131 цитат Стефана Цвейга, проверенных временем

Подборка из 131 цитата Стефана Цвейга: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ... нет ничего более ужасного, чем одиночество среди людей.

   ... нет ничего более ужасного, чем одиночество среди людей.

   — Письмо незнакомки · книга
2. «

   Ты был для меня — как объяснить тебе? Любое сравнение, взятое в отдельности, слишком узко, ты был именно всем для меня, всей моей жизнью.

   Ты был для меня — как объяснить тебе? Любое сравнение, взятое в отдельности, слишком узко, ты был именно всем для меня, всей моей жизнью.

   — Письмо незнакомки · книга
3. «

   Ради одного часа с неведомой женщиной он готов днём и ночью, утром и вечером на любую глупость. Когда он охвачен вожделением, его не пугает никакая цена, когда он хочет победить — никакие препятствия.

   Ради одного часа с неведомой женщиной он готов днём и ночью, утром и вечером на любую глупость. Когда он охвачен вожделением, его не пугает никакая цена, когда он хочет победить — никакие препятствия.

   — Три певца своей жизни (Казанова, Стендаль, Толстой) · книга
4. «

   Пока мы откладываем жизнь назавтра, она проходит.

   Пока мы откладываем жизнь назавтра, она проходит.

   — Письмо незнакомки · книга
5. «

   Обычно ненавидят людей, которым причинили зло.

   Обычно ненавидят людей, которым причинили зло.
6. «

   Сострадание черт возьми, — это палка о двух концах: тому, кто не умеет с ним справляться, лучше не открывать ему доступ в сердце.

   Сострадание черт возьми, — это палка о двух концах: тому, кто не умеет с ним справляться, лучше не открывать ему доступ в сердце.

   — доктор Кондор · книга
7. «

   ... но тому, кто не боится риска, часто приходит на помощь случай.

   ... но тому, кто не боится риска, часто приходит на помощь случай.

   — Нетерпение сердца · книга
8. «

   Страх хуже наказания, потому что наказание — всегда нечто определенное, и, будь оно тяжкое или легкое, оно все же лучше, чем нестерпимая неопределенность, чем жуткая бесконечность ожидания.

   Страх хуже наказания, потому что наказание — всегда нечто определенное, и, будь оно тяжкое или легкое, оно все же лучше, чем нестерпимая неопределенность, чем жуткая бесконечность ожидания.
9. «

   Пафос позы не служит признаком величия; тот, кто нуждается в позах, обманчив. Будьте осторожны с живописными людьми.

   Пафос позы не служит признаком величия; тот, кто нуждается в позах, обманчив. Будьте осторожны с живописными людьми.
10. «

    Шахматы — как и любовь — требуют партнера.

    Шахматы — как и любовь — требуют партнера.

    — Шахматная новелла · книга
11. «

    Лишь сумма преодоленных препятствий является действительно правильным мерилом подвига и человека, совершившего этот подвиг.

    Лишь сумма преодоленных препятствий является действительно правильным мерилом подвига и человека, совершившего этот подвиг.
12. «

    ... Ты не любил меня, ты, единственный, кому по праву принадлежало мое тело, а все остальное было мне безразлично.

    ... Ты не любил меня, ты, единственный, кому по праву принадлежало мое тело, а все остальное было мне безразлично.

    — Письмо незнакомки · книга
13. «

    Но не так-то легко отделаться от того, что мы довольно туманно называем совестью...

    Но не так-то легко отделаться от того, что мы довольно туманно называем совестью...

    — Миссис К. · книга
14. «

    Требовать логики от страстно влюбленной молодой женщины, все равно что искать солнце в глухую ночь.

    Требовать логики от страстно влюбленной молодой женщины, все равно что искать солнце в глухую ночь.

    — Мария Стюарт · книга
15. «

    Мне лично приятнее понимать людей, чем судить их.

    Мне лично приятнее понимать людей, чем судить их.

    — Рассказчик · книга
16. «

    Это ужасно — не иметь возможности преодолеть расстояние, время!

    Это ужасно — не иметь возможности преодолеть расстояние, время!

    — Нетерпение сердца · книга
17. «

    Он лишь принадлежал к тому сорту назойливых людей, что коллекционируют знакомства с таким же усердием, как дети — почтовые марки, чрезвычайно гордясь каждым экземпляром своей коллекции.

    Он лишь принадлежал к тому сорту назойливых людей, что коллекционируют знакомства с таким же усердием, как дети — почтовые марки, чрезвычайно гордясь каждым экземпляром своей коллекции.

    — Нетерпение сердца · книга
18. «

    Час остался до ночи. Волшебный час, ибо нет ничего чудесней, чем наблюдать, как медленно блекнут и покрываются тенями краски заката, как подымается с пола мрак, пока чёрные бесшумные потоки его не захлестнут стены и не увлекут нас во тьму.

    Час остался до ночи. Волшебный час, ибо нет ничего чудесней, чем наблюдать, как медленно блекнут и покрываются тенями краски заката, как подымается с пола мрак, пока чёрные бесшумные потоки его не захлестнут стены и не увлекут нас во тьму.

    — В сумерках · книга
19. «

    Счастливая, принимала я твои ласки и видела, что твоя страсть не знает разницы между любимой и купленной женщиной, что ты предаешься своим желаниям со всей беспечной расточительностью твоей натуры. Ты был так нежен и чуток со мной, женщиной, приведенной из ночного ресторана, так дружески сердечен и рыцарски почтителен и в то же время так страстен в наслаждении, что я, пьянея от счастья, как десять лет назад, опять со всей силой почувствовала твою неповторимую двойственность высокую одухотворенность в любовной страсти, когда то покорившую меня, полуребенка.

    Счастливая, принимала я твои ласки и видела, что твоя страсть не знает разницы между любимой и купленной женщиной, что ты предаешься своим желаниям со всей беспечной расточительностью твоей натуры. Ты был так нежен и чуток со мной, женщиной, приведенной из ночного ресторана, так дружески сердечен и рыцарски почтителен и в то же время так страстен в наслаждении, что я, пьянея от счастья, как десять лет назад, опять со всей силой почувствовала твою неповторимую двойственность высокую одухотворенность в любовной страсти, когда то покорившую меня, полуребенка.

    — Письмо незнакомки · книга
20. «

    В графе «особые приметы» её книжки домашней прислуги стояла черта, означающая «не имеется»; но если бы чиновникам вменялось в обязанность указывать характерные особенности внешнего облика, им достаточно было бы одного взгляда, чтобы записать: сильное сходство с ширококостной, худой, загнанной лошадью.

    В графе «особые приметы» её книжки домашней прислуги стояла черта, означающая «не имеется»; но если бы чиновникам вменялось в обязанность указывать характерные особенности внешнего облика, им достаточно было бы одного взгляда, чтобы записать: сильное сходство с ширококостной, худой, загнанной лошадью.

    — Лепорелла · книга