238 известных цитат Сергея Александровича Михеева

Сергей Александрович Михеев — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 238 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — А вот за пятьдесят пять лет пилотируемой космонавтики у нас летали только четыре женщины в космос. — Ну, значит, есть причины... — Четыре! — Алла, Вы думаете это вопрос шовинизма мужского? — Конечно! А у американцев летало больше пятидесяти... — Ну и что, что они летали? Они их туда загрузили, они полетели, прилетели обратно... Всё равно, что Белка и Стрелка, там, Внучка и Жучка. — Ужас какой!

   — А вот за пятьдесят пять лет пилотируемой космонавтики у нас летали только четыре женщины в космос. — Ну, значит, есть причины... — Четыре! — Алла, Вы думаете это вопрос шовинизма мужского? — Конечно! А у американцев летало больше пятидесяти... — Ну и что, что они летали? Они их туда загрузили, они полетели, прилетели обратно... Всё равно, что Белка и Стрелка, там, Внучка и Жучка. — Ужас какой!
2. «

   Переведя на язык политики пророчества Библии, мы увидим простую вещь. Идут процессы, подталкивающие мир к переходу на наднациональный уровень управления. Спрашивали: для чего нужны эти войны? А я вам объясню. Например, мы видели, как эта инфекция — действительна загадочна и непонятна, но манипуляции вокруг неё, на мой взгляд, превысили уровень опасности в разы. И главный итог этих манипуляций — подталкивание мира к тому, что национальные суверенитеты больше существовать не должны. И что нужно передавать власть на наднациональный уровень.

   Переведя на язык политики пророчества Библии, мы увидим простую вещь. Идут процессы, подталкивающие мир к переходу на наднациональный уровень управления. Спрашивали: для чего нужны эти войны? А я вам объясню. Например, мы видели, как эта инфекция — действительна загадочна и непонятна, но манипуляции вокруг неё, на мой взгляд, превысили уровень опасности в разы. И главный итог этих манипуляций — подталкивание мира к тому, что национальные суверенитеты больше существовать не должны. И что нужно передавать власть на наднациональный уровень.
3. «

   Культура и цивилизация — являются системой ограничений и разрешений-запретов. А иначе все сводится к тотальному зоопарку. То, что этот зоопарк оснащен компьютерами, ничего не меняет.

   Культура и цивилизация — являются системой ограничений и разрешений-запретов. А иначе все сводится к тотальному зоопарку. То, что этот зоопарк оснащен компьютерами, ничего не меняет.
4. «

   Не хотите по-плохому? По-хорошему будет хуже!

   Не хотите по-плохому? По-хорошему будет хуже!
5. «

   К вопросу о будущем. Это даже не отношение к коррупции или воровству, это вопрос о будущем. Решается серьёзный вопрос. Или будущее — это суверенная и сильная Россия, причем независимо от того, какая фамилия будет президента России. Это будет не Путин, это будет кто-то другой. Вопрос в том, какую политику будет проводить Россия — внутри страны и за её пределами. Или это будет страна крайне недалеких и очень неумных и иногда откровенно развращенных людей, которые ни на какую самостоятельную политику ни внутри России, ни вне её не будут готовы. Вот за это идет борьба, а вовсе ни за какие свободы, идеалы, принципы. Принципов у них давно нет.

   К вопросу о будущем. Это даже не отношение к коррупции или воровству, это вопрос о будущем. Решается серьёзный вопрос. Или будущее — это суверенная и сильная Россия, причем независимо от того, какая фамилия будет президента России. Это будет не Путин, это будет кто-то другой. Вопрос в том, какую политику будет проводить Россия — внутри страны и за её пределами. Или это будет страна крайне недалеких и очень неумных и иногда откровенно развращенных людей, которые ни на какую самостоятельную политику ни внутри России, ни вне её не будут готовы. Вот за это идет борьба, а вовсе ни за какие свободы, идеалы, принципы. Принципов у них давно нет.
6. «

   Фигура Байдена олицетворяет такие вещи: с одной стороны Америка на пике своего могущества, а с другой стороны она внутренне пуста. У нее нет тех качеств, которые могли повести человечество куда-то вперед, поднять на другую ступень. Ведь они на это претендуют. А все скатывается к обычным вещам — борьба за ресурсы, за деньги, за влияние, за территории. Байден — философское олицетворение мощи и одновременно немощи Америки. Человек, возглавляющий самую мощную державу на планете, а это объективно так, и одновременно мы видим, как изо дня в день он демонстрирует немощь. В этом — какой-то философский и мировоззренческий парадокс. И это порождает истерические реакции — от истерической агрессии до истерической депрессии.

   Фигура Байдена олицетворяет такие вещи: с одной стороны Америка на пике своего могущества, а с другой стороны она внутренне пуста. У нее нет тех качеств, которые могли повести человечество куда-то вперед, поднять на другую ступень. Ведь они на это претендуют. А все скатывается к обычным вещам — борьба за ресурсы, за деньги, за влияние, за территории. Байден — философское олицетворение мощи и одновременно немощи Америки. Человек, возглавляющий самую мощную державу на планете, а это объективно так, и одновременно мы видим, как изо дня в день он демонстрирует немощь. В этом — какой-то философский и мировоззренческий парадокс. И это порождает истерические реакции — от истерической агрессии до истерической депрессии.
7. «

   Мне кажется, наши ракеты — они прямо так и луча́тся добром. С-400 — это просто какой-то вот «Пискипер», просто какой-то вестник добра. Я бы на наших С-400 просто рисовал бы вот эту воробьиную лапку... птичью лапку.

   Мне кажется, наши ракеты — они прямо так и луча́тся добром. С-400 — это просто какой-то вот «Пискипер», просто какой-то вестник добра. Я бы на наших С-400 просто рисовал бы вот эту воробьиную лапку... птичью лапку.
8. «

   То, что будет делаться всё, для того чтобы всё-таки Порошенко победил... Несмотря на все его микрорейтинги, раньше там шутили, что его рейтинг — как жирность кефира — два процента, три процента... Да, это всё так. Только не забывайте, что у него в руках рычаги государственной власти, у него в руках контроль за силовыми ведомствами, у него в руках контроль за областными администрациями, <...> у него в руках огромное количество денег. А уж что там, как... Вам потом объяснят, не переживайте, как потом эта порося превратилась в карася; как эти два процента превратились в двадцать, а то и в сорок или пятьдесят.

   То, что будет делаться всё, для того чтобы всё-таки Порошенко победил... Несмотря на все его микрорейтинги, раньше там шутили, что его рейтинг — как жирность кефира — два процента, три процента... Да, это всё так. Только не забывайте, что у него в руках рычаги государственной власти, у него в руках контроль за силовыми ведомствами, у него в руках контроль за областными администрациями, <...> у него в руках огромное количество денег. А уж что там, как... Вам потом объяснят, не переживайте, как потом эта порося превратилась в карася; как эти два процента превратились в двадцать, а то и в сорок или пятьдесят.
9. «

   — О ситуации в сфере финансов. Почему не закрывают оффшоры? Потому что здесь тоже рынок. Это выгодно конкретным людям. — Стране не выгодно. — А в том и дело, что в парадигме рыночной экономики интересы страны вообще не вписываются. Страна, суверенитет — это атавизм с точки зрения рыночной экономики. Учитывая внешнюю угрозу, необходима выработка новой экономической модели. Нельзя управлять Россией как бизнес-проектом. У нас, к сожалению, не сложилась альтернативная экономическая школа. Эту дискуссию не дают даже допустить. В экономике мы как сидели на идеях 91-го года, так и сидим. — Последние семь месяцев произошли очень серьёзные изменения [реплика Владимира Соловьёва] — Посмотрим, что из этого получится. Я считаю, что засилье либеральной школы в экономике не даёт даже рта открыть.

   — О ситуации в сфере финансов. Почему не закрывают оффшоры? Потому что здесь тоже рынок. Это выгодно конкретным людям. — Стране не выгодно. — А в том и дело, что в парадигме рыночной экономики интересы страны вообще не вписываются. Страна, суверенитет — это атавизм с точки зрения рыночной экономики. Учитывая внешнюю угрозу, необходима выработка новой экономической модели. Нельзя управлять Россией как бизнес-проектом. У нас, к сожалению, не сложилась альтернативная экономическая школа. Эту дискуссию не дают даже допустить. В экономике мы как сидели на идеях 91-го года, так и сидим. — Последние семь месяцев произошли очень серьёзные изменения [реплика Владимира Соловьёва] — Посмотрим, что из этого получится. Я считаю, что засилье либеральной школы в экономике не даёт даже рта открыть.
10. «

    Ну, я вам как человек с большим опытом, скажу: жена нужна не только для того, чтобы гладить рубашки. Более того, гладить рубашки, это одно из самых неосновных качеств, занятий и свойств супруги. А вообще, я считаю, что семья, это крайне важно, даже если никто не гладит рубашки.

    Ну, я вам как человек с большим опытом, скажу: жена нужна не только для того, чтобы гладить рубашки. Более того, гладить рубашки, это одно из самых неосновных качеств, занятий и свойств супруги. А вообще, я считаю, что семья, это крайне важно, даже если никто не гладит рубашки.
11. «

    По поводу суверенного и не суверенного развития. Главная проблема планеты Земля сегодня — это Америка, их претензии на глобальное доминирование. Потому что в рамках их проекта никому не позволено развиваться не так, как это хотела бы Америка. И никому не позволено иметь свое мнение по тем вопросам, которые Америка считает жизненно важными для себя. Для них их развитие — в том числе торможение развития других. А мы тут рассуждаем о демократии — что это такое. Ее давно нет. Они давно поменяли ценностную повестку дня на ценностную повестку своих интересов. Их интерес в том, что никто не может делать то, что не выгодно Америке. То, как Америка понимает демократию, — это на самом деле схема вхождения во внутренние дела любого государства. Что обесценивает и демократию, и ставит знак равенства между агентами интересов Америки и борцами за демократию. И это давно превратилось в технологию.

    По поводу суверенного и не суверенного развития. Главная проблема планеты Земля сегодня — это Америка, их претензии на глобальное доминирование. Потому что в рамках их проекта никому не позволено развиваться не так, как это хотела бы Америка. И никому не позволено иметь свое мнение по тем вопросам, которые Америка считает жизненно важными для себя. Для них их развитие — в том числе торможение развития других. А мы тут рассуждаем о демократии — что это такое. Ее давно нет. Они давно поменяли ценностную повестку дня на ценностную повестку своих интересов. Их интерес в том, что никто не может делать то, что не выгодно Америке. То, как Америка понимает демократию, — это на самом деле схема вхождения во внутренние дела любого государства. Что обесценивает и демократию, и ставит знак равенства между агентами интересов Америки и борцами за демократию. И это давно превратилось в технологию.
12. «

    Ещё о том, что вы сказали, что Россия — островок здравого смысла. Действительно это так. Мы много разговариваем и пытаемся это сформулировать уже не первый год что-то вроде национальной идеи. Я считаю, что эти поиски правильные, и надо двигаться дальше. Но вокруг нас в мире происходит странным образом процесс, при котором мы, даже сами не желая того, становимся неким ковчегом трезвого смысла. То, что происходит вокруг нас, то движение, которое как прогресс навязывают всему миру Америка и Европа, они настолько извращают более-менее понятные и естественные понятия о том, что правильно и неправильно, что здраво и что нездраво. Что бОльшая часть нашего населения это естественно не принимает. И в итоге получается, что из великих держав, если честно, только Россия является местом, у которой есть шанс найти разумный и гармоничный сплав между традиционными ценностями и современностью. Вот это, мне кажется, супер-цель.

    Ещё о том, что вы сказали, что Россия — островок здравого смысла. Действительно это так. Мы много разговариваем и пытаемся это сформулировать уже не первый год что-то вроде национальной идеи. Я считаю, что эти поиски правильные, и надо двигаться дальше. Но вокруг нас в мире происходит странным образом процесс, при котором мы, даже сами не желая того, становимся неким ковчегом трезвого смысла. То, что происходит вокруг нас, то движение, которое как прогресс навязывают всему миру Америка и Европа, они настолько извращают более-менее понятные и естественные понятия о том, что правильно и неправильно, что здраво и что нездраво. Что бОльшая часть нашего населения это естественно не принимает. И в итоге получается, что из великих держав, если честно, только Россия является местом, у которой есть шанс найти разумный и гармоничный сплав между традиционными ценностями и современностью. Вот это, мне кажется, супер-цель.
13. «

    На мой лично взгляд в период распада биполярного мира западный человек показал свою абсолютную циничность, беспринципность. Мне, честно, скучно стало, когда я понял, что они из себя представляют. Они вообще никому ничего давать не собираются. Они всех считают за людей второго сорта. За лохов. Распад Советского Союза подтвердил это их мнение. И никому ничего они не дадут. В первую очередь тем, кто расписывается в своих союзнических отношениях к ним. Когда с ними не согласен — могут быть какие-то шашни, которые опять же выливаются в попытку обмануть, продать воздух.

    На мой лично взгляд в период распада биполярного мира западный человек показал свою абсолютную циничность, беспринципность. Мне, честно, скучно стало, когда я понял, что они из себя представляют. Они вообще никому ничего давать не собираются. Они всех считают за людей второго сорта. За лохов. Распад Советского Союза подтвердил это их мнение. И никому ничего они не дадут. В первую очередь тем, кто расписывается в своих союзнических отношениях к ним. Когда с ними не согласен — могут быть какие-то шашни, которые опять же выливаются в попытку обмануть, продать воздух.
14. «

    Советский классик писал: «Жалость оскорбляет человека». А вот и нет. А вот и нет. А я вот с ним не согласен. Не оскорбляет абсолютно. Если это от чистого сердца, то на самом деле, это помогает тому, кого жалко и поднимает над собой того, кто эту жалость испытывает. Это называется сочувствие, если хотите. Если вам не нравится слово «жалость», назовите это словом — сочувствие, сопереживание, милосердие.

    Советский классик писал: «Жалость оскорбляет человека». А вот и нет. А вот и нет. А я вот с ним не согласен. Не оскорбляет абсолютно. Если это от чистого сердца, то на самом деле, это помогает тому, кого жалко и поднимает над собой того, кто эту жалость испытывает. Это называется сочувствие, если хотите. Если вам не нравится слово «жалость», назовите это словом — сочувствие, сопереживание, милосердие.
15. «

    То, что однополярный мир, как концепция, явно имеет серьёзные проблемы, находится в кризисе, это очевидно для тех, кто более или менее трезво смотрит на эти вещи, а нас тянут в ту концепцию, которая уже не удалась: «Идите, лягте под Соединённые Штаты Америки, помогите им сохранить однополярный мир, вы будете жить хорошо, вы будете сладко есть, хорошо спать...и прочая и прочая». Ну это смешно, честное слово. Так можно говорить или от некомпетентности и наивности, или от глупости, или от предательства. А предательство, между прочим, тоже бывает глупым и чаще всего оно глупым и является. Почему? Потому что оно ко всем процессам подходит с калькулятором, или раньше с арифмометром, или со счётами. Оно всё считает на выгоду. Вот, где выгодно — где не выгодно. Именно так, между прочим, большинство предателей в истории и проигрывали. Потому что в тот момент, когда они предавали, им казалось, что это выгодно. «Выгодно служить Великой Германии» — считали многие, когда Великая Германия пришла на восток. Выгодно! Это и было выгодно! На тот момент, когда Великая Германия пришла на восток — это было выгодно. Потом, когда их повесили — это стало невыгодно. Но для того, чтобы понять, что это будет невыгодно, надо было не только с калькулятором подходить к жизни...

    То, что однополярный мир, как концепция, явно имеет серьёзные проблемы, находится в кризисе, это очевидно для тех, кто более или менее трезво смотрит на эти вещи, а нас тянут в ту концепцию, которая уже не удалась: «Идите, лягте под Соединённые Штаты Америки, помогите им сохранить однополярный мир, вы будете жить хорошо, вы будете сладко есть, хорошо спать...и прочая и прочая». Ну это смешно, честное слово. Так можно говорить или от некомпетентности и наивности, или от глупости, или от предательства. А предательство, между прочим, тоже бывает глупым и чаще всего оно глупым и является. Почему? Потому что оно ко всем процессам подходит с калькулятором, или раньше с арифмометром, или со счётами. Оно всё считает на выгоду. Вот, где выгодно — где не выгодно. Именно так, между прочим, большинство предателей в истории и проигрывали. Потому что в тот момент, когда они предавали, им казалось, что это выгодно. «Выгодно служить Великой Германии» — считали многие, когда Великая Германия пришла на восток. Выгодно! Это и было выгодно! На тот момент, когда Великая Германия пришла на восток — это было выгодно. Потом, когда их повесили — это стало невыгодно. Но для того, чтобы понять, что это будет невыгодно, надо было не только с калькулятором подходить к жизни...
16. «

    По поводу того, что миром рулят интересы. Я с этим согласен наполовину. Потому что мир — это люди. Если вы хотите сказать, что люди — абсолютно рациональные существа, это будет большим преувеличением. Часто конкретными людьми, и даже сообществами людей, вдруг овладевает идея, которая не имеет отношения к конкретным интересам. Что касается интересов, несомненно то, как их люди формулируют и осознают, играет ключевую роль в том, как реализуется мировая политика. Американцы точно осознают свои интересы. А мы осознаём? Надеюсь, что да. Но вот прошло 30 лет с момента распада СССР. Посмотрите, через какие трактовки собственных интересов мы прошли: 1. У нас нет интересов (вспомним Козырева). 2. Наши интересы полностью совпадают с интересами Америки и их союзников. 3. Сохранение суверенитета — неоднозначный интерес. Демократия — важнее. Даже важнее сохранения жизни России. 4. Собственная экономика — не является интересом. Поэтому уничтожить огромное количество отраслей — нормально. 5. Сепаратистские войны на территории России — разная трактовка. И к сожалению нашей задачей остается хотя бы осознание этих национальных интересов среди тех людей, которые принимают решение.

    По поводу того, что миром рулят интересы. Я с этим согласен наполовину. Потому что мир — это люди. Если вы хотите сказать, что люди — абсолютно рациональные существа, это будет большим преувеличением. Часто конкретными людьми, и даже сообществами людей, вдруг овладевает идея, которая не имеет отношения к конкретным интересам. Что касается интересов, несомненно то, как их люди формулируют и осознают, играет ключевую роль в том, как реализуется мировая политика. Американцы точно осознают свои интересы. А мы осознаём? Надеюсь, что да. Но вот прошло 30 лет с момента распада СССР. Посмотрите, через какие трактовки собственных интересов мы прошли: 1. У нас нет интересов (вспомним Козырева). 2. Наши интересы полностью совпадают с интересами Америки и их союзников. 3. Сохранение суверенитета — неоднозначный интерес. Демократия — важнее. Даже важнее сохранения жизни России. 4. Собственная экономика — не является интересом. Поэтому уничтожить огромное количество отраслей — нормально. 5. Сепаратистские войны на территории России — разная трактовка. И к сожалению нашей задачей остается хотя бы осознание этих национальных интересов среди тех людей, которые принимают решение.
17. «

    Всерьёз говорить о том, что в стране под названием Украина процветает демократия, что она развивается — это означает или быть конченным дебилом, или откровенно врать.

    Всерьёз говорить о том, что в стране под названием Украина процветает демократия, что она развивается — это означает или быть конченным дебилом, или откровенно врать.
18. «

    Хватит, действительно, играть в эти кошки-мышки! Почему? Потому что у нас всё-таки остаётся довольно много людей, в том числе среди либеральной интеллигенции, которые уверяют нас, что мы просто неправильно договариваемся с американцами... Мы просто неправильно, так сказать,... «... Всё оттого, что криво ты лежала». Извиняюсь за поговорку. Что мы неправильно им что-то рассказали, что мы неправильно им как-то показали, они нас недопоняли, и, вообще, мы не так ведём переговоры. <...> ...об этом надо совершенно чётко сказать, что эти люди обманывают нас на каждом шагу. Хватит этих иллюзий! <...> И с точки зрения того, чтобы это дошло до того же мирового сообщества: показать, что американцы блефуют.

    Хватит, действительно, играть в эти кошки-мышки! Почему? Потому что у нас всё-таки остаётся довольно много людей, в том числе среди либеральной интеллигенции, которые уверяют нас, что мы просто неправильно договариваемся с американцами... Мы просто неправильно, так сказать,... «... Всё оттого, что криво ты лежала». Извиняюсь за поговорку. Что мы неправильно им что-то рассказали, что мы неправильно им как-то показали, они нас недопоняли, и, вообще, мы не так ведём переговоры. <...> ...об этом надо совершенно чётко сказать, что эти люди обманывают нас на каждом шагу. Хватит этих иллюзий! <...> И с точки зрения того, чтобы это дошло до того же мирового сообщества: показать, что американцы блефуют.
19. «

    Я не делаю умное лицо, оно всегда такое просто... Я с таким родился.

    Я не делаю умное лицо, оно всегда такое просто... Я с таким родился.
20. «

    Это более сложный всё-таки феномен, когда мы говорим: вот, мы зациклились на Америке... Нет! Я считаю, что вот это внимание, с другой стороны, оно является одним из признаков нашего значения в этом мире. Почему? Сейчас мы на Америке зациклены, потому что в послевоенном мире она стала главным конкурентом, до этого — мы обращали внимание на Германию, до этого — на Францию. То есть, грубо говоря, была там «франкофония» и так далее. То есть, на самом деле, в центре нашего внимания, общественного в том числе, и правящего класса, была та страна, которая была главным конкурентом России на данный исторический момент.

    Это более сложный всё-таки феномен, когда мы говорим: вот, мы зациклились на Америке... Нет! Я считаю, что вот это внимание, с другой стороны, оно является одним из признаков нашего значения в этом мире. Почему? Сейчас мы на Америке зациклены, потому что в послевоенном мире она стала главным конкурентом, до этого — мы обращали внимание на Германию, до этого — на Францию. То есть, грубо говоря, была там «франкофония» и так далее. То есть, на самом деле, в центре нашего внимания, общественного в том числе, и правящего класса, была та страна, которая была главным конкурентом России на данный исторический момент.