— Войной пахнет? Не в Афганистане, а у нас, здесь. (вопрос Владимира Соловьева) — Войной не пахнет. Это не война. Враждебные действия по отношению к России — это постоянный исторический факт. Несколько сот лет, если не больше.
Почему вы называете это мягкой силой? Мне пытаются навязать свои национальные интересы, и все. Они пытаются поменять национальные интересы других стран, или правительство, или режим. Значит, это не сила. Почему нужно пользоваться этим словом для маскировки, чтобы затушевать грубую силу против интересов государства? На силу отвечают силой. Мягкая сила — это эмбарго. Мягкая сила — это финансовое удушение. Россия этого никогда не предпринимала. Потому что Россия по-другому смотрит. У России есть другие преимущества. Применение мягкой силы, угрожающей государству, это та же война. И тогда надо защищаться.
В иврите есть слово, которое на русском языке называется «совесть», на иврите — это «мацпун». Иврит — язык древний. <...> И вот на иврите есть другое слово — «мацпэн» — это «компас». И это не зря слова «совесть» и «компас» на иврите однокоренные. Совесть — это компас жизни, который указывает правильное направление.
В отношении национального самосознания. Если бы у нас не было национального самосознания, которое мы определили еще две с лишним тысячи лет назад, то не было бы и народа. Это и является основной народо-образующей базой. Идеология. На определенном этапе она была нашей религией. Между религией и идеологией разница очень маленькая. Сталин понимал в этом больше всего.
Американцы знают историю еще хуже, чем географию. А понимают в ней еще меньше. История и Соединенные Штаты — это две вещи, которые никогда и нигде не встречаются.
Американская, то, что вы называете идеология — это просто попытка разрушить все устои тех стран, против которых они борются. Основная цель американской борьбы, и мы об этом говорили, это то, что определил Джордж Кеннан в 1948 году. «У нас 50% мирового богатства, у нас 6,3% населения, наша стратегическая цель — сохранить это состояние» Все остальное — это демагогия. Правдой или неправдой, войнами или не войнами — не дать развиваться человечеству так, чтобы было перераспределение богатств, которые создают другие народы, чтобы они обогащались и достигали того уровня развития, которого достигли эти страны. Россия и Китай бросают вызов существующему порядку. А существующий порядок — это когда Запад и США сосредотачивают в своих руках наибольшее богатство, наибольшую власть, наибольшую силу.
Интересно послушать выступление Байдена. Если снять всю шелуху. Как он определил основную опасность для США? Внутреннее положение. Внутренние проблемы являются основной опасностью для США. Он сказал: мы не будем больше прибегать к военным методам. Это не то, что он вдруг прозрел и внял пророкам библейским. Нет. Просто сил нет.
Надо заметить два момента в мнении о Сталине. Первое. Чем больше публикуется о нем информации, тем больше растет его популярность. Невозможно говорить о том, что люди судят о Сталине под влиянием какой-то пропаганды. Или промывания мозгов. Количество и разнообразие пропаганды достаточно, и никто ее не направляет и не подавляет. Второе. Произошла корреляция. А если бы спросили, те, кто против Сталина, кто критикует Сталина, как они относятся к России вообще. И к этому государству. Почти все они отрицают это государство. За редким исключением. И поэтому создается мнение, что люди используют образ Сталина и те несомненные трагические события, которые с ним связаны, для того, чтобы вести пропаганду рософобии, против России. И эта корреляция врагов России, которая в народе определяется как предатели России, автоматически переходит на тех, кто выступает с критикой Сталина. Если бы подходили к этому объективно, как делают французы, подходя к исторической личности, оценивая его объективно, не внося в это политику, не пытаясь на этом дискредитировать страну вообще, народ и государство. Во Франции императора не выбросили из пантеона. А здесь — выбросили. Это говорит о культуре Сегодня люди относятся к Сталину и и видят в нем положительное, они защищают себя и свою страну от тех, кого они считают врагами, от тех, кто страны не хотят, от тех, для кого Сталин — только предлог и инструмент. Объективной оценки роли Сталина пока еще не делают. Каждый пытается на этом заработать политический капитал. Отрицательный или положительный. Шельмовать Россию, дискредитировать Россию, доказывать, что это государство никогда настоящим государством не было и все достижения России, которые были сделаны в эпоху власти Сталина, это все обман и преступления. Народ не может поверить в то, что живет в государстве, созданном обманом и преступлением. Это естественное сопротивление народа. Иначе он бы не выжил. Именно в этом причина роста популярности Сталина. Мнение выражается не за Сталина, а за себя и свою страну, свой народ. .
Надо трезво оценивать свои силы. Надо абсолютно четко знать, а какова цель противника. И надо очень четко представлять себе, что нельзя поддаваться желаниям, иллюзиям, надеждам.
То, что крестьяне из колхозов не хотели воевать за Сталина, — историческая подтасовка. Не брали в руки оружие полтора миллиона человек, чтобы воевать против Сталина — они это сделали, чтобы не сдохнуть в нацистских лагерях. За хлеб. Это была их единственная возможность выжить. Потому что нигде так не умирали пленные, как в нацистских лагерях — их просто морили голодом. Они бы пошли воевать против кого угодно.
Но более опасная проблема — она другая. А кто сегодня борется за президентскую власть в Соединённых штатах? Я скажу очень грубо, но это будет очень точно. А борьба идёт между неграмотным жлобом и маразматиком. В полном смысле этого слова. Потому что так это определили американцы. <...> Так вот эти люди должны решать проблемы Соединённых штатов, которых никогда не было, по их остроте, по их сложности; в обществе, которое разорвано на несколько частей; с экономикой, которая стоит на пороге Великой депрессии; после эпидемии, которая доказала неспособность американской системы работать и пытаться решать какие-то национальные проблемы на общегосударственном уровне.
Я никогда не представлял правительство Израиля с тех пор, как оставил государственную службу. В отношении отношений Израиля и Украины... На мой взгляд, моё правительство проявляет излишнюю терпимость к проявлениям антисемитизма и возрождению нацизма, к почитанию бывших нацистов на Украине. <...> Это моя личная точка зрения. Но моё правительство иногда делает вещи, которые с моральной точки зрения — я их не принимаю, как, например, — непризнание геноцида армян. Моя страна это не признала, и Соединённые Штаты тоже. Я считаю — это аморально. Такие же элементы есть и в отношениях между Израилем и Украиной.
Понятие цивилизация означает принятие каких-то норм, законов. А нормы и законы — это ограничения, чего делать нельзя. Трагедия того, что называют европейской цивилизацией — то, что все нормы сломаны. Нет норм и законов. Когда нет норм и законов, и ограничений, кончается цивилизация. И поскольку Европа сегодня дошла до того, что она не могла трансформировать законы, приспособить их к сегодняшнему дню, она их просто отметает, выбрасывает. А без законов, без норм цивилизации нет. Это варварство.
Россия — удивительная страна. Нет ни одной страны в мире, которая так любит втаптывать свою историю, поливать ее грязью, вытирать об неё ноги. Нет у вас ни одного правителя за вашу историю, которого бы не оболгали, не испохабили, не обвинили во всех грехах, не демонизировали. Даже у евреев такого нет. Сталин был жестоким человеком. Но жестокость не была его самоцелью — это был инструмент, другого он не нашёл. А мог найти, была альтернатива Сталину? Троцкий? Да Троцкому было наплевать на Россию. И 90 процентам большевиков, независимо от их происхождения, было наплевать на Россию. И русским тоже. Сталин оказался единственным, которому была дорога Россия. Грузинский семинарист! Но он любил Россию — по-своему.
Когда вступает государство в какую-то международную организацию, оно берет на себя обязательство исполнять его решения. Поэтому если все решения этой международной организации, в которую вступает Россия, все равно будут против государства, то какой смысл в ней находиться, принимая на себя обязательства исполнять все решения против самих себя? Вот этой логики я не понимаю.