28 цитат из книги «Иоганн Вольфганг фон Гёте. Годы учения Вильгельма Мейстера» — коротко и по делу

Ниже 28 цитат из книги «Иоганн Вольфганг фон Гёте. Годы учения Вильгельма Мейстера»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Я находился в том счастливом возрасте, когда нам еще все нравится, когда нам доставляет удовлетворение обилие и смена событий.

   Я находился в том счастливом возрасте, когда нам еще все нравится, когда нам доставляет удовлетворение обилие и смена событий.

   — Вильгельм Мейстер · книга
2. «

   К сожалению, всегда бывает так, что все созданное совокупностью людей и обстоятельств не может долгое время оставаться целым и невредимым.

   К сожалению, всегда бывает так, что все созданное совокупностью людей и обстоятельств не может долгое время оставаться целым и невредимым.
3. «

   Взгляни, как люди рвутся к счастью и к развлечениям! Упорно растрачивают все желания, труды, деньги — и на что? На то, что поэту дано от природы — способность наслаждаться миром, ощущать себя самого в других и достичь гармонического слияния со многим между собой несовместимым.

   Взгляни, как люди рвутся к счастью и к развлечениям! Упорно растрачивают все желания, труды, деньги — и на что? На то, что поэту дано от природы — способность наслаждаться миром, ощущать себя самого в других и достичь гармонического слияния со многим между собой несовместимым.
4. «

   Самый незначительный товар окажется связанным со всей торговлей, и ничто тебе не покажется маловажным, ибо все умножает оборот, в котором твоя жизнь черпает свое питание.

   Самый незначительный товар окажется связанным со всей торговлей, и ничто тебе не покажется маловажным, ибо все умножает оборот, в котором твоя жизнь черпает свое питание.

   — Вернер · книга
5. «

   Счастье — богиня живого человека, и чтобы чувствовать всю ее благосклонность, надо жить и наблюдать людей в их подлиной жизненной днятельности и в их подлинных чувственных наслаждениях.

   Счастье — богиня живого человека, и чтобы чувствовать всю ее благосклонность, надо жить и наблюдать людей в их подлиной жизненной днятельности и в их подлинных чувственных наслаждениях.

   — Вернер · книга
6. «

   Первые шаги, заводящие нас в лабиринт любви, так приятны, первые надежды так пленительны, что их так отрадно вызывать в памяти.

   Первые шаги, заводящие нас в лабиринт любви, так приятны, первые надежды так пленительны, что их так отрадно вызывать в памяти.
7. «

   Деньги — превосходная вещь, где нужно с чем-нибудь покончить.

   Деньги — превосходная вещь, где нужно с чем-нибудь покончить.

   — Вильгельм Мейстер · книга
8. «

   Первая любовь, говорят, прекраснее всех чувств, какие сердце может испытать.

   Первая любовь, говорят, прекраснее всех чувств, какие сердце может испытать.
9. «

   Я не знаю зрелища восхитительнее, чем корабль, возвращающийся из счастливого плавания и раньше срока пристающий к берегу с богатой добычей.

   Я не знаю зрелища восхитительнее, чем корабль, возвращающийся из счастливого плавания и раньше срока пристающий к берегу с богатой добычей.

   — Вернер · книга
10. «

    Как редко бывает человек доволен положением, в котором находится! Он вечно желает попасть в положение ближнего, из которого тот в свою очередь стремится вырваться.

    Как редко бывает человек доволен положением, в котором находится! Он вечно желает попасть в положение ближнего, из которого тот в свою очередь стремится вырваться.

    — Вильгельм Мейстер · книга
11. «

    Нас с вами свела не страсть, но привязанность и доверие, и поэтому мы меньше рискуем, чем тысячи других.

    Нас с вами свела не страсть, но привязанность и доверие, и поэтому мы меньше рискуем, чем тысячи других.

    — Тереза (Teresa) · книга
12. «

    Вильгельм проводил время в усердной работе и убедился, что тяжкое испытание было ниспослано судьбой к его благу. Он радовался, что на жизненном пути судьба вовремя, хотя и неласково, его предупредила, между тем как другие и поздно и тяжко искупают ошибки, до которых их доводит слепота молодости.

    Вильгельм проводил время в усердной работе и убедился, что тяжкое испытание было ниспослано судьбой к его благу. Он радовался, что на жизненном пути судьба вовремя, хотя и неласково, его предупредила, между тем как другие и поздно и тяжко искупают ошибки, до которых их доводит слепота молодости.
13. «

    Мы часто слышали, будто гораздо легче написать и поставить трагедию, чем отличиться в комедии. При первом же трагическомо пыте мы почувствовали себя в своей стихии; сановитости и благородства характера мы старались добиться напыщенностью и аффектацией, и не мало таки о себе возомнили; вполне же счастливы мы бывали, когда приходилось дико бесноваться, топать ногами и даже бросаться наземь от ярости и отчаяния.

    Мы часто слышали, будто гораздо легче написать и поставить трагедию, чем отличиться в комедии. При первом же трагическомо пыте мы почувствовали себя в своей стихии; сановитости и благородства характера мы старались добиться напыщенностью и аффектацией, и не мало таки о себе возомнили; вполне же счастливы мы бывали, когда приходилось дико бесноваться, топать ногами и даже бросаться наземь от ярости и отчаяния.

    — Вильгельм Мейстер · книга
14. «

    Это будет ложная уступчивость толпе, если мы начнем будить в ней те чувства, которых она желает, а не те, которые она должна переживать.

    Это будет ложная уступчивость толпе, если мы начнем будить в ней те чувства, которых она желает, а не те, которые она должна переживать.

    — Вильгельм Мейстер · книга
15. «

    Отец утверждал, что ценность для человека может представлять лишь редко доставляемое удовольствие, что дети и старики не умеют ценить благ, выпадающих на нашу долю ежедневно.

    Отец утверждал, что ценность для человека может представлять лишь редко доставляемое удовольствие, что дети и старики не умеют ценить благ, выпадающих на нашу долю ежедневно.

    — Вильгельм Мейстер · книга
16. «

    — Настаиваете ли вы на том, чтобы Гамлет в конце умирал? — Как я могу сохранить ему жизнь, раз вся пьеса влечет его к смерти? — Но публика желает, чтобы он остался жив. — Я лучше сделаю ей какую угодно другую уступку, но в этом не уступлю.

    — Настаиваете ли вы на том, чтобы Гамлет в конце умирал? — Как я могу сохранить ему жизнь, раз вся пьеса влечет его к смерти? — Но публика желает, чтобы он остался жив. — Я лучше сделаю ей какую угодно другую уступку, но в этом не уступлю.

    — Зерло · книга
17. «

    Счастливая юность! Счастливое время первой потребности в любви! Человек в эту пору подобен ребенку.

    Счастливая юность! Счастливое время первой потребности в любви! Человек в эту пору подобен ребенку.
18. «

    Хорошее общество, как и хороший театр, существует лишь в известных условиях. Есть манеры и язык, темы и поведение безусловно недопустимые.

    Хорошее общество, как и хороший театр, существует лишь в известных условиях. Есть манеры и язык, темы и поведение безусловно недопустимые.

    — Зерло · книга
19. «

    Да разве нет людей, настолко лишенных чувства жизни, что они всю жизнь и быт смертных не ставят ни во что и называют жалким и низменным прозябанием?

    Да разве нет людей, настолко лишенных чувства жизни, что они всю жизнь и быт смертных не ставят ни во что и называют жалким и низменным прозябанием?

    — Вильгельм Мейстер · книга
20. «

    Пьеса полна была действия, но лишена правдивой обрисовки характеров. Она понравилась и позабавила публику: таково начало всякого сценического искусства. Грубый человек доволен, если хоть что-нибудь перед ним происходит; человек образованный желает чувствовать, а размышления приятны лишь вполне образованному человеку.

    Пьеса полна была действия, но лишена правдивой обрисовки характеров. Она понравилась и позабавила публику: таково начало всякого сценического искусства. Грубый человек доволен, если хоть что-нибудь перед ним происходит; человек образованный желает чувствовать, а размышления приятны лишь вполне образованному человеку.