340 фраз из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты», которые запомнились

Ниже 340 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Я достиг того, что в моей душе исчезла всякая человеческая надежда.

   Я достиг того, что в моей душе исчезла всякая человеческая надежда.

   — Артюр Рембо · книга
2. «

   Что было, будет вновь, Что было, будет не однажды.

   Что было, будет вновь, Что было, будет не однажды.

   — Сологуб · книга
3. «

   Дай сердцу верить в ложь, дай опьяниться снами, в тени ресниц твоих позволь дремать часами, как в грезах, утопать в зрачках любимых глаз.

   Дай сердцу верить в ложь, дай опьяниться снами, в тени ресниц твоих позволь дремать часами, как в грезах, утопать в зрачках любимых глаз.

   — Бодлер · книга
4. «

   Сегодня уже нет былой уверенности в прогрессивности Просвещения и правильности пути, выбранного его отцами. Наоборот, в нем все чаще видятся следы кризиса мышления.

   Сегодня уже нет былой уверенности в прогрессивности Просвещения и правильности пути, выбранного его отцами. Наоборот, в нем все чаще видятся следы кризиса мышления.
5. «

   Истинное искусство может подняться из своего состояния цивилизованного варварства на достойную ему высоту лишь на плечах великого социального движения; у него с ним общая цель. Эта цель — человек прекрасный и сильный.

   Истинное искусство может подняться из своего состояния цивилизованного варварства на достойную ему высоту лишь на плечах великого социального движения; у него с ним общая цель. Эта цель — человек прекрасный и сильный.

   — Вагнер · книга
6. «

   На дерево одно глупец и умный смотрят, но разные деревья видят.

   На дерево одно глупец и умный смотрят, но разные деревья видят.

   — Блейк · книга
7. «

   Мир пропитан страстью и трепетом индивидуализации, но ничто в нем так не шатко, как индивидуальность... В клейстовских трагедиях уже слышится надрыв Достоевского.

   Мир пропитан страстью и трепетом индивидуализации, но ничто в нем так не шатко, как индивидуальность... В клейстовских трагедиях уже слышится надрыв Достоевского.
8. «

   Первое и последнее, что требуется от гения, это правда. А можно ли знать истину и быть счастливым?

   Первое и последнее, что требуется от гения, это правда. А можно ли знать истину и быть счастливым?
9. «

   Ад — это когда человек замыкается в плотских желаниях, осуществление которых в скором времени изнуряет его: ибо СВЯЩЕННА ВСЯ ЖИЗНЬ.

   Ад — это когда человек замыкается в плотских желаниях, осуществление которых в скором времени изнуряет его: ибо СВЯЩЕННА ВСЯ ЖИЗНЬ.

   — Блейк · книга
10. «

    Говоря «мир есть мое представление», Шопенгауэр имел в виду не то, что мира вне меня нет, но то, что сколько людей, столько представлений. Внешний мир для него — доступная нашему представлению множественность, чрез которую проявляется единая первооснова бытия — воля к жизни.

    Говоря «мир есть мое представление», Шопенгауэр имел в виду не то, что мира вне меня нет, но то, что сколько людей, столько представлений. Внешний мир для него — доступная нашему представлению множественность, чрез которую проявляется единая первооснова бытия — воля к жизни.
11. «

    Суть добра — в том, чтоб душа была добра.

    Суть добра — в том, чтоб душа была добра.

    — Лев Гинзбург · книга
12. «

    Поэтам истинной высокой культуры забвение не грозит.

    Поэтам истинной высокой культуры забвение не грозит.
13. «

    Существует дурная традиция, когда критикуют не чье-то учение, а свою его интерпретацию, степень своего понимания, меру собственной дури. Сначала извращают — затем критикуют. Просто и легко. К тому же возможности плебейских извращений безмерны.

    Существует дурная традиция, когда критикуют не чье-то учение, а свою его интерпретацию, степень своего понимания, меру собственной дури. Сначала извращают — затем критикуют. Просто и легко. К тому же возможности плебейских извращений безмерны.
14. «

    Поэт подобен левкою, хрупкому и благоуханному, что цепляется за гранитную скалу и просит не столько земли, сколько солнца.

    Поэт подобен левкою, хрупкому и благоуханному, что цепляется за гранитную скалу и просит не столько земли, сколько солнца.

    — Бертран · книга
15. «

    Все века равны.

    Все века равны.

    — Блейк · книга
16. «

    Всё великое связано со своей культурой. Связи могут быть неуловимы, но культура — это дух, а духом пропитан воздух, которым мы дышим.

    Всё великое связано со своей культурой. Связи могут быть неуловимы, но культура — это дух, а духом пропитан воздух, которым мы дышим.
17. «

    Интересно плотиновское решение проблемы свободы. Он не отождествляет свободу с произволом: свобода есть свобода добра. Зло не доказательство свободы, а полного оной отсутствия. Свобода — побуждение ума, стремящегося к добру. Зло не может быть свободным. Зло — рабство, добродетель — свобода.

    Интересно плотиновское решение проблемы свободы. Он не отождествляет свободу с произволом: свобода есть свобода добра. Зло не доказательство свободы, а полного оной отсутствия. Свобода — побуждение ума, стремящегося к добру. Зло не может быть свободным. Зло — рабство, добродетель — свобода.
18. «

    К Плотину, как ни к кому иному, относится библейский афоризм: деятель всегда ограничен — кому не под силу думать, тот действует. И вот что поучительно: где сегодня действия Киров, Александров, Тамерланов?... Где их мировые империи, горы злата, роскошь, слава? А вот мысли великих любителей мысли остались — и не только мысли, но и подлинная слава — не то, что в день смерти превращается в проклятья. На все времена.

    К Плотину, как ни к кому иному, относится библейский афоризм: деятель всегда ограничен — кому не под силу думать, тот действует. И вот что поучительно: где сегодня действия Киров, Александров, Тамерланов?... Где их мировые империи, горы злата, роскошь, слава? А вот мысли великих любителей мысли остались — и не только мысли, но и подлинная слава — не то, что в день смерти превращается в проклятья. На все времена.
19. «

    Русская душа ушиблена ширью, она не видит границ, и эта безграничность не освобождает, а порабощает ее.

    Русская душа ушиблена ширью, она не видит границ, и эта безграничность не освобождает, а порабощает ее.

    — Николай Александрович Бердяев · книга
20. «

    Шопенгауэровское время — источник множественности мира. В основе же находится одна сущность, которая сама себя созерцает. Индивиды, отдельные явления возникают и исчезают во времени, как мечты. В сущности же во все времена было, и есть, и будет одно и то же.

    Шопенгауэровское время — источник множественности мира. В основе же находится одна сущность, которая сама себя созерцает. Индивиды, отдельные явления возникают и исчезают во времени, как мечты. В сущности же во все времена было, и есть, и будет одно и то же.