Подборка: 77 цитат Сергея Александровича Михеева

Сергей Александрович Михеев — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 77 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   У меня есть такая присказка: «Хочется сказать что-нибудь умное, но ничего не приходит в голову».

   У меня есть такая присказка: «Хочется сказать что-нибудь умное, но ничего не приходит в голову».
2. «

   Очевидно, что мы не можем жить вообще без веры. Общество с абсолютным безверием, вынутой ампутированной душой мы не принимаем. Но радикализм религиозных фанатиков мы тоже не принимаем. Поэтому Россия могла бы явить модель органичного сочетания традиции и современности. Но для этого нужно думать головой. И сегодня те люди, которые реализуют социально-экономическую политику государства, они являются тормозом для выявления этой органичной модели. Потому что из одной крайности — супер плановой экономики они бросились в другую крайность — абсолютно рыночной экономики.

   Очевидно, что мы не можем жить вообще без веры. Общество с абсолютным безверием, вынутой ампутированной душой мы не принимаем. Но радикализм религиозных фанатиков мы тоже не принимаем. Поэтому Россия могла бы явить модель органичного сочетания традиции и современности. Но для этого нужно думать головой. И сегодня те люди, которые реализуют социально-экономическую политику государства, они являются тормозом для выявления этой органичной модели. Потому что из одной крайности — супер плановой экономики они бросились в другую крайность — абсолютно рыночной экономики.
3. «

   «Я же против воровства борюсь!» Это хорошо? Хорошо! А то, что ваше лекарство может оказаться хуже болезни... Которое просто убивает организм... Это всё ерунда, потому что главное мне доказать собственную правоту, во чтобы-то ни стало. <...> Конечно, коррупция — это плохо. Есть факты? Проверять! Несомненно! В том числе и предавая огласке. Но надо понимать, что чего стоит. <...> Стоит ли это внедрения ненависти к собственной стране? Стоит ли это разрушения собственной страны или не стоит? Если вы это поймёте, если будете считать, что Родина для вас важнее, тогда вы и средства для борьбы с коррупцией будете выбирать соответствующие, щадящие.

   «Я же против воровства борюсь!» Это хорошо? Хорошо! А то, что ваше лекарство может оказаться хуже болезни... Которое просто убивает организм... Это всё ерунда, потому что главное мне доказать собственную правоту, во чтобы-то ни стало. <...> Конечно, коррупция — это плохо. Есть факты? Проверять! Несомненно! В том числе и предавая огласке. Но надо понимать, что чего стоит. <...> Стоит ли это внедрения ненависти к собственной стране? Стоит ли это разрушения собственной страны или не стоит? Если вы это поймёте, если будете считать, что Родина для вас важнее, тогда вы и средства для борьбы с коррупцией будете выбирать соответствующие, щадящие.
4. «

   Чем меньше колхоз, тем больше там интриг. «Соседний колхоз просит навоз — не дадим, сами съедим» — это вот примерно к вопросу о политических интригах в некоторых государствах. <...> Чем меньше регион... Знаете, где самая интересная была политика? Это коммунальная квартира! Сколько интриг, временных и постоянных союзов, негласных договоров, каких-то санкций, объявленных и не объявленных, всевозможных гибридных войн в коридоре и на кухне в первую очередь, а также в общем санузле! Вот я, например, жил в коммуналке когда-то в детстве — вот общий санузел, это прекрасная вещь, как и общая кухня! Это вам похлеще Совета безопасности ООН! Чем мельче коллектив, как это ни странно, чем меньше ставки, тем больше вот это интриганство!

   Чем меньше колхоз, тем больше там интриг. «Соседний колхоз просит навоз — не дадим, сами съедим» — это вот примерно к вопросу о политических интригах в некоторых государствах. <...> Чем меньше регион... Знаете, где самая интересная была политика? Это коммунальная квартира! Сколько интриг, временных и постоянных союзов, негласных договоров, каких-то санкций, объявленных и не объявленных, всевозможных гибридных войн в коридоре и на кухне в первую очередь, а также в общем санузле! Вот я, например, жил в коммуналке когда-то в детстве — вот общий санузел, это прекрасная вещь, как и общая кухня! Это вам похлеще Совета безопасности ООН! Чем мельче коллектив, как это ни странно, чем меньше ставки, тем больше вот это интриганство!
5. «

   Фигура Байдена олицетворяет такие вещи: с одной стороны Америка на пике своего могущества, а с другой стороны она внутренне пуста. У нее нет тех качеств, которые могли повести человечество куда-то вперед, поднять на другую ступень. Ведь они на это претендуют. А все скатывается к обычным вещам — борьба за ресурсы, за деньги, за влияние, за территории. Байден — философское олицетворение мощи и одновременно немощи Америки. Человек, возглавляющий самую мощную державу на планете, а это объективно так, и одновременно мы видим, как изо дня в день он демонстрирует немощь. В этом — какой-то философский и мировоззренческий парадокс. И это порождает истерические реакции — от истерической агрессии до истерической депрессии.

   Фигура Байдена олицетворяет такие вещи: с одной стороны Америка на пике своего могущества, а с другой стороны она внутренне пуста. У нее нет тех качеств, которые могли повести человечество куда-то вперед, поднять на другую ступень. Ведь они на это претендуют. А все скатывается к обычным вещам — борьба за ресурсы, за деньги, за влияние, за территории. Байден — философское олицетворение мощи и одновременно немощи Америки. Человек, возглавляющий самую мощную державу на планете, а это объективно так, и одновременно мы видим, как изо дня в день он демонстрирует немощь. В этом — какой-то философский и мировоззренческий парадокс. И это порождает истерические реакции — от истерической агрессии до истерической депрессии.
6. «

   Говорят, что телевизор — это «зомбоящик». Я, кстати, с этим не вполне согласен, я считаю, что интернет — не меньший «зомбоящик», просто более хитрый.

   Говорят, что телевизор — это «зомбоящик». Я, кстати, с этим не вполне согласен, я считаю, что интернет — не меньший «зомбоящик», просто более хитрый.
7. «

   Удивительное торжество нездравого смысла, которое наталкивает только на две мысли: или в Америке ничего не понимают, в чём я сильно сомневаюсь, или, на самом деле, Америка вовсе не хочет бороться ни с каким ИГИЛом <...> и вообще ни с каким терроризмом и прочее, и прочее, и прочее. <...> Это значит, что на самом деле у американцев совершенно другие цели, нежели те, которые они декларируют.

   Удивительное торжество нездравого смысла, которое наталкивает только на две мысли: или в Америке ничего не понимают, в чём я сильно сомневаюсь, или, на самом деле, Америка вовсе не хочет бороться ни с каким ИГИЛом <...> и вообще ни с каким терроризмом и прочее, и прочее, и прочее. <...> Это значит, что на самом деле у американцев совершенно другие цели, нежели те, которые они декларируют.
8. «

   Интересно то, что революционные движения почти всегда стремятся к освобождению сексуальных извращений. Они всегда этим страдают. Я не поклонник Зигмунда Фрейда и всего того, что он написал, но какая-то правда, несомненно, в том, что он говорил, была. Потому что даже в самой плохой книжке есть хотя бы одна хорошая мысль. И здесь мы видим — ну людей распирает. Все, кто хочет потрясти основы общества, на самом деле в значительной степени руководствуются личными внутренними комплексами, проблемами, и вещами, которые можно назвать отклонениями. Они хотят освободить это, легализовать это, сделать это не просто правильным, но и превозносимым, и сделать из этого прогресс.

   Интересно то, что революционные движения почти всегда стремятся к освобождению сексуальных извращений. Они всегда этим страдают. Я не поклонник Зигмунда Фрейда и всего того, что он написал, но какая-то правда, несомненно, в том, что он говорил, была. Потому что даже в самой плохой книжке есть хотя бы одна хорошая мысль. И здесь мы видим — ну людей распирает. Все, кто хочет потрясти основы общества, на самом деле в значительной степени руководствуются личными внутренними комплексами, проблемами, и вещами, которые можно назвать отклонениями. Они хотят освободить это, легализовать это, сделать это не просто правильным, но и превозносимым, и сделать из этого прогресс.
9. «

   Наше молодое поколение находится в крайне небезопасной ситуации в то время как мы делаем вид, что движемся семимильными темпами вместе со всем прогрессивным человечеством к каким-то «высотам свободы». Надо понимать, что эти «высоты свободы», на самом деле, могут привести к хаосу. Вообще, свобода в абсолютном своём проявлении — это хаос. Это хаос и разрушение.

   Наше молодое поколение находится в крайне небезопасной ситуации в то время как мы делаем вид, что движемся семимильными темпами вместе со всем прогрессивным человечеством к каким-то «высотам свободы». Надо понимать, что эти «высоты свободы», на самом деле, могут привести к хаосу. Вообще, свобода в абсолютном своём проявлении — это хаос. Это хаос и разрушение.
10. «

    Мы всё это уже проходили. Вот эти все лозунги... А разве в перестройку, в девяностых, не так же было? Да было всё точно так же. <...> И тогда была та же самая ерунда! Говорили: «О-о-о! Вы что?! Партийная номенклатура! Жируют! Коррупция! Взятки! Тра-та-та...» И свобода... Вот всё свободы не хватает. Вот как встану с утра — свободы не хватает. Страны нет, нет страны. После этого целая череда этих войн кровопролитных, в которых погибли сотни тысяч людей. Кто за это ответит? Какая, извините за выражение, падла за это ответит? За всё то, что произошло? Где эти люди, которые это «замутили»? Вот — новые выросли... Сопли подотрите, тоже преобразователи, реформаторы России! Без вас, без сопливых скользко! Это — про митинги. <...> Что касается борьбы с коррупцией... Ещё раз повторю, для глухих, ёп-пэ-рэ-сэ-тэ. Да, надо бороться с коррупцией! Коррупция — это плохо! Вопрос только в том — какой ценой. Если ценой разрушения своей страны — то такая борьба с коррупцией не нужна, потому что это скрытая форма войны с собственной страной и с собственным народом. Скрытая форма ненависти к своей собственной стране.<...> Что касается конкретных фактов, то пусть их разбирают... Если есть факты — пусть их разбирают. Только очень часто бывает, что фактов никаких нет, а есть вот сплошное бла-бла-бла...

    Мы всё это уже проходили. Вот эти все лозунги... А разве в перестройку, в девяностых, не так же было? Да было всё точно так же. <...> И тогда была та же самая ерунда! Говорили: «О-о-о! Вы что?! Партийная номенклатура! Жируют! Коррупция! Взятки! Тра-та-та...» И свобода... Вот всё свободы не хватает. Вот как встану с утра — свободы не хватает. Страны нет, нет страны. После этого целая череда этих войн кровопролитных, в которых погибли сотни тысяч людей. Кто за это ответит? Какая, извините за выражение, падла за это ответит? За всё то, что произошло? Где эти люди, которые это «замутили»? Вот — новые выросли... Сопли подотрите, тоже преобразователи, реформаторы России! Без вас, без сопливых скользко! Это — про митинги. <...> Что касается борьбы с коррупцией... Ещё раз повторю, для глухих, ёп-пэ-рэ-сэ-тэ. Да, надо бороться с коррупцией! Коррупция — это плохо! Вопрос только в том — какой ценой. Если ценой разрушения своей страны — то такая борьба с коррупцией не нужна, потому что это скрытая форма войны с собственной страной и с собственным народом. Скрытая форма ненависти к своей собственной стране.<...> Что касается конкретных фактов, то пусть их разбирают... Если есть факты — пусть их разбирают. Только очень часто бывает, что фактов никаких нет, а есть вот сплошное бла-бла-бла...
11. «

    Хорошая семья или плохая — это определяется не уровнем достатка. <...> Хорошая семья — это там, где друг друга любят и понимают. Вот это — хорошая семья. А сколько там зарабатывает отец или как выглядит мать, это дело вторичное.

    Хорошая семья или плохая — это определяется не уровнем достатка. <...> Хорошая семья — это там, где друг друга любят и понимают. Вот это — хорошая семья. А сколько там зарабатывает отец или как выглядит мать, это дело вторичное.
12. «

    Культура и цивилизация — являются системой ограничений и разрешений-запретов. А иначе все сводится к тотальному зоопарку. То, что этот зоопарк оснащен компьютерами, ничего не меняет.

    Культура и цивилизация — являются системой ограничений и разрешений-запретов. А иначе все сводится к тотальному зоопарку. То, что этот зоопарк оснащен компьютерами, ничего не меняет.
13. «

    Разговоры Ельцина и Горбачёва с Бушем показали, что у них не просто не было воли, — они были откровенными предателями! Откровенными предателями! Они вообще не любили свою страну! Вообще ни разу! <...> Вот эти разговоры показывают, что они настолько небережно и непатриотично относились к своей стране. <...> Им было просто на неё наплевать! Они докладывали президенту США о том, что они... Рапортовали: «Мы разрушили собственную страну!» На этом же пробы ставить негде! <...> Это было скотство! Это было откровенное предательство! <...> Нельзя, недопустимо ни при каких условиях, искать центр легитимности за пределами страны! Если ты обращаешься куда-то за пределы страны с целью получить одобрение, разрешение, понимание — ты уже стал на путь предательства!

    Разговоры Ельцина и Горбачёва с Бушем показали, что у них не просто не было воли, — они были откровенными предателями! Откровенными предателями! Они вообще не любили свою страну! Вообще ни разу! <...> Вот эти разговоры показывают, что они настолько небережно и непатриотично относились к своей стране. <...> Им было просто на неё наплевать! Они докладывали президенту США о том, что они... Рапортовали: «Мы разрушили собственную страну!» На этом же пробы ставить негде! <...> Это было скотство! Это было откровенное предательство! <...> Нельзя, недопустимо ни при каких условиях, искать центр легитимности за пределами страны! Если ты обращаешься куда-то за пределы страны с целью получить одобрение, разрешение, понимание — ты уже стал на путь предательства!
14. «

    Маргарита Симоньян: — Такие приговоры, как приговор защитнику мальчишек от педофила, которого теперь называют «убийцей педофила»... это даже звучит как оксиморон, такие приговоры кастрируют общество! Сергей Михеев: — Конечно — демотивируют! Маргарита Симоньян: — Они показывают всем остальным мужчинам, что вот эти вот ваши вторичные половые признаки... [не нужны]. Сергей Михеев: — Что это не твоё дело! Да! Это не твоё дело! Лучше отойди! Владимир Соловьев: — Лучше не трогать! Лучше отвернуться! Маргарита Симоньян: — Это хуже, чем растление общества. Это лишает мужчин возможности быть мужчинами! Я не хочу в таком обществе жить. Сергей Михеев: — А потому что, Маргарита, к сожалению есть у нас и педофилическое лобби, есть и гомосексуальное лобби! Есть лобби всех извращенцев, какие только можно придумать! Есть оно! И поэтому законы многие тормозятся годами! Владимир Соловьев: — И только попробуйте их тронуть! Только попробуйте их тронуть — Европа будет вводить санкции за нарушение прав человека. Сразу! Сергей Михеев: — Владимир, вот пока мы будем думать о Европе, и о том, что и куда она будет вводить — от нас нихрена не останется!

    Маргарита Симоньян: — Такие приговоры, как приговор защитнику мальчишек от педофила, которого теперь называют «убийцей педофила»... это даже звучит как оксиморон, такие приговоры кастрируют общество! Сергей Михеев: — Конечно — демотивируют! Маргарита Симоньян: — Они показывают всем остальным мужчинам, что вот эти вот ваши вторичные половые признаки... [не нужны]. Сергей Михеев: — Что это не твоё дело! Да! Это не твоё дело! Лучше отойди! Владимир Соловьев: — Лучше не трогать! Лучше отвернуться! Маргарита Симоньян: — Это хуже, чем растление общества. Это лишает мужчин возможности быть мужчинами! Я не хочу в таком обществе жить. Сергей Михеев: — А потому что, Маргарита, к сожалению есть у нас и педофилическое лобби, есть и гомосексуальное лобби! Есть лобби всех извращенцев, какие только можно придумать! Есть оно! И поэтому законы многие тормозятся годами! Владимир Соловьев: — И только попробуйте их тронуть! Только попробуйте их тронуть — Европа будет вводить санкции за нарушение прав человека. Сразу! Сергей Михеев: — Владимир, вот пока мы будем думать о Европе, и о том, что и куда она будет вводить — от нас нихрена не останется!

    — Маргарита Симоновна Симоньян
15. «

    Следующий пункт — по Украине. Путин сказал. Что Украину начинают использовать как военный плацдарм. Когда мы говорим о приеме Украины в НАТО, мы играем в их (американцев) игру. Формальный прием в НАТО уже ничего не значит. Уже есть огромное количество форм, которое позволит американцам и их союзникам использовать Украину полноценно как военный плацдарм, не принимая ее в НАТО. Договоры и то, с какой легкостью выходят из них американцы, показывают, что эти бумажки уже ничего не значат. Надо говорить о реальных вещах — об инфраструктуре.

    Следующий пункт — по Украине. Путин сказал. Что Украину начинают использовать как военный плацдарм. Когда мы говорим о приеме Украины в НАТО, мы играем в их (американцев) игру. Формальный прием в НАТО уже ничего не значит. Уже есть огромное количество форм, которое позволит американцам и их союзникам использовать Украину полноценно как военный плацдарм, не принимая ее в НАТО. Договоры и то, с какой легкостью выходят из них американцы, показывают, что эти бумажки уже ничего не значат. Надо говорить о реальных вещах — об инфраструктуре.
16. «

    Когда мне говорят, что пьют от отчаяния — это всё чушь собачья. Когда говорят — вот, пьёт с горя. Единственное горе, чаще всего, у того, кто пьёт — это то, что он пьёт. Другого горя никакого нет. Круговорот. Это закольцованная проблема.

    Когда мне говорят, что пьют от отчаяния — это всё чушь собачья. Когда говорят — вот, пьёт с горя. Единственное горе, чаще всего, у того, кто пьёт — это то, что он пьёт. Другого горя никакого нет. Круговорот. Это закольцованная проблема.
17. «

    На самом деле, женщины-то тоже, они мечтают хрен знает о чём, в башке-то всё заплетено в косичку... С одной стороны — чтобы ими восхищались, а с другой стороны — пусть он будет сильным мужчиной. А такого не бывает. Это два разных мужчины: один — который пресмыкается, восхищается, ползает на брюхе, а другой, который сильный — он будет, может быть, любить и уважать, но он не будет восхищаться и ползать на брюхе. Не будет. И вот эти желания противоречивые на самом деле очень часто женская натура, она не может в себе уравновесить.

    На самом деле, женщины-то тоже, они мечтают хрен знает о чём, в башке-то всё заплетено в косичку... С одной стороны — чтобы ими восхищались, а с другой стороны — пусть он будет сильным мужчиной. А такого не бывает. Это два разных мужчины: один — который пресмыкается, восхищается, ползает на брюхе, а другой, который сильный — он будет, может быть, любить и уважать, но он не будет восхищаться и ползать на брюхе. Не будет. И вот эти желания противоречивые на самом деле очень часто женская натура, она не может в себе уравновесить.
18. «

    Только дурачкам молодым можно внушить, что якобы можно построить идеальную жизнь. Идеальной жизни не было, нет и никогда и нигде не будет. Можно минимизировать зло, пытаться минимизировать его, но думать о том, что можно сделать идеального человека и привести этих идеальных людей в политику и они будут идеально управлять — это полнейший бред, который ведёт к ещё большему разрушению, потому что, как только те люди, которые будут это делать, поймут, что это невозможно — они начнут вокруг себя всё разрушать, пытаясь доказать, что это возможно.

    Только дурачкам молодым можно внушить, что якобы можно построить идеальную жизнь. Идеальной жизни не было, нет и никогда и нигде не будет. Можно минимизировать зло, пытаться минимизировать его, но думать о том, что можно сделать идеального человека и привести этих идеальных людей в политику и они будут идеально управлять — это полнейший бред, который ведёт к ещё большему разрушению, потому что, как только те люди, которые будут это делать, поймут, что это невозможно — они начнут вокруг себя всё разрушать, пытаясь доказать, что это возможно.
19. «

    Действительно крайне важно быть уникальным, чувствовать себя уникальным. Нам говорили в 90-е годы, что мы должны стать такими как все, у нашей страны плохая история, и нам не надо ничего изобретать, — это путь забвения. Любой человек, насколько он похож на других людей, настолько он уникален. И ощущение собственной уникальности порождает личность. То же самое — со страной, тем более с такой огромной страной, как Россия. Она не может сказать, что она такая же, как все.

    Действительно крайне важно быть уникальным, чувствовать себя уникальным. Нам говорили в 90-е годы, что мы должны стать такими как все, у нашей страны плохая история, и нам не надо ничего изобретать, — это путь забвения. Любой человек, насколько он похож на других людей, настолько он уникален. И ощущение собственной уникальности порождает личность. То же самое — со страной, тем более с такой огромной страной, как Россия. Она не может сказать, что она такая же, как все.
20. «

    Как выяснили британские учёные, Годзилла — русского происхождения и она управляется из Кремля!

    Как выяснили британские учёные, Годзилла — русского происхождения и она управляется из Кремля!