102 фразы Валерого Брюсова для статуса

Валерий Брюсов — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 102 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   О, сколько раз, блаженно и безгласно, В полночной мгле, свою мечту храня, Ты думала, что обнимаешь страстно — Меня! Пусть миги были тягостно похожи! Ты верила, как в первый день любя, Что я сжимаю в сладострастной дрожи — Тебя! Но лгали образы часов бессонных, И крыли тайну створы темноты: Была в моих объятьях принужденных — Не ты! Вскрыть сладостный обман мне было больно, И я молчал, отчаянье тая… Но на твоей груди лежал безвольно — Не я! О, как бы ты, страдая и ревнуя, Отпрянула в испуге предо мной, Поняв, что я клонюсь, тебя целуя, — К другой!

   О, сколько раз, блаженно и безгласно, В полночной мгле, свою мечту храня, Ты думала, что обнимаешь страстно — Меня! Пусть миги были тягостно похожи! Ты верила, как в первый день любя, Что я сжимаю в сладострастной дрожи — Тебя! Но лгали образы часов бессонных, И крыли тайну створы темноты: Была в моих объятьях принужденных — Не ты! Вскрыть сладостный обман мне было больно, И я молчал, отчаянье тая… Но на твоей груди лежал безвольно — Не я! О, как бы ты, страдая и ревнуя, Отпрянула в испуге предо мной, Поняв, что я клонюсь, тебя целуя, — К другой!
2. «

   Я отдал душу вам — на миг, и тем навек.

   Я отдал душу вам — на миг, и тем навек.
3. «

   В человеческой жизни ясно проявляются два закона: стремление к совершенствованию и жажда общения. Их источники не в мире сознания; подойти к ним можно вдохновением, не рассуждениями. В вопросах бытия неверны пути мысли; истинам нет доказательств.

   В человеческой жизни ясно проявляются два закона: стремление к совершенствованию и жажда общения. Их источники не в мире сознания; подойти к ним можно вдохновением, не рассуждениями. В вопросах бытия неверны пути мысли; истинам нет доказательств.
4. «

   Чтобы хранить большую тайну, надо иметь душу воспитанную: простым существам это не под силу.

   Чтобы хранить большую тайну, надо иметь душу воспитанную: простым существам это не под силу.

   — Наталья · книга
5. «

   Да, можно любить, ненавидя, Любить с омраченной душой, С последним проклятием видя Последнее счастье — в одной!

   Да, можно любить, ненавидя, Любить с омраченной душой, С последним проклятием видя Последнее счастье — в одной!
6. «

   Август — еще не осень, Август — уже не лето. Солнце греет не очень, Даже ленится где-то.

   Август — еще не осень, Август — уже не лето. Солнце греет не очень, Даже ленится где-то.
7. «

   Звезды закрыли ресницы, Ночь завернулась в туман; Тянутся грез вереницы, В сердце любовь и обман. Кто-то во мраке тоскует, Чьи-то рыданья звучат; Память былое рисует, В сердце — насмешка и яд. Тени забытой упреки... Ласки недавней обман... Звезды немые далеки, Ночь завернулась в туман.

   Звезды закрыли ресницы, Ночь завернулась в туман; Тянутся грез вереницы, В сердце любовь и обман. Кто-то во мраке тоскует, Чьи-то рыданья звучат; Память былое рисует, В сердце — насмешка и яд. Тени забытой упреки... Ласки недавней обман... Звезды немые далеки, Ночь завернулась в туман.
8. «

   Холод, тело тайно сковывающий, Холод, душу очаровывающий...

   Холод, тело тайно сковывающий, Холод, душу очаровывающий...
9. «

   ...и, покинув людей, я ушёл в тишину, Как мечта одинок, я мечтами живу, Позабыв обаянья бесцельных надежд, Я смотрю на мерцанья сочувственных звёзд. Есть великое счастье — познав, утаить; Одному любоваться на грёзы свои; Безответно твердить откровений слова И в пустыне следить, как восходит звезда.

   ...и, покинув людей, я ушёл в тишину, Как мечта одинок, я мечтами живу, Позабыв обаянья бесцельных надежд, Я смотрю на мерцанья сочувственных звёзд. Есть великое счастье — познав, утаить; Одному любоваться на грёзы свои; Безответно твердить откровений слова И в пустыне следить, как восходит звезда.
10. «

    Когда былые дни я вижу сквозь туман, Мне кажется всегда — то не моё былое, А лишь прочитанный восторженный роман.

    Когда былые дни я вижу сквозь туман, Мне кажется всегда — то не моё былое, А лишь прочитанный восторженный роман.
11. «

    Серебро, огни и блёстки, - Целый мир из серебра! В жемчугах горят берёзки, Чёрно-голые вчера. <...> Воплощение мечтаний, Жизни с грёзою игра, Этот мир очарований, Этот мир из серебра!

    Серебро, огни и блёстки, - Целый мир из серебра! В жемчугах горят берёзки, Чёрно-голые вчера. <...> Воплощение мечтаний, Жизни с грёзою игра, Этот мир очарований, Этот мир из серебра!
12. «

    Ты — женщина, и этим ты права.

    Ты — женщина, и этим ты права.
13. «

    Это было на улице, серой и пыльной, Где деревья бульвара склонялись бессильно, Это было на улице, серой и пыльной. ... Мы стояли с тобой молчаливо и смутно... Волновалась улица жизнью минутной. Мы стояли с тобой молчаливо и смутно.

    Это было на улице, серой и пыльной, Где деревья бульвара склонялись бессильно, Это было на улице, серой и пыльной. ... Мы стояли с тобой молчаливо и смутно... Волновалась улица жизнью минутной. Мы стояли с тобой молчаливо и смутно.
14. «

    Есть что-то строгое в её глазах, Что никогда расспросов не позволит, Но, может быть, суровость эта — страх, Что кто-нибудь к признаньям приневолит.

    Есть что-то строгое в её глазах, Что никогда расспросов не позволит, Но, может быть, суровость эта — страх, Что кто-нибудь к признаньям приневолит.
15. «

    Ты властно всех берешь в зубчатые колеса, И мелешь души всех, и веешь легкий прах. А слезы вечности кропят его, как росы… И ты стоишь, Париж, как мельница, в веках! В тебе возможности, в тебе есть дух движенья, Ты вольно окрылен, и вольных крыльев тень Ложится и теперь на наши поколенья, И стать великим днем здесь может каждый день. Плотины баррикад вонзал ты смело в стены, И замыкал поток мятущихся времен, И раздроблял его в красивых брызгах пены. Он дальше убегал, разбит, преображен. Вторгались варвары в твой сжатый круг, крушили Заветные углы твоих святых дворцов, Но был не властен меч над тайной вечной были: Как феникс, ты взлетал из дыма, жив и нов. Париж не весь в домах, и в том иль в этом лике: Он часть истории, идея, сказка, бред. Свое бессмертие ты понял, о великий, И бреду твоему исчезновенья — нет!

    Ты властно всех берешь в зубчатые колеса, И мелешь души всех, и веешь легкий прах. А слезы вечности кропят его, как росы… И ты стоишь, Париж, как мельница, в веках! В тебе возможности, в тебе есть дух движенья, Ты вольно окрылен, и вольных крыльев тень Ложится и теперь на наши поколенья, И стать великим днем здесь может каждый день. Плотины баррикад вонзал ты смело в стены, И замыкал поток мятущихся времен, И раздроблял его в красивых брызгах пены. Он дальше убегал, разбит, преображен. Вторгались варвары в твой сжатый круг, крушили Заветные углы твоих святых дворцов, Но был не властен меч над тайной вечной были: Как феникс, ты взлетал из дыма, жив и нов. Париж не весь в домах, и в том иль в этом лике: Он часть истории, идея, сказка, бред. Свое бессмертие ты понял, о великий, И бреду твоему исчезновенья — нет!
16. «

    Будущее! Интереснейший из романов! Книга, что мне не дано прочитать! Край, прикрытый прослойкой туманов! Храм, чья постройка едва начата!

    Будущее! Интереснейший из романов! Книга, что мне не дано прочитать! Край, прикрытый прослойкой туманов! Храм, чья постройка едва начата!
17. «

    Люблю одно: бродить без цели По шумным улицам, один; Люблю часы святых безделий, Часы раздумий и картин.

    Люблю одно: бродить без цели По шумным улицам, один; Люблю часы святых безделий, Часы раздумий и картин.
18. «

    Как бы ни была глубока и разнообразна любовь одного человека, он никогда не заменит того, что может дать другой.

    Как бы ни была глубока и разнообразна любовь одного человека, он никогда не заменит того, что может дать другой.

    — Наталья · книга
19. «

    Есть тонкие властительные связи Меж контуром и запахом цветка. Так бриллиант невидим нам, пока Под гранями не оживет в алмазе.

    Есть тонкие властительные связи Меж контуром и запахом цветка. Так бриллиант невидим нам, пока Под гранями не оживет в алмазе.
20. «

    Быть может, эти электроны — Миры, где пять материков, Искусства, знанья, войны, троны И память сорока веков!

    Быть может, эти электроны — Миры, где пять материков, Искусства, знанья, войны, троны И память сорока веков!