191 цитата из книги «Фёдор Михайлович Достоевский. Подросток» с глубоким смыслом

Ниже 191 цитата из книги «Фёдор Михайлович Достоевский. Подросток»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   ...фотографические снимки чрезвычайно редко выходят похожими, и это понятно: сам оригинал, то есть каждый из нас, чрезвычайно редко бывает похож на себя. В редкие только мгновения человеческое лицо выражает главную черту свою, свою самую характерную мысль. Художник изучает лицо и угадывает эту главную мысль лица, хотя бы в тот момент, в который он списывает, и не было её вовсе в лице. Фотография же застаёт человека как есть, и весьма возможно, что Наполеон, в иную минуту, вышел бы глупым, а Бисмарк — нежным...

   ...фотографические снимки чрезвычайно редко выходят похожими, и это понятно: сам оригинал, то есть каждый из нас, чрезвычайно редко бывает похож на себя. В редкие только мгновения человеческое лицо выражает главную черту свою, свою самую характерную мысль. Художник изучает лицо и угадывает эту главную мысль лица, хотя бы в тот момент, в который он списывает, и не было её вовсе в лице. Фотография же застаёт человека как есть, и весьма возможно, что Наполеон, в иную минуту, вышел бы глупым, а Бисмарк — нежным...

   — Андрей Петрович Версилов · книга
2. «

   Всякая женщина – змея, всякая змея – женщина.

   Всякая женщина – змея, всякая змея – женщина.

   — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
3. «

   День был сырой, тусклый, с начинавшеюся оттепелью и с теплым ветром, способным расстроить нервы даже у слона.

   День был сырой, тусклый, с начинавшеюся оттепелью и с теплым ветром, способным расстроить нервы даже у слона.

   — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
4. «

   Когда мы счастливы, мы так добры...

   Когда мы счастливы, мы так добры...

   — Аркадий Долгорукий · книга
5. «

   А адвокат известно что: адвокат — нанятая совесть.

   А адвокат известно что: адвокат — нанятая совесть.

   — Макар Иванович Долгорукий · книга
6. «

   Осчастливить непременно и чем-нибудь хоть одно существо в своей жизни, но только практически, то есть в самом деле, я бы поставил заповедью для всякого развитого человека.

   Осчастливить непременно и чем-нибудь хоть одно существо в своей жизни, но только практически, то есть в самом деле, я бы поставил заповедью для всякого развитого человека.

   — Андрей Петрович Версилов · книга
7. «

   Я уверен, что тысячи талантов и умников, столь возвышающихся, если б вдруг навалить на них ротшильдские миллионы, тут же не выдержали бы, и поступили бы как самая пошлая ординарность и давили бы пуще всех.

   Я уверен, что тысячи талантов и умников, столь возвышающихся, если б вдруг навалить на них ротшильдские миллионы, тут же не выдержали бы, и поступили бы как самая пошлая ординарность и давили бы пуще всех.

   — Аркадий Долгорукий · книга
8. «

   Было то, что всегда бывает: кого больше любишь, того первого и оскорбляешь.

   Было то, что всегда бывает: кого больше любишь, того первого и оскорбляешь.

   — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
9. «

   Я не могу не уважать моего дворянства. У нас создался веками какой-то еще нигде не виданный культурный тип, которого нет в целом мире — тип всемирного боления за всех.

   Я не могу не уважать моего дворянства. У нас создался веками какой-то еще нигде не виданный культурный тип, которого нет в целом мире — тип всемирного боления за всех.

   — Андрей Петрович Версилов · книга
10. «

    Общие принципы только в головах, а в жизни одни только частные случаи.

    Общие принципы только в головах, а в жизни одни только частные случаи.

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
11. «

    — Ну, cher enfant, не от всякого можно обидеться. Я ценю больше всего в людях остроумие, которое видимо исчезает, а что там Александра Петровна скажет — разве может считаться? — Как, как вы сказали? — привязался я, — не от всякого можно... именно так! Не всякий стоит, чтобы на него обращать внимание, — превосходное правило! Именно я в нем нуждаюсь. Я это запишу.

    — Ну, cher enfant, не от всякого можно обидеться. Я ценю больше всего в людях остроумие, которое видимо исчезает, а что там Александра Петровна скажет — разве может считаться? — Как, как вы сказали? — привязался я, — не от всякого можно... именно так! Не всякий стоит, чтобы на него обращать внимание, — превосходное правило! Именно я в нем нуждаюсь. Я это запишу.

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
12. «

    Я так много пропускал мимо глаз легкомысленно, спешил пропускать, гнал все мрачное и обращался к сияющему.

    Я так много пропускал мимо глаз легкомысленно, спешил пропускать, гнал все мрачное и обращался к сияющему.

    — Аркадий Долгорукий · книга
13. «

    Она, как женщина, не хотела быть смешною в своем платье и поняла, что каждая женщина должна иметь свой костюм, чего тысячи и сотни тысяч женщин никогда не поймут – только бы одеться по моде.

    Она, как женщина, не хотела быть смешною в своем платье и поняла, что каждая женщина должна иметь свой костюм, чего тысячи и сотни тысяч женщин никогда не поймут – только бы одеться по моде.

    — Андрей Петрович Версилов · книга
14. «

    Так как я весь состоял из чужих мыслей, то где мне было взять своих, когда они потребовались для самостоятельного решения?

    Так как я весь состоял из чужих мыслей, то где мне было взять своих, когда они потребовались для самостоятельного решения?

    — Аркадий Долгорукий · книга
15. «

    Он предполагал чуть не всех такими же подлецами, как сам. Он был довольно грубо развит, а в иные добрые, благородные чувства не то что не верил, но даже, может быть, не имел об них и понятия.

    Он предполагал чуть не всех такими же подлецами, как сам. Он был довольно грубо развит, а в иные добрые, благородные чувства не то что не верил, но даже, может быть, не имел об них и понятия.

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
16. «

    Вы слишком себя мучите. Если находите, что сказали дурно, то стоит только не говорить в другой раз.

    Вы слишком себя мучите. Если находите, что сказали дурно, то стоит только не говорить в другой раз.

    — Васин · книга
17. «

    Когда ми́нет злоба дня и настанет будущее, тогда будущий художник отыщет прекрасные формы даже для изображения минувшего беспорядка и хаоса.

    Когда ми́нет злоба дня и настанет будущее, тогда будущий художник отыщет прекрасные формы даже для изображения минувшего беспорядка и хаоса.

    — Николай Семёнович · книга
18. «

    Мужчина в решительном нравственном рабстве у женщины, особенно если великодушен. Женщина может убедить в чем угодно великодушного.

    Мужчина в решительном нравственном рабстве у женщины, особенно если великодушен. Женщина может убедить в чем угодно великодушного.

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
19. «

    Мысль не пошла в слова. Это благородное страдание, мой друг, и дается лишь избранным; дурак всегда доволен тем, что сказал, и к тому же всегда выскажет больше, чем нужно; про запас они любят.

    Мысль не пошла в слова. Это благородное страдание, мой друг, и дается лишь избранным; дурак всегда доволен тем, что сказал, и к тому же всегда выскажет больше, чем нужно; про запас они любят.

    — Андрей Петрович Версилов · книга
20. «

    …то, что сам ценишь, очень возможно, не имеет никакой цены на посторонний взгляд.

    …то, что сам ценишь, очень возможно, не имеет никакой цены на посторонний взгляд.

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга