298 цитат Жана-Батиста Мольера, которые цепляют

Подборка из 298 цитат Жана-Батиста Мольера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Нет, лучше даром вы не тратьте вашей злости. Старанья ваши свет не могут изменить!.. Раз откровенность так вы начали ценить, Позвольте мне сказать вам откровенно: Причуды ваши все вредят вам несомненно; Ваш гнев, обрушенный на общество, у всех Без исключения лишь вызывает смех.

   Нет, лучше даром вы не тратьте вашей злости. Старанья ваши свет не могут изменить!.. Раз откровенность так вы начали ценить, Позвольте мне сказать вам откровенно: Причуды ваши все вредят вам несомненно; Ваш гнев, обрушенный на общество, у всех Без исключения лишь вызывает смех.

   — Филинт · книга
2. «

   Для влюбленных Страсти законы, Нежные цепи — свободы милей.

   Для влюбленных Страсти законы, Нежные цепи — свободы милей.

   — Флора · книга
3. «

   Вправе ли вы гордиться своим происхождением? И что сделали вы, чтобы оправдать своё звание дворянина? Вы думаете, что для этого достаточно носить громкое имя и иметь герб? И неужели благородство происхождения что-либо значит при таком бесчестном образе жизни? Нет, нет, происхождение — ничто без добродетели! Мы причастны к славе наших предков лишь тогда, когда стараемся походить на них. И лучи их славы, падающие на нас, обязывают нас блюсти свою честь, следовать по их стопам и не ронять их высоких доблестей, если мы хотим считать себя их достойными потомками. Ничего не значит, что вы происходите от своих предков; они отреклись бы от вас, и всё, чем они себя прославили, не даст вам никаких преимуществ. Напротив, в блеске их доблести ваше бесчестие ещё чернее. Слава их — это светоч, ярко озаряющий всю гнусность ваших поступков. И знайте, наконец, что дворянин, ведущий дурной образ жизни, — чудовище, что чистота нравов — первое условие истинного благородства и что я меньше обращаю внимания на имя, которым человек подписывается, чем на дела, которые он совершает, и выше ставлю сына какого-нибудь ключника, если он честный человек, чем сына монарха, если он живёт, как вы.

   Вправе ли вы гордиться своим происхождением? И что сделали вы, чтобы оправдать своё звание дворянина? Вы думаете, что для этого достаточно носить громкое имя и иметь герб? И неужели благородство происхождения что-либо значит при таком бесчестном образе жизни? Нет, нет, происхождение — ничто без добродетели! Мы причастны к славе наших предков лишь тогда, когда стараемся походить на них. И лучи их славы, падающие на нас, обязывают нас блюсти свою честь, следовать по их стопам и не ронять их высоких доблестей, если мы хотим считать себя их достойными потомками. Ничего не значит, что вы происходите от своих предков; они отреклись бы от вас, и всё, чем они себя прославили, не даст вам никаких преимуществ. Напротив, в блеске их доблести ваше бесчестие ещё чернее. Слава их — это светоч, ярко озаряющий всю гнусность ваших поступков. И знайте, наконец, что дворянин, ведущий дурной образ жизни, — чудовище, что чистота нравов — первое условие истинного благородства и что я меньше обращаю внимания на имя, которым человек подписывается, чем на дела, которые он совершает, и выше ставлю сына какого-нибудь ключника, если он честный человек, чем сына монарха, если он живёт, как вы.

   — Дон Жуан, или Каменный гость · книга
4. «

   Поскольку дух оказывает значительное влияние на плоть и именно в нем зачастую причина многих болезней, я придерживаюсь обычая исцелить недуги духовные прежде, нежели телесные.

   Поскольку дух оказывает значительное влияние на плоть и именно в нем зачастую причина многих болезней, я придерживаюсь обычая исцелить недуги духовные прежде, нежели телесные.

   — Клитандр · книга
5. «

   Вам с вашей мягкостью разделаться пора бы. Мужчина ль вы? И как могли вы стать столь слабы, Чтоб полную во всем жене давая власть, Так под ярмо ее безропотно подпасть?

   Вам с вашей мягкостью разделаться пора бы. Мужчина ль вы? И как могли вы стать столь слабы, Чтоб полную во всем жене давая власть, Так под ярмо ее безропотно подпасть?

   — Арист · книга
6. «

   Да, мило мне невежество с тех пор, Как разглядел иных ученых я в упор.

   Да, мило мне невежество с тех пор, Как разглядел иных ученых я в упор.

   — Клитандр · книга
7. «

   Быть может служат нам людские надостатки, Чтоб философии в нас развивать зачатки, Для добродетели занятья выше нет! Когда бы честностью был одарен весь свет И были все сердца чисты ти благородны, То добродетели нам стали б непригодны.

   Быть может служат нам людские надостатки, Чтоб философии в нас развивать зачатки, Для добродетели занятья выше нет! Когда бы честностью был одарен весь свет И были все сердца чисты ти благородны, То добродетели нам стали б непригодны.

   — Филинт · книга
8. «

   Ту страсть любовную, что в сердце возникает, Не добродетели ее ведь порождают!..

   Ту страсть любовную, что в сердце возникает, Не добродетели ее ведь порождают!..

   — Генриетта · книга
9. «

   «Суть в том, что женщины достаточно умны, Коль могут различить, где куртка, где штаны» - Так наши в старину говаривали предки, А их суждения, по мне, довольно метки.

   «Суть в том, что женщины достаточно умны, Коль могут различить, где куртка, где штаны» - Так наши в старину говаривали предки, А их суждения, по мне, довольно метки.

   — Кризаль · книга
10. «

    Приходит с любовью печаль, Заботы преследуют нас, Но горем платить нам не жаль За счастья промчавшийся час.

    Приходит с любовью печаль, Заботы преследуют нас, Но горем платить нам не жаль За счастья промчавшийся час.

    — Зефир · книга
11. «

    Ты подарил мне жизнь (а жизнь — благой удел), Но мне ль благодарить за этот дар любимый, Коль сделал эту жизнь ты мне невыносимой?

    Ты подарил мне жизнь (а жизнь — благой удел), Но мне ль благодарить за этот дар любимый, Коль сделал эту жизнь ты мне невыносимой?

    — Миртил · книга
12. «

    Мне часто приходится слышать, что шутки с небом — плохие шутки, вольнодумцы никогда не кончали добром.

    Мне часто приходится слышать, что шутки с небом — плохие шутки, вольнодумцы никогда не кончали добром.

    — Сганарель · книга
13. «

    Вы знаете, что рок сильнее нас, Что спорить нам нельзя с богами.

    Вы знаете, что рок сильнее нас, Что спорить нам нельзя с богами.

    — Психея · книга
14. «

    Повеселиться нам пора, И пошутить, и посмеяться. Ведь шутка — все должны признаться - Едва ль не лучшая игра.

    Повеселиться нам пора, И пошутить, и посмеяться. Ведь шутка — все должны признаться - Едва ль не лучшая игра.

    — Мом · книга
15. «

    Я вовсе не храбрец, но буду им казаться!

    Я вовсе не храбрец, но буду им казаться!

    — Созий · книга
16. «

    Мы станем всех судить по нашим же законам. Все подчинятся нам: прозаик и поэт - Раз он не наш, то в нем ума, конечно, нет. Мы ко всему всегда найдем предлог придраться, Чтоб мы одни могли талантами считаться.

    Мы станем всех судить по нашим же законам. Все подчинятся нам: прозаик и поэт - Раз он не наш, то в нем ума, конечно, нет. Мы ко всему всегда найдем предлог придраться, Чтоб мы одни могли талантами считаться.

    — Арманда · книга
17. «

    Оставь, отец, прошу, свои нравоученья!

    Оставь, отец, прошу, свои нравоученья!

    — Миртил · книга
18. «

    Любовь — великий учитель.

    Любовь — великий учитель.
19. «

    Итак, различные себе поставив цели, Мы обе с матери пример бы взять сумели: Вы — высотой души, огнем стремлений тех, Я — плотью чувственной и грубостью утех. Вы — проявлением духовности и света, Я — проявлением того, что в плоть одето.

    Итак, различные себе поставив цели, Мы обе с матери пример бы взять сумели: Вы — высотой души, огнем стремлений тех, Я — плотью чувственной и грубостью утех. Вы — проявлением духовности и света, Я — проявлением того, что в плоть одето.

    — Генриетта · книга
20. «

    Нет ничего отраднее, принцесса, великих посулов этих блистательных наук. Все превращать в золото; продлевать жизнь до бесконечности; исцелить словами, заставить кого угодно полюбить вас, знать все тайны будущего — все это без сомнения прекрасно, и есть люди, для которых не составляет никакого труда все это уразуметь. Но, признаюсь, моему грубому уму трудновато понять это и в это поверить. Мне всегда казалось, что это неосуществимо именно потому, что уж очень все это заманчиво.

    Нет ничего отраднее, принцесса, великих посулов этих блистательных наук. Все превращать в золото; продлевать жизнь до бесконечности; исцелить словами, заставить кого угодно полюбить вас, знать все тайны будущего — все это без сомнения прекрасно, и есть люди, для которых не составляет никакого труда все это уразуметь. Но, признаюсь, моему грубому уму трудновато понять это и в это поверить. Мне всегда казалось, что это неосуществимо именно потому, что уж очень все это заманчиво.

    — Сострат · книга