110 цитат из книги «Фёдор Михайлович Достоевский. Подросток», ставших крылатыми

Ниже 110 цитат из книги «Фёдор Михайлович Достоевский. Подросток»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   О, мы искренно хотим быть честными, уверяю вас, но только мы всё откладываем. А годы идут – и всё лучшие годы!

   О, мы искренно хотим быть честными, уверяю вас, но только мы всё откладываем. А годы идут – и всё лучшие годы!

   — Тришатов · книга
2. «

   Если б я был стомиллионный богач, я бы, кажется, находил удовольствие именно ходить в самом стареньком платье и чтоб меня принимали за человека самого мизерного, чуть не просящего на бедность, толкали и презирали меня: с меня было бы довольно одного сознания.

   Если б я был стомиллионный богач, я бы, кажется, находил удовольствие именно ходить в самом стареньком платье и чтоб меня принимали за человека самого мизерного, чуть не просящего на бедность, толкали и презирали меня: с меня было бы довольно одного сознания.

   — Аркадий Долгорукий · книга
3. «

   — Что тебе делать? Прочти десять заповедей: там все это навеки прописано. — Что я один-то сделаю с вашими десятью заповедями? — А ты их исполни, несмотря на все твои вопросы и сомнения, и будешь человеком великим.

   — Что тебе делать? Прочти десять заповедей: там все это навеки прописано. — Что я один-то сделаю с вашими десятью заповедями? — А ты их исполни, несмотря на все твои вопросы и сомнения, и будешь человеком великим.

   — Андрей Петрович Версилов · книга
4. «

   Я еще в детстве выучил наизусть монолог скупого рыцаря у Пушкина; Выше этого, по идее, Пушкин ничего не производил!

   Я еще в детстве выучил наизусть монолог скупого рыцаря у Пушкина; Выше этого, по идее, Пушкин ничего не производил!

   — Аркадий Долгорукий · книга
5. «

   Все хорошо — именно значило у ней, коли «все по-прежнему». Только бы не изменялось, только бы нового чего не произошло, хотя бы даже счастливого!..

   Все хорошо — именно значило у ней, коли «все по-прежнему». Только бы не изменялось, только бы нового чего не произошло, хотя бы даже счастливого!..

   — Аркадий Долгорукий · книга
6. «

   Вся цель моей жизни — уединение. Кроме уединения мне нужно и могущество.

   Вся цель моей жизни — уединение. Кроме уединения мне нужно и могущество.

   — Аркадий Долгорукий · книга
7. «

   Моя идея, это — стать Ротшильдом. Стать также богатым, как Ротшильд; не просто богатым, а именно как Ротшильд.

   Моя идея, это — стать Ротшильдом. Стать также богатым, как Ротшильд; не просто богатым, а именно как Ротшильд.

   — Аркадий Долгорукий · книга
8. «

   Желание соврать с целью осчастливить своего ближнего, ты встретишь даже и в самом порядочном нашем обществе, ибо все мы страдаем этою невоздержанностью сердец наших.

   Желание соврать с целью осчастливить своего ближнего, ты встретишь даже и в самом порядочном нашем обществе, ибо все мы страдаем этою невоздержанностью сердец наших.

   — Андрей Петрович Версилов · книга
9. «

   Сколько угрюмых лиц простонародья, торопливо возвращающегося в углы свои с работы и промыслов! У всякого своя угрюмая забота на лице и ни одной-то, может быть, общей, всесоединяющей мысли в этой толпе. Все врознь.

   Сколько угрюмых лиц простонародья, торопливо возвращающегося в углы свои с работы и промыслов! У всякого своя угрюмая забота на лице и ни одной-то, может быть, общей, всесоединяющей мысли в этой толпе. Все врознь.

   — Аркадий Долгорукий · книга
10. «

    Спрашивать денег — прегадкая история, даже жалованье, если чувствуешь где-то в складках совести, что их не совсем заслужил.

    Спрашивать денег — прегадкая история, даже жалованье, если чувствуешь где-то в складках совести, что их не совсем заслужил.

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
11. «

    Я, верите ли, ни в чем себя удержать не могу. Вот скажите мне, что мне уж больше не обедать по ресторанам, и я на все готов, чтобы только обедать. О, мы искренно хотим быть честными, уверяю вас, но только мы все откладываем.

    Я, верите ли, ни в чем себя удержать не могу. Вот скажите мне, что мне уж больше не обедать по ресторанам, и я на все готов, чтобы только обедать. О, мы искренно хотим быть честными, уверяю вас, но только мы все откладываем.

    — Тришатов · книга
12. «

    Утро было холодное, и на всем лежал сырой, молочный туман. Не знаю почему, но раннее, деловое, петербургское утро, несмотря на чрезвычайно скверный свой вид, мне всегда нравится, и весь этот спешащий по своим делам, эгоистичный и всегда задумчивый люд имеет для меня, в восьмом часу утра, нечто особенно привлекательное.

    Утро было холодное, и на всем лежал сырой, молочный туман. Не знаю почему, но раннее, деловое, петербургское утро, несмотря на чрезвычайно скверный свой вид, мне всегда нравится, и весь этот спешащий по своим делам, эгоистичный и всегда задумчивый люд имеет для меня, в восьмом часу утра, нечто особенно привлекательное.

    — Аркадий Долгорукий · книга
13. «

    У меня такая черта, что не люблю, когда до иного щекотного в душе пальцами дотрагиваются.

    У меня такая черта, что не люблю, когда до иного щекотного в душе пальцами дотрагиваются.

    — Аркадий Долгорукий · книга
14. «

    … я с товарищами был на ты, но ни с кем почти не был товарищем, я сделал себе угол и жил в углу.

    … я с товарищами был на ты, но ни с кем почти не был товарищем, я сделал себе угол и жил в углу.

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
15. «

    ...деньги — это единственный путь, который приводит на первое место даже ничтожество.

    ...деньги — это единственный путь, который приводит на первое место даже ничтожество.

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
16. «

    …Самое простое понимается всегда лишь под конец, когда уж перепробовано всё, что мудреней или глупей.

    …Самое простое понимается всегда лишь под конец, когда уж перепробовано всё, что мудреней или глупей.

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
17. «

    С самых первых мечтаний моих, то есть чуть ли не с самого детства, я иначе не мог вообразить себя, как на первом месте, всегда и во всех оборотах жизни.

    С самых первых мечтаний моих, то есть чуть ли не с самого детства, я иначе не мог вообразить себя, как на первом месте, всегда и во всех оборотах жизни.

    — Аркадий Долгорукий · книга
18. «

    Я полагаю, что ты вовсе не так глуп, а только невинен.

    Я полагаю, что ты вовсе не так глуп, а только невинен.

    — Андрей Петрович Версилов · книга
19. «

    Имея в уме нечто неподвижное, всегдашнее, сильное, которым страшно занят, — как бы удаляешься тем самым от всего мира в пустыню, и все, что случается, проходит лишь вскользь, мимо главного.

    Имея в уме нечто неподвижное, всегдашнее, сильное, которым страшно занят, — как бы удаляешься тем самым от всего мира в пустыню, и все, что случается, проходит лишь вскользь, мимо главного.
20. «

    Самоубийство есть самый великий грех человеческий, но судья тут один лишь господь, либо ему лишь известно все и всякая мера.

    Самоубийство есть самый великий грех человеческий, но судья тут один лишь господь, либо ему лишь известно все и всякая мера.

    — Макар Иванович Долгорукий · книга