коррупция — это плохо. Есть факты? Проверять! Несомненно! В том числе и предавая огласке. Но надо понимать, что чего стоит. <...> Стоит ли это внедрения ненависти к собственной стране? Стоит ли это разрушения собственной страны или не стоит? Если вы это поймёте, если будете считать, что Родина для вас важнее, тогда вы и средства для борьбы с коррупцией будете выбирать соответствующие, щадящие.

   «Я же против воровства борюсь!» Это хорошо? Хорошо! А то, что ваше лекарство может оказаться хуже болезни... Которое просто убивает организм... Это всё ерунда, потому что главное мне доказать собственную правоту, во чтобы-то ни стало. <...> Конечно, коррупция — это плохо. Есть факты? Проверять! Несомненно! В том числе и предавая огласке. Но надо понимать, что чего стоит. <...> Стоит ли это внедрения ненависти к собственной стране? Стоит ли это разрушения собственной страны или не стоит? Если вы это поймёте, если будете считать, что Родина для вас важнее, тогда вы и средства для борьбы с коррупцией будете выбирать соответствующие, щадящие.
3. «

   Я не верю в стерильную жизнь. «Кто не курит и не пьёт, тот здоровеньким помрёт». «Мышцы качал, обливался водой — в гробу он лежал, как Арнольд молодой». Такие присказки всякие были... <...> Поэтому я, конечно, — за. Однозначно. С вирусом нужно бороться, но в разумных пределах.

   Я не верю в стерильную жизнь. «Кто не курит и не пьёт, тот здоровеньким помрёт». «Мышцы качал, обливался водой — в гробу он лежал, как Арнольд молодой». Такие присказки всякие были... <...> Поэтому я, конечно, — за. Однозначно. С вирусом нужно бороться, но в разумных пределах.
4. «

   Задолбали они с этими сигналами, вот как я думаю. Они всё время кому-то сигналят. Они всё время гудят во все стороны всем странам одновременно. <...> Их позиция неизменна. Они хотят от нас реальных уступок и отказа от собственных интересов в обмен на ничего не стоящие похвалы, улыбки и обещания, в обмен на семинары по демократии.

   Задолбали они с этими сигналами, вот как я думаю. Они всё время кому-то сигналят. Они всё время гудят во все стороны всем странам одновременно. <...> Их позиция неизменна. Они хотят от нас реальных уступок и отказа от собственных интересов в обмен на ничего не стоящие похвалы, улыбки и обещания, в обмен на семинары по демократии.
5. «

   Я, кстати, соглашусь с тем, что, вообще, конечно, у народа запрос на добро существует, но, к сожалению, часто это запрос на чужое добро.

   Я, кстати, соглашусь с тем, что, вообще, конечно, у народа запрос на добро существует, но, к сожалению, часто это запрос на чужое добро.
6. «

   Ностальгия по Советскому Союзу объясняется достаточно просто. Во-первых, есть ностальгия по молодости. Но в первую очередь это чувство обманутых ожиданий. У нашего поколения это выражается максимально. Большое количество людей в период перестройки имели массу надежд. А что было после этого — обманутые надежды и непонимание того, а куда же мы дальше движемся. Исчез пакет социальных гарантий, беспрецедентный в Советском Союзе. И исчезло чувство справедливости и солидарности. В Советском Союзе был невысокий уровень жизни, но разрыв был не очень большим. Когда было тяжело, чувствовали, что тяжело всем. Сейчас другая ситуация. Люди не чувствуют солидарности. Не чувствуют того, что в сердце россиянина отзывается как справедливость. Одним тяжело, а другим неплохо. И кто-то даже наваривает себе на этом неплохие дивиденды.

   Ностальгия по Советскому Союзу объясняется достаточно просто. Во-первых, есть ностальгия по молодости. Но в первую очередь это чувство обманутых ожиданий. У нашего поколения это выражается максимально. Большое количество людей в период перестройки имели массу надежд. А что было после этого — обманутые надежды и непонимание того, а куда же мы дальше движемся. Исчез пакет социальных гарантий, беспрецедентный в Советском Союзе. И исчезло чувство справедливости и солидарности. В Советском Союзе был невысокий уровень жизни, но разрыв был не очень большим. Когда было тяжело, чувствовали, что тяжело всем. Сейчас другая ситуация. Люди не чувствуют солидарности. Не чувствуют того, что в сердце россиянина отзывается как справедливость. Одним тяжело, а другим неплохо. И кто-то даже наваривает себе на этом неплохие дивиденды.
7. «

   Тупое недоумие... У нас очень много людей, которым лет уже много, а мозги у них как у подростков, понимаете? Вот эта такая глубинная духовная незрелость, абсолютное нежелание хоть что-нибудь понимать и, вообще, думать головой, оно в итоге убивает больше, чем все террористы вместе взятые. Посмотрите, сколько людей гибнет от «бытовухи» всевозможной... Посмотрите, сколько людей гибнет на дорогах. Осмыслите эти цифры — это десятки тысяч жизней. Десятки тысяч! <...> Десять лет войны в Афганистане унесли меньше жизней, чем у нас погибает на дорогах каждый год. Каждый год! И, спрашивается, что за шило у тебя в одном месте? <...> Это тоже к моему любимому вопросу о духовности... Если ничего нет в душе... Вот говорят — не надо вам, зачем вы... к чему вот эта церковь, религия? Зачем вы нам мозги компостируете? Мы люди материалистически настроенные... А вот материализм! Вот материалисту невозможно доказать, что человека убивать плохо! <...> С точки зрения материального нет ни плохого, ни хорошего. Есть только «выгодно» и «невыгодно». И больше ничего. Есть только — будет мне наказание или не будет мне наказание. <...> Морально-нравственные постулаты все корнями религиозные. <...> Если вы рассуждаете в категории «плохо» и «хорошо», в категории «добро» и «зло», то это уже не материализм и уже не атеизм, даже если вы считаете себя атеистом, значит вы плохо разбираетесь, что это такое.

   Тупое недоумие... У нас очень много людей, которым лет уже много, а мозги у них как у подростков, понимаете? Вот эта такая глубинная духовная незрелость, абсолютное нежелание хоть что-нибудь понимать и, вообще, думать головой, оно в итоге убивает больше, чем все террористы вместе взятые. Посмотрите, сколько людей гибнет от «бытовухи» всевозможной... Посмотрите, сколько людей гибнет на дорогах. Осмыслите эти цифры — это десятки тысяч жизней. Десятки тысяч! <...> Десять лет войны в Афганистане унесли меньше жизней, чем у нас погибает на дорогах каждый год. Каждый год! И, спрашивается, что за шило у тебя в одном месте? <...> Это тоже к моему любимому вопросу о духовности... Если ничего нет в душе... Вот говорят — не надо вам, зачем вы... к чему вот эта церковь, религия? Зачем вы нам мозги компостируете? Мы люди материалистически настроенные... А вот материализм! Вот материалисту невозможно доказать, что человека убивать плохо! <...> С точки зрения материального нет ни плохого, ни хорошего. Есть только «выгодно» и «невыгодно». И больше ничего. Есть только — будет мне наказание или не будет мне наказание. <...> Морально-нравственные постулаты все корнями религиозные. <...> Если вы рассуждаете в категории «плохо» и «хорошо», в категории «добро» и «зло», то это уже не материализм и уже не атеизм, даже если вы считаете себя атеистом, значит вы плохо разбираетесь, что это такое.
8. «

   По поводу той группы с 18 до 24 лет, которая показывает рост симпатий к СССР. Для них это уже легенда. Ни одно общество без мифов жить не может. Этот миф основывается на воспоминаниях живых людей и на фактах (исчезновение справедливости). Сравнивая это с сегодняшним днем, и с непонятной перспективой, у молодежи возникает ощущение нехватки позитивного образа будущего.

   По поводу той группы с 18 до 24 лет, которая показывает рост симпатий к СССР. Для них это уже легенда. Ни одно общество без мифов жить не может. Этот миф основывается на воспоминаниях живых людей и на фактах (исчезновение справедливости). Сравнивая это с сегодняшним днем, и с непонятной перспективой, у молодежи возникает ощущение нехватки позитивного образа будущего.
9. «

   У нас нет конфликта с США, нету! Это у США есть конфликт с нами, потому что мы, как раз, являемся проблемой в построении их концепции однополярного мира. А у нас конфликта с США нет! Мы не собираемся уничтожать США, мы просто хотим иметь такую маленькую возможность!

   У нас нет конфликта с США, нету! Это у США есть конфликт с нами, потому что мы, как раз, являемся проблемой в построении их концепции однополярного мира. А у нас конфликта с США нет! Мы не собираемся уничтожать США, мы просто хотим иметь такую маленькую возможность!
10. «

    По поводу ценностей. Эта дискуссия в политологических терминах навязана извне. Разговор о ценностях — изобретение второй половины XX века. Это изобретение западной политической философии, которая обеспечивала идеологический аппарат для обоснования экспансии в другие страны. Ценности, которые декларирует запад, к ощущениям людей никакого отношения не имеют. Ценности — это их способ понимания добра и зла. При этом вещи, называемые одинаково, в разных культурах и цивилизациях могут иметь разные значения и по-разному восприниматься людьми. В России базовый культурный фундамент для понимания того, что такое хорошо и что такое плохо, заложен православной культурой. Независимо от того, верите вы в это или не верите. — У нас какие ценности? Понятие добра и зла. Что нас отличает? Что для нас является абсолютным, важным непреложным добром, который определяет наш характер? — Для нас коллективное восприятие действительности, не индивидуалистическое восприятие жизни, не замкнутость конкретно в своем интересе является более превалирующей ценностью, чем для западного мира. На западе понимание честности, добра, успеха — другое. Хотя слова вроде бы те же. Для нас, например, если дал слово — его сдержать, даже если условия изменились и стало это делать невыгодно. На западе это не принято.

    По поводу ценностей. Эта дискуссия в политологических терминах навязана извне. Разговор о ценностях — изобретение второй половины XX века. Это изобретение западной политической философии, которая обеспечивала идеологический аппарат для обоснования экспансии в другие страны. Ценности, которые декларирует запад, к ощущениям людей никакого отношения не имеют. Ценности — это их способ понимания добра и зла. При этом вещи, называемые одинаково, в разных культурах и цивилизациях могут иметь разные значения и по-разному восприниматься людьми. В России базовый культурный фундамент для понимания того, что такое хорошо и что такое плохо, заложен православной культурой. Независимо от того, верите вы в это или не верите. — У нас какие ценности? Понятие добра и зла. Что нас отличает? Что для нас является абсолютным, важным непреложным добром, который определяет наш характер? — Для нас коллективное восприятие действительности, не индивидуалистическое восприятие жизни, не замкнутость конкретно в своем интересе является более превалирующей ценностью, чем для западного мира. На западе понимание честности, добра, успеха — другое. Хотя слова вроде бы те же. Для нас, например, если дал слово — его сдержать, даже если условия изменились и стало это делать невыгодно. На западе это не принято.
11. «

    Переведя на язык политики пророчества Библии, мы увидим простую вещь. Идут процессы, подталкивающие мир к переходу на наднациональный уровень управления. Спрашивали: для чего нужны эти войны? А я вам объясню. Например, мы видели, как эта инфекция — действительна загадочна и непонятна, но манипуляции вокруг неё, на мой взгляд, превысили уровень опасности в разы. И главный итог этих манипуляций — подталкивание мира к тому, что национальные суверенитеты больше существовать не должны. И что нужно передавать власть на наднациональный уровень.

    Переведя на язык политики пророчества Библии, мы увидим простую вещь. Идут процессы, подталкивающие мир к переходу на наднациональный уровень управления. Спрашивали: для чего нужны эти войны? А я вам объясню. Например, мы видели, как эта инфекция — действительна загадочна и непонятна, но манипуляции вокруг неё, на мой взгляд, превысили уровень опасности в разы. И главный итог этих манипуляций — подталкивание мира к тому, что национальные суверенитеты больше существовать не должны. И что нужно передавать власть на наднациональный уровень.
12. «

    Как говорили в армии: «Работа — это не когда что-то делается, а когда всем тяжело».

    Как говорили в армии: «Работа — это не когда что-то делается, а когда всем тяжело».
13. «

    Что касается коррупции, конечно, с ней надо бороться! Конечно, с ней надо бороться! К сожалению, борьба с коррупцией стала новым, модным способом ненавидеть собственную Родину. Борьба с коррупцией стала модным способом ненавидеть Россию. Вот в чём главное дело. И, типа, — не придерёшься. Я, типа, — «за всё хорошее». А в реальности — «ненавижу эту страну, хочу её уничтожить, размазать, а буду лапшу вешать на уши, что я — за всё хорошее». Вот что важно. Вот это важно понимать. Берегите Родину — мать вашу! А вот эти люди говорят, что не надо её беречь, ведь есть же коррупция, главное её побороть. А если Родины не станет после этого — ну и хрен с ней, с этой Родиной. Ведь мы же против коррупции! Родина-то была плохая! Мы сейчас новую Родину сделаем!

    Что касается коррупции, конечно, с ней надо бороться! Конечно, с ней надо бороться! К сожалению, борьба с коррупцией стала новым, модным способом ненавидеть собственную Родину. Борьба с коррупцией стала модным способом ненавидеть Россию. Вот в чём главное дело. И, типа, — не придерёшься. Я, типа, — «за всё хорошее». А в реальности — «ненавижу эту страну, хочу её уничтожить, размазать, а буду лапшу вешать на уши, что я — за всё хорошее». Вот что важно. Вот это важно понимать. Берегите Родину — мать вашу! А вот эти люди говорят, что не надо её беречь, ведь есть же коррупция, главное её побороть. А если Родины не станет после этого — ну и хрен с ней, с этой Родиной. Ведь мы же против коррупции! Родина-то была плохая! Мы сейчас новую Родину сделаем!
14. «

    Что касается этих исторических экскурсов в прошлое, когда Болгария держала нейтралитет в отношении Германии, была союзницей Османской империи в какой-то момент, а это и тогда называлось предательством! Это и тогда называлось предательством! У предательства нет срока давности. Это и тогда тоже было предательством и больше ничем! Это не называется — потерять друзей. Вы говорите — «Россия теряет друзей»... Предатель не был вашим другом, понимаете, если он вас предал, он другом никогда не был! На самом деле, нынешний пропуск в европейскую западную цивилизацию — это предать! Вот предать — это и означает стать европейцем в значительной степени. И собственную историю, и своих друзей, и свои ценности. И не зря господин Багдасаров, между прочим, здесь упомянул содомитов*, хотя в другом контексте... В этом и есть предательство, чтобы за айфон, за то, что тебе дадут, встать в любую позу, чтобы тебя поимели так, как им нравится! Это и есть новые европейские ценности!

    Что касается этих исторических экскурсов в прошлое, когда Болгария держала нейтралитет в отношении Германии, была союзницей Османской империи в какой-то момент, а это и тогда называлось предательством! Это и тогда называлось предательством! У предательства нет срока давности. Это и тогда тоже было предательством и больше ничем! Это не называется — потерять друзей. Вы говорите — «Россия теряет друзей»... Предатель не был вашим другом, понимаете, если он вас предал, он другом никогда не был! На самом деле, нынешний пропуск в европейскую западную цивилизацию — это предать! Вот предать — это и означает стать европейцем в значительной степени. И собственную историю, и своих друзей, и свои ценности. И не зря господин Багдасаров, между прочим, здесь упомянул содомитов*, хотя в другом контексте... В этом и есть предательство, чтобы за айфон, за то, что тебе дадут, встать в любую позу, чтобы тебя поимели так, как им нравится! Это и есть новые европейские ценности!
15. «

    Говорят, что телевизор — это «зомбоящик». Я, кстати, с этим не вполне согласен, я считаю, что интернет — не меньший «зомбоящик», просто более хитрый.

    Говорят, что телевизор — это «зомбоящик». Я, кстати, с этим не вполне согласен, я считаю, что интернет — не меньший «зомбоящик», просто более хитрый.
16. «

    Наказание должно быть по закону. Это совершенно очевидный и страшный пример того, как всякая белиберда, суета задуряют мозги людям, и они перестают понимать, что важно, а что неважно. Вся эта чушь в телефоне — это неважно по сравнению с жизнью людей. А огромное количество людей живет в выдуманном для себя мире. В котором выдуманные приоритеты. Они живут иллюзиями. Это опять вопрос в первую очередь религиозный. Взрослый человек должен думать о том, что такое добро и зло. Что такое хорошо и плохо. Задавать вопросы о смысле жизни. Это и отличает взрослого человека от не взрослого. Что такого важного было в телефоне для этой девочки? Когда это стоило жизни двух детей. Это первое. Второе — о жизненных приоритетах. В 18 лет родители подарили ей машину. Зачем? И это опять про религию. Не тот хорошо воспитывает своего ребенка, кто разрешает все и поощряет все его желания. А тот, кто объяснит, что правильно, а что неправильно. Родитель должен дать ребенку морально-нравственный компас, который даст ему потом возможность идти по жизни. А не машину с телефоном, шмотки, деньги. Это всё вторично, суета. Родителям казалось, что они сделали хорошо своей девочке. А на самом деле они сломали ей жизнь. Это и есть субкультура потребления. Какие у 18-летней девочки могут быть дела, что без машины никак нельзя? Постоянная игра в шмотки заполняет пустоту.

    Наказание должно быть по закону. Это совершенно очевидный и страшный пример того, как всякая белиберда, суета задуряют мозги людям, и они перестают понимать, что важно, а что неважно. Вся эта чушь в телефоне — это неважно по сравнению с жизнью людей. А огромное количество людей живет в выдуманном для себя мире. В котором выдуманные приоритеты. Они живут иллюзиями. Это опять вопрос в первую очередь религиозный. Взрослый человек должен думать о том, что такое добро и зло. Что такое хорошо и плохо. Задавать вопросы о смысле жизни. Это и отличает взрослого человека от не взрослого. Что такого важного было в телефоне для этой девочки? Когда это стоило жизни двух детей. Это первое. Второе — о жизненных приоритетах. В 18 лет родители подарили ей машину. Зачем? И это опять про религию. Не тот хорошо воспитывает своего ребенка, кто разрешает все и поощряет все его желания. А тот, кто объяснит, что правильно, а что неправильно. Родитель должен дать ребенку морально-нравственный компас, который даст ему потом возможность идти по жизни. А не машину с телефоном, шмотки, деньги. Это всё вторично, суета. Родителям казалось, что они сделали хорошо своей девочке. А на самом деле они сломали ей жизнь. Это и есть субкультура потребления. Какие у 18-летней девочки могут быть дела, что без машины никак нельзя? Постоянная игра в шмотки заполняет пустоту.
17. «

    Вы знаете, у кого чаще всего возникает оптимизм? Он возникает у людей, западно ориентированных. У нас многие западники, которые говорят, что нужно с Западом договариваться, что-то услышали, какая-то синичка чирикнула, они: вот-вот, смотрите, надо пойти навстречу, надо слить то, слить это. Они уже готовы. Поэтому особого оптимизма и эйфории никто не испытывает.

    Вы знаете, у кого чаще всего возникает оптимизм? Он возникает у людей, западно ориентированных. У нас многие западники, которые говорят, что нужно с Западом договариваться, что-то услышали, какая-то синичка чирикнула, они: вот-вот, смотрите, надо пойти навстречу, надо слить то, слить это. Они уже готовы. Поэтому особого оптимизма и эйфории никто не испытывает.
18. «

    Это проблема больших городов. Люди вот всё стремятся приехать в большие города, им кажется, что здесь такая счастливая жизнь, здесь всё очень ярко... «Жизнь моя яркая, а сама доярка я...» И здесь много денег, огней, витрин... <...> А на самом-то деле, жизнь в большом мегаполисе — это достаточно стрессовая ситуация.

    Это проблема больших городов. Люди вот всё стремятся приехать в большие города, им кажется, что здесь такая счастливая жизнь, здесь всё очень ярко... «Жизнь моя яркая, а сама доярка я...» И здесь много денег, огней, витрин... <...> А на самом-то деле, жизнь в большом мегаполисе — это достаточно стрессовая ситуация.
19. «

    В нашей стране традиционно основные претензии людей к государству заключались в том, что оно, это государство, недостаточно сильно, например, в области социального обеспечения, социальной защиты, в области заботы о людях, построения экономики. А это все функции сильного государства. Так эти вещи понимает абсолютное большинство людей. А когда им говорят: вам надо пройти курс философских наук, мы сейчас вам объясним, что такое гражданское общество, а вот почитайте то, то и то... В гробу они это все видали. Я имею в виду гражданское общество, о котором страдают наши либералы.

    В нашей стране традиционно основные претензии людей к государству заключались в том, что оно, это государство, недостаточно сильно, например, в области социального обеспечения, социальной защиты, в области заботы о людях, построения экономики. А это все функции сильного государства. Так эти вещи понимает абсолютное большинство людей. А когда им говорят: вам надо пройти курс философских наук, мы сейчас вам объясним, что такое гражданское общество, а вот почитайте то, то и то... В гробу они это все видали. Я имею в виду гражданское общество, о котором страдают наши либералы.
20. «

    Я считаю, что, в общем, в нашем государстве, которое веками вынуждено прикладывать усилия для того, чтобы отражать агрессию, внешнюю агрессию со всех сторон (не только для того, чтобы процветать, развиваться, а просто для того, чтобы выживать), в нашем государстве, которое просто исторически родилось в битвах и тяжелом соперничестве с самыми разными силами (которые на нас, так сказать, давили и с востока, и с запада, и с юга, и откуда только не давили), в нашей стране роль армии и роль защитника Отечества (а именно День защитника Отечества 23 февраля мы и празднуем), она имеет исторически, имела всегда, и я думаю, что и должна в будущем иметь некую особую роль.

    Я считаю, что, в общем, в нашем государстве, которое веками вынуждено прикладывать усилия для того, чтобы отражать агрессию, внешнюю агрессию со всех сторон (не только для того, чтобы процветать, развиваться, а просто для того, чтобы выживать), в нашем государстве, которое просто исторически родилось в битвах и тяжелом соперничестве с самыми разными силами (которые на нас, так сказать, давили и с востока, и с запада, и с юга, и откуда только не давили), в нашей стране роль армии и роль защитника Отечества (а именно День защитника Отечества 23 февраля мы и празднуем), она имеет исторически, имела всегда, и я думаю, что и должна в будущем иметь некую особую роль.