Подборка · 270 цитат автора

270 сильных цитат Владимира Рудольфовича Соловьева

Ниже 270 цитат Владимира Рудольфовича Соловьева — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

Другие размеры:10 15 20 25 30 40 50 75 100 125 150 200 250 268 269 271 272 300 все варианты

Критика без любви становится ложью.
В Америке, которая прекрасная страна, добилась очень многого, есть базовый подход: если твоего президента слишком хвалят за рубежом, это плохо. Значит, он что-то делает неправильно для своей страны. Основное заблуждение наших руководителей было страстное желание понравиться Западу, а не своему народу. Эту ошибку надо изжить раз и навсегда. Единственный, кому должен нравиться руководитель страны, это народ. А для этого нам надо сделать следующее: отказаться от многих ложных представлений, которые у нас засели в головах. В частности что нам будут с радостью подсказывать на Западе истинные и правильные пути. Если вы посмотрите методы, которыми выводила Америка свою экономику из кризиса, и сравните с теми методами, которые американские эксперты рекомендовали нам, вы очень сильно удивитесь. Диаметрально противоположный подход. И не потому что разные экономики. А потому что иные задачи. Они заинтересованы не в развитии нашей экономики. Надо прекратить быть наивными. Сегодня состоялся Совет по науке. Вот чем надо заниматься. У нас должна быть великая наука, которая должна базироваться на великом образовании, и у нас должна быть великая экономика. Не калька с довольно забавных заблуждений 70-х годов, а собственное понимание, какой должна быть экономика, чтобы страна была преуспевающей с богатым народом и с мощной армией. С выдающимся здравоохранением. И со счастливыми людьми.
В Америке, которая прекрасная страна, добилась очень многого, есть базовый подход: если твоего президента слишком хвалят за рубежом, это плохо. Значит, он что-то делает неправильно для своей страны. Основное заблуждение наших руководителей было страстное желание понравиться Западу, а не своему народу. Эту ошибку надо изжить раз и навсегда. Единственный, кому должен нравиться руководитель страны, это народ. А для этого нам надо сделать следующее: отказаться от многих ложных представлений, которые у нас засели в головах. В частности что нам будут с радостью подсказывать на Западе истинные и правильные пути. Если вы посмотрите методы, которыми выводила Америка свою экономику из кризиса, и сравните с теми методами, которые американские эксперты рекомендовали нам, вы очень сильно удивитесь. Диаметрально противоположный подход. И не потому что разные экономики. А потому что иные задачи. Они заинтересованы не в развитии нашей экономики. Надо прекратить быть наивными. Сегодня состоялся Совет по науке. Вот чем надо заниматься. У нас должна быть великая наука, которая должна базироваться на великом образовании, и у нас должна быть великая экономика. Не калька с довольно забавных заблуждений 70-х годов, а собственное понимание, какой должна быть экономика, чтобы страна была преуспевающей с богатым народом и с мощной армией. С выдающимся здравоохранением. И со счастливыми людьми.
Андрей Маркович Максимов: — Для того, чтобы стать богатым человеком — надо очень много работать! Скажи́те!? Это тяжёлый труд! Владимир Рудольфович Соловьев: — Но лучше было бы вовремя приватизировать какую-нибудь нефтяную компанию... Михаил Геннадьевич Делягин: — ... А потом рассказывать, как много ты работаешь!
Андрей Маркович Максимов: — Для того, чтобы стать богатым человеком — надо очень много работать! Скажи́те!? Это тяжёлый труд! Владимир Рудольфович Соловьев: — Но лучше было бы вовремя приватизировать какую-нибудь нефтяную компанию... Михаил Геннадьевич Делягин: — ... А потом рассказывать, как много ты работаешь!
— Андрей Максимов
А почему мы каждый раз должны находиться в положении защищающегося? С какого момента что-то пошло не так? Почему в царской России в голову никому не приходило спрашивать: а можно мы вот тут... В Советском Союзе сказали бы так, что мало не показалось. С какого момента из великой страны, которая диктовала, мы превратились чуть ли не в ученика какого-то? Который смотрит и говорит: а вот так хорошо? С того момента, когда зачем-то в Совет Европы пошли? Правильно сказал Петр Толстой — вдруг разглядел, — а что мы вообще там делаем? Зачем? С чего мы решили, что цивилизация — это они? А не мы. Извините. Вспылил. Захотелось.
А почему мы каждый раз должны находиться в положении защищающегося? С какого момента что-то пошло не так? Почему в царской России в голову никому не приходило спрашивать: а можно мы вот тут... В Советском Союзе сказали бы так, что мало не показалось. С какого момента из великой страны, которая диктовала, мы превратились чуть ли не в ученика какого-то? Который смотрит и говорит: а вот так хорошо? С того момента, когда зачем-то в Совет Европы пошли? Правильно сказал Петр Толстой — вдруг разглядел, — а что мы вообще там делаем? Зачем? С чего мы решили, что цивилизация — это они? А не мы. Извините. Вспылил. Захотелось.
Для меня очень важный момент — это теория коррупции в России. Вот все в России борются с коррупцией. А с какого момента появилась коррупция? Системной она стала с того момента, когда появились люди, которые могли взять за ручку российского чиновника или его представителя и привести его в адвокатскую контору, купить ему офшорную кампанию. Потом зайти с ним в приличный западный банк и открыть счёт на эту офшорную кампанию. Выдать членов совета директоров и дать возможность, чтобы через несколько итераций никто не спрашивал откуда деньги. Поэтому системную коррупцию в Россию в 90-е годы принёс Запад. Который был главным выгодоприобретателем. Благодаря этому открыли вот эти шлюзы, через которые триллионы хлынули из страны. Потому что если бы Запад захотел побороться с коррупцией в России, это делается просто — перекрываются счета коррупционеров, через которые перегоняются деньги на Запад, и которые не возвращаются в Россию, и из Лондона, например, выдаются сбежавшие банкиры из России, которые прекрасно на этом заработали.
Для меня очень важный момент — это теория коррупции в России. Вот все в России борются с коррупцией. А с какого момента появилась коррупция? Системной она стала с того момента, когда появились люди, которые могли взять за ручку российского чиновника или его представителя и привести его в адвокатскую контору, купить ему офшорную кампанию. Потом зайти с ним в приличный западный банк и открыть счёт на эту офшорную кампанию. Выдать членов совета директоров и дать возможность, чтобы через несколько итераций никто не спрашивал откуда деньги. Поэтому системную коррупцию в Россию в 90-е годы принёс Запад. Который был главным выгодоприобретателем. Благодаря этому открыли вот эти шлюзы, через которые триллионы хлынули из страны. Потому что если бы Запад захотел побороться с коррупцией в России, это делается просто — перекрываются счета коррупционеров, через которые перегоняются деньги на Запад, и которые не возвращаются в Россию, и из Лондона, например, выдаются сбежавшие банкиры из России, которые прекрасно на этом заработали.
Вообще Запад, кажется, взял на себя повышенные обязательства подтвердить правоту всех последних заявлений Путина. на Валдае президент сказал, что существующая модель капитализма исчерпала себя, роль государств сегодня очень велика. Глобализация не выдержала пандемии. Буквально тут же старший советник Госдепа США заявляет, что Россия может и должна нарастить поставки газа в Европу сверх закантрактованных объемов. Кому мы должны? А как же рыночная экономика? А где декларируемая Западом свобода слова? Вашингтон обвиняет фейсбук во вмешательстве в политику. Цукерберг уже требует гос-регулирования в медийной политике фейсбука. То, что сказал американский гражданин, просто фантастично. Это называется: каждое слово я понял, но вместе они не складываются. Амос Хохштейн (цитата) " У меня нет сомнения, и это подтвердило МЭА, что единственным поставщиком, способным в настоящее время крупным образом повлиять на европейскую энергетическую безопасность нынешней зимой, является Россия. Они могут увеличить объем поставок. Им следует это сделать быстро и по существующим трубопроводам. Если у России есть газ для поставок во Северному потоку -2, как они говорят, значит у них есть газ для поставок через украинскую ГТС. Думаю, США направляет значительные объемы сжиженного природного газа на рынок. Американское правительство не дает указаний нашим кампаниям кому продавать. Мы предоставляем лицензирование как для стран соглашения о свободной торговле, так и для стран, не входящих в соглашение о свободной торговле. Так что я не в том положении, чтобы указывать кампаниям кому продавать."(Конец цитаты) А почему же ты не можешь указывать своим кампаниям, а указываешь нашему государству? Не надо так обидно говорить. У нас Газпром тоже кампания. Продажей занимается не правительство, а акционерное общество. В котором много известных инвесторов. И не российских в том числе. Если рынок для всех, то он для всех. Как можно приказать государству кому продавать, если это не выгодно? Вон у Газпрома гигантские поставки в Китай. Они же не должны продавать себе в убыток. Путин четко и ясно сказал: ребята, очнитесь. Заключайте контракты, дальше будем все делать. Псаки тоже сегодня порадовала заявлением по поводу фейсбука. Т.е. Амос не может указывать что делать нефтяным кампаниям, а соц-сетям Белый дом может указывать? Так рынок или государство?
Вообще Запад, кажется, взял на себя повышенные обязательства подтвердить правоту всех последних заявлений Путина. на Валдае президент сказал, что существующая модель капитализма исчерпала себя, роль государств сегодня очень велика. Глобализация не выдержала пандемии. Буквально тут же старший советник Госдепа США заявляет, что Россия может и должна нарастить поставки газа в Европу сверх закантрактованных объемов. Кому мы должны? А как же рыночная экономика? А где декларируемая Западом свобода слова? Вашингтон обвиняет фейсбук во вмешательстве в политику. Цукерберг уже требует гос-регулирования в медийной политике фейсбука. То, что сказал американский гражданин, просто фантастично. Это называется: каждое слово я понял, но вместе они не складываются. Амос Хохштейн (цитата) " У меня нет сомнения, и это подтвердило МЭА, что единственным поставщиком, способным в настоящее время крупным образом повлиять на европейскую энергетическую безопасность нынешней зимой, является Россия. Они могут увеличить объем поставок. Им следует это сделать быстро и по существующим трубопроводам. Если у России есть газ для поставок во Северному потоку -2, как они говорят, значит у них есть газ для поставок через украинскую ГТС. Думаю, США направляет значительные объемы сжиженного природного газа на рынок. Американское правительство не дает указаний нашим кампаниям кому продавать. Мы предоставляем лицензирование как для стран соглашения о свободной торговле, так и для стран, не входящих в соглашение о свободной торговле. Так что я не в том положении, чтобы указывать кампаниям кому продавать."(Конец цитаты) А почему же ты не можешь указывать своим кампаниям, а указываешь нашему государству? Не надо так обидно говорить. У нас Газпром тоже кампания. Продажей занимается не правительство, а акционерное общество. В котором много известных инвесторов. И не российских в том числе. Если рынок для всех, то он для всех. Как можно приказать государству кому продавать, если это не выгодно? Вон у Газпрома гигантские поставки в Китай. Они же не должны продавать себе в убыток. Путин четко и ясно сказал: ребята, очнитесь. Заключайте контракты, дальше будем все делать. Псаки тоже сегодня порадовала заявлением по поводу фейсбука. Т.е. Амос не может указывать что делать нефтяным кампаниям, а соц-сетям Белый дом может указывать? Так рынок или государство?
Толпа никогда не определяет справедливость! Толпа может линчевать, толпа может разрушить Бастилию, толпа может сделать всё, что угодно, но она не подменяет собой всё равно справедливое судебное рассмотрение.
У молодежи это проблема вхождения во взрослую жизнь. И они наивно бегут от себя, думая, что в другой стране их найдут. А там обратная проблема. В той же И. очень большой процент безработицы среди молодых людей. В той же А., если ты родился не в той семье, очень трудно... Молодежь всегда бежит от себя. Молодежь приезжает, не зная реалий. И очень часто получается, что для одного таланта, за которого бьются, создают уникальные условия, а все наивно думают, что эти условия будут для всех.
У молодежи это проблема вхождения во взрослую жизнь. И они наивно бегут от себя, думая, что в другой стране их найдут. А там обратная проблема. В той же И. очень большой процент безработицы среди молодых людей. В той же А., если ты родился не в той семье, очень трудно... Молодежь всегда бежит от себя. Молодежь приезжает, не зная реалий. И очень часто получается, что для одного таланта, за которого бьются, создают уникальные условия, а все наивно думают, что эти условия будут для всех.
Старость — это не цифра в паспорте, а самоощущение.
В России власть может быть любой, кроме слабой. Сейчас надо очень четко понимать: там, где власть проявляет характер, со страной ничего не происходит. А если у власти есть воля, появляется и инструментарий для реализации воли. В нашей истории были такие примеры, я имею в виду не 37 год. Поэтому надо прийти в чувство, в том числе и власти, понять, что это не шуточки, и что нам действительно объявлена война.
В России власть может быть любой, кроме слабой. Сейчас надо очень четко понимать: там, где власть проявляет характер, со страной ничего не происходит. А если у власти есть воля, появляется и инструментарий для реализации воли. В нашей истории были такие примеры, я имею в виду не 37 год. Поэтому надо прийти в чувство, в том числе и власти, понять, что это не шуточки, и что нам действительно объявлена война.
Мы забываем, что в центре находится Господь, и человек — его творение. А мы почему-то считаем абсолютно святыми и неизменными некие временные формы организации человеческого общества. И мы начинаем придавать сакральность по сути не сакральным вещам. Вот как сейчас мы носимся с понятием демократия, которое, если посмотреть на всю глубину существования человеческого общества, позолота. Т.е. ничто. Но мы, играя в слова, пытаемся все время придумать себе вслед за Фукуямой некий конец истории. Что выглядит очень наивно, учитывая, что были ребята поумнее, которые писали о конце Европы, о закате Европы.
Мы забываем, что в центре находится Господь, и человек — его творение. А мы почему-то считаем абсолютно святыми и неизменными некие временные формы организации человеческого общества. И мы начинаем придавать сакральность по сути не сакральным вещам. Вот как сейчас мы носимся с понятием демократия, которое, если посмотреть на всю глубину существования человеческого общества, позолота. Т.е. ничто. Но мы, играя в слова, пытаемся все время придумать себе вслед за Фукуямой некий конец истории. Что выглядит очень наивно, учитывая, что были ребята поумнее, которые писали о конце Европы, о закате Европы.
Разрыв поколений — это то, что сейчас произошло на Западе. BWL — это в основном молодежь. Если посмотреть, что сейчас происходит в Германии, Франции, Англии — разрыв поколенческий, разрыв ценностный. Они заигрались настолько, что они не могут передать по наследству базовые принципы построения своих государств. именно поэтому мы в скором времени увидим совсем другую Европу. И отнюдь не только и не столько мусульманскую. Совсем другую Великобританию. Мы уже видим четыре Америки. Они не понимают, в какие игры они заигрались. Уже давно нет демократических свобод, о которых они говорили.
Разрыв поколений — это то, что сейчас произошло на Западе. BWL — это в основном молодежь. Если посмотреть, что сейчас происходит в Германии, Франции, Англии — разрыв поколенческий, разрыв ценностный. Они заигрались настолько, что они не могут передать по наследству базовые принципы построения своих государств. именно поэтому мы в скором времени увидим совсем другую Европу. И отнюдь не только и не столько мусульманскую. Совсем другую Великобританию. Мы уже видим четыре Америки. Они не понимают, в какие игры они заигрались. Уже давно нет демократических свобод, о которых они говорили.
Мы чего-то несправедливо требуем от Европы. Ну давайте вспомним. Когда вся прогрессивная Европа сначала с радостью отдала все, что хотел Гитлер. Они же ему рукоплескали. Они отдали ему евреев на растерзание. Сказав, что это не их головная боль. Отдали Чехословакию на растерзание. Сказав, что таким образом замиряют. У них было какое-то чувство вины? Они преподносят де-нацификацию Германии как достижение. А с Австрией как? А с Францией как? С Бельгией? Мало этого. Франция стала страной-победительницей. И мы знаем почему. Потому что де Голль приехал и настолько понравился Сталину, что произошел этот фортель. Хотя если мы сравним сколько французов воевало, доблестно в Нормандия — Неман, и сколько воевало в разнообразных частях, имеющих отношение к нацистским полчищам, это сравнение никому не понравится. Я уже не говорю про дивизию Шарлемань, которая билась в Берлине.
Мы чего-то несправедливо требуем от Европы. Ну давайте вспомним. Когда вся прогрессивная Европа сначала с радостью отдала все, что хотел Гитлер. Они же ему рукоплескали. Они отдали ему евреев на растерзание. Сказав, что это не их головная боль. Отдали Чехословакию на растерзание. Сказав, что таким образом замиряют. У них было какое-то чувство вины? Они преподносят де-нацификацию Германии как достижение. А с Австрией как? А с Францией как? С Бельгией? Мало этого. Франция стала страной-победительницей. И мы знаем почему. Потому что де Голль приехал и настолько понравился Сталину, что произошел этот фортель. Хотя если мы сравним сколько французов воевало, доблестно в Нормандия — Неман, и сколько воевало в разнообразных частях, имеющих отношение к нацистским полчищам, это сравнение никому не понравится. Я уже не говорю про дивизию Шарлемань, которая билась в Берлине.
Маргарита Симоньян: — Такие приговоры, как приговор защитнику мальчишек от педофила, которого теперь называют «убийцей педофила»... это даже звучит как оксиморон, такие приговоры кастрируют общество! Сергей Михеев: — Конечно — демотивируют! Маргарита Симоньян: — Они показывают всем остальным мужчинам, что вот эти вот ваши вторичные половые признаки... [не нужны]. Сергей Михеев: — Что это не твоё дело! Да! Это не твоё дело! Лучше отойди! Владимир Соловьев: — Лучше не трогать! Лучше отвернуться! Маргарита Симоньян: — Это хуже, чем растление общества. Это лишает мужчин возможности быть мужчинами! Я не хочу в таком обществе жить. Сергей Михеев: — А потому что, Маргарита, к сожалению есть у нас и педофилическое лобби, есть и гомосексуальное лобби! Есть лобби всех извращенцев, какие только можно придумать! Есть оно! И поэтому законы многие тормозятся годами! Владимир Соловьев: — И только попробуйте их тронуть! Только попробуйте их тронуть — Европа будет вводить санкции за нарушение прав человека. Сразу! Сергей Михеев: — Владимир, вот пока мы будем думать о Европе, и о том, что и куда она будет вводить — от нас нихрена не останется!
Маргарита Симоньян: — Такие приговоры, как приговор защитнику мальчишек от педофила, которого теперь называют «убийцей педофила»... это даже звучит как оксиморон, такие приговоры кастрируют общество! Сергей Михеев: — Конечно — демотивируют! Маргарита Симоньян: — Они показывают всем остальным мужчинам, что вот эти вот ваши вторичные половые признаки... [не нужны]. Сергей Михеев: — Что это не твоё дело! Да! Это не твоё дело! Лучше отойди! Владимир Соловьев: — Лучше не трогать! Лучше отвернуться! Маргарита Симоньян: — Это хуже, чем растление общества. Это лишает мужчин возможности быть мужчинами! Я не хочу в таком обществе жить. Сергей Михеев: — А потому что, Маргарита, к сожалению есть у нас и педофилическое лобби, есть и гомосексуальное лобби! Есть лобби всех извращенцев, какие только можно придумать! Есть оно! И поэтому законы многие тормозятся годами! Владимир Соловьев: — И только попробуйте их тронуть! Только попробуйте их тронуть — Европа будет вводить санкции за нарушение прав человека. Сразу! Сергей Михеев: — Владимир, вот пока мы будем думать о Европе, и о том, что и куда она будет вводить — от нас нихрена не останется!
— Маргарита Симоновна Симоньян
Я, кстати, недоволен судом. Обычно такие дела — сколько? Полчаса? Час? 15 минут? Нарушили? Домой! Элеонора! Домой! Это уже стало мемом. А здесь — несколько часов, дают высказаться, Доходит до клоунады со стороны берлинского пациента. Чего рассюсюкивать.? У человека 60 нарушений.
Я, кстати, недоволен судом. Обычно такие дела — сколько? Полчаса? Час? 15 минут? Нарушили? Домой! Элеонора! Домой! Это уже стало мемом. А здесь — несколько часов, дают высказаться, Доходит до клоунады со стороны берлинского пациента. Чего рассюсюкивать.? У человека 60 нарушений.
Когда политик принимает решения, не руководствуясь соображениями близстоящих выборов, а руководствуясь какими-то совершенно иными подходами, собственными принципами, то он переходит из разряда политиков в разряд государственных деятелей.
Когда политик принимает решения, не руководствуясь соображениями близстоящих выборов, а руководствуясь какими-то совершенно иными подходами, собственными принципами, то он переходит из разряда политиков в разряд государственных деятелей.
То, что мы видим — это осознанная атака на Россию. ведется атака на президента Путина. Видно как это делается. Не получается. Потому что народ совершенно по-другому относится к президенту. Запредельная ложь удивляет. Такая степень безнаказанности и наглости. Ложь — во всех деталях. Они подвергают жизнь людей колоссальной угрозе. Европа в такой ситуации ведет себя гораздо жестче. Нам надо видеть сущность происходящего. Им нужны жертвы, нужна кровь, им нужна дискредитация государства и его руководителей. В чьих интересах? В интересах российского народа? Нет. В интересах вполне понятных западных заказчиков. Которые не жалеют денег. Давайте называть вещи своими именами. Хватит играться в партнеров и коллег.
То, что мы видим — это осознанная атака на Россию. ведется атака на президента Путина. Видно как это делается. Не получается. Потому что народ совершенно по-другому относится к президенту. Запредельная ложь удивляет. Такая степень безнаказанности и наглости. Ложь — во всех деталях. Они подвергают жизнь людей колоссальной угрозе. Европа в такой ситуации ведет себя гораздо жестче. Нам надо видеть сущность происходящего. Им нужны жертвы, нужна кровь, им нужна дискредитация государства и его руководителей. В чьих интересах? В интересах российского народа? Нет. В интересах вполне понятных западных заказчиков. Которые не жалеют денег. Давайте называть вещи своими именами. Хватит играться в партнеров и коллег.
Для России самое важное — это национальные интересы России и россиян. Национальные интересы нашего государства. И если нам кто-то заявляет, что они наш союзник, как например замечательная братская, обожаемая мною, Армения, но при этом заявляет, что наши СМИ должны быть там на правах непонятно кого, то мы уверены, что это — союзническое отношение к нам? Если страна, которая заявляет, что находится с нами в союзном государстве, берет 33 богатыря в заложники и позволяет себе такую риторику, которую американцы себе не позволяют, то мы что, должны утереться и забыть? И говорить, что есть стратегические интересы? А с чего мы решили, что мы одинаково смотрим на будущее? <...> Хватит позволять собой играть. Хватит делать ошибки 90-х. Надо переосмыслить свои подходы, в том числе и во внешней политике по отношению к нашему ближнему зарубежью, осознать с кем мы имеем дело. Не только на уровне политических лидеров, но и на уровне общественных интересов, движений, структур, внимательно работать с людьми, внимательно их слушать, и помнить об одном: национальные интересы России для нашей страны должны быть превалирующими. Так и только так. А кто наших граждан хоть пальцем тронет, или возьмет в заложники, должен понимать, что он столкнется со всей мощью Российского государства. Мы всегда заявляли, что мы своих не бросаем. Это не значит, что наша реакция должна быть истеричной и суетливой. Но мы ничего не должны забывать и делать все возможное, чтобы ни у кого не было никаких иллюзий, что будто мы страна пятого мира, о которую можно вытирать ноги. Давайте придем в себя и посмотрим, кто нам друг, кто нам враг.
Для России самое важное — это национальные интересы России и россиян. Национальные интересы нашего государства. И если нам кто-то заявляет, что они наш союзник, как например замечательная братская, обожаемая мною, Армения, но при этом заявляет, что наши СМИ должны быть там на правах непонятно кого, то мы уверены, что это — союзническое отношение к нам? Если страна, которая заявляет, что находится с нами в союзном государстве, берет 33 богатыря в заложники и позволяет себе такую риторику, которую американцы себе не позволяют, то мы что, должны утереться и забыть? И говорить, что есть стратегические интересы? А с чего мы решили, что мы одинаково смотрим на будущее? <...> Хватит позволять собой играть. Хватит делать ошибки 90-х. Надо переосмыслить свои подходы, в том числе и во внешней политике по отношению к нашему ближнему зарубежью, осознать с кем мы имеем дело. Не только на уровне политических лидеров, но и на уровне общественных интересов, движений, структур, внимательно работать с людьми, внимательно их слушать, и помнить об одном: национальные интересы России для нашей страны должны быть превалирующими. Так и только так. А кто наших граждан хоть пальцем тронет, или возьмет в заложники, должен понимать, что он столкнется со всей мощью Российского государства. Мы всегда заявляли, что мы своих не бросаем. Это не значит, что наша реакция должна быть истеричной и суетливой. Но мы ничего не должны забывать и делать все возможное, чтобы ни у кого не было никаких иллюзий, что будто мы страна пятого мира, о которую можно вытирать ноги. Давайте придем в себя и посмотрим, кто нам друг, кто нам враг.
... ключевой момент. Принципиальное разногласие и непонимание наших американистов и наших политиков. Мы каждый раз считаем, что американцы мыслят примерно как мы. Поэтому каждый раз когда мы садимся за стол переговоров, то... ну мы же договорились. А у американцев этого нет. Они — прагматики. И они договариваются исключительно по тому вопросу, который обсуждают. Ни влево ни вправо. И когда что-то вдруг мы делаем для них хорошее, и ждем от них ответа, они не понимают вообще, о чем мы говорим. Нам надо вот это осознать.
... ключевой момент. Принципиальное разногласие и непонимание наших американистов и наших политиков. Мы каждый раз считаем, что американцы мыслят примерно как мы. Поэтому каждый раз когда мы садимся за стол переговоров, то... ну мы же договорились. А у американцев этого нет. Они — прагматики. И они договариваются исключительно по тому вопросу, который обсуждают. Ни влево ни вправо. И когда что-то вдруг мы делаем для них хорошее, и ждем от них ответа, они не понимают вообще, о чем мы говорим. Нам надо вот это осознать.
Вспоминая 90-е и дискуссии, которые велись, я хорошо помню, как шло противопоставление национального государства и империи. И нам объясняли, что возможно существование только внутри национального государства. Не случайно линия разлома шла по национальным республикам. И подразумевалось, что это дробление будет продолжаться. Что этому помешало, или по крайней мере приостановило? Само понятие русский — понятие соборное, над-этническое. И здесь раскол не удался. Хотя к этому шли. Поэтому форма существования русского народа и русской культуры единственно которая есть — имперская. Поэтому, несмотря на любые ошибки политиков, воспроизводит на новом историческом витке собирание народа. Как сбитый ртутный градусник, и постепенно ртуть собирается. Вот так и имперский народ.
Вспоминая 90-е и дискуссии, которые велись, я хорошо помню, как шло противопоставление национального государства и империи. И нам объясняли, что возможно существование только внутри национального государства. Не случайно линия разлома шла по национальным республикам. И подразумевалось, что это дробление будет продолжаться. Что этому помешало, или по крайней мере приостановило? Само понятие русский — понятие соборное, над-этническое. И здесь раскол не удался. Хотя к этому шли. Поэтому форма существования русского народа и русской культуры единственно которая есть — имперская. Поэтому, несмотря на любые ошибки политиков, воспроизводит на новом историческом витке собирание народа. Как сбитый ртутный градусник, и постепенно ртуть собирается. Вот так и имперский народ.

20 из 270