Джейсон Диксон

— А они хотя бы выплатят тебе какую-то компенсацию? — Не знаю, положена ли компенсация, когда выкидываешь людей из окна, ма! Нужно было заранее думать, давай погуглим! — Парочку тысяч хотя бы. Ты пахал три года. Не считая еще пяти лет в академии. Шести, учитывая, что ты на второй год оставался.

Джеймс: — Отличное интервью. В смысле, я понял все, что ты хотела сказать этим свои поступком. Джейсон Диксон: — А я вот не понял ни хрена, и знаешь — по-моему, ты себя дурой выставила. Милдред Хейз: — А тебе еще не пора домой к мамочке? Джейсон Диксон: — Нет, еще не пора домой к мамоньке... к маме... Меня отпустили допоздна! До двенадцати!

— Знаешь, я тут кое о чём подумал. — О чём же? — Хоть он и не наш подозреваемый, он всё равно преступник и кого-то изнасиловал. — К чему ты ведешь? — Я знаю номер машины. И знаю, где он живет. — Где же он живет? — Он живет в Айдахо. — Забавно. Я собиралась в Айдахо утром. — Составить компанию? — Давай.

— Что с вашей рукой, сотрудник Диксон? — Да это, так... Ободрал, когда выкидывал одного придурка с окна здания. Ничего особенного! — Неужели? Что-то не учили меня такому в академии. — И в какую же академию ты ходил? — Как продвигается расследование по делу Анджелы Хейз? — А как расследование по делу «не суй свой нос куда не надо»? — А как поживает дело «сдай свой значок и пистолет»? — Ч... что? — Сдай мне свой значок и пистолет.

— Слушай, Диксон. — Что? — Должна кое-что сказать тебе. Это я подожгла полицейский участок. — Ну а кто же еще это мог быть!

— Прости, что вселил в тебя надежду. — Все в порядке, не переживай. Я уже и не помню, когда у меня был день, полный надежды.

— Чем могу быть вам полезен, сэр? — Как тебя зовут? — На значке написано, чувак. Читать умеем? — «Читать умеем?» Отлично звучит, «читать умеем» — это вроде «оглох, что ли», но по отношению к чтению. Юморист, как я посмотрю. — Чего ты хочешь? — Меня прислали на замену шефа Уиллоби, в свете последних печальных событий. — Не, мужик, вот ты точно отличный юморист! — Есть ли у вас бумаги, подтверждающие это, сэр? — Ты и правда хочешь увидеть мои документы, козел? — Да, проверь-ка его документы! Пусть, пусть покажет! — Вам, снежкам, заняться, что ли, нечем?! — Слышали? Еще и расист.

Милдред Хейз: — Ну так что, много ниггеров ты уже избил, Диксон? Джейсон Диксон: — «Много ли цветных ты избил», надо говорить. Да, и кстати — я никого не избивал. Ты вообще сдурела — начала трындеть об этом [билбордах и отсутствии продвижения в деле] по телевизору?! Моя мама смотрит этот канал! Милдред Хейз: — И о твоем хобби она не знает? Джейсон Диксон: — Не знает, она у меня против насилия! Билл Уиллоби: — Кто против чего? Джейсон Диксон: — Моя мммама против насилия над цветными! А она зовет их «ниггерами»! А я сказал, что нельзя их так называть, что сейчас правильно говорить «цветные»! Я ведь прав, шеф? Я же... прав? Билл Уиллоби: — Знаешь, наверное с миссис Хейз я попробую разобраться сам.

— Диксон? — Да? — Ты этого правда хочешь? — Убить этого козла? Да не очень... А ты? — Да не очень. Думаю, решим это по дороге.

— Хочешь, я пойду туда и поговорю с ними? — Нет, мам, не надо ни с кем говорить. Я же не дебил, чтобы посылать маму поговорить с коллегами... А что ты скажешь?

— Что это еще за хрень?! — Какая хрень? — Эта, эта! — Реклама, наверное. — Реклама чего?! — Чего-то абстрактного.

Милдред Хейз: — Слышь, гондон! Джейсон Диксон: — Что? Седрик Коннолли: — Ты чего... Что? Диксон, с каких пор ты на гондона отзываешься?!

Эберкромби: — Выметайся из моего участка нафиг. Джейсон Диксон: — Он меня это... отстранил или уволил? Я не понял... Седрик Коннолли: — Уволил.

— Что-что он сказал? Прямо в глаза? — Состава преступления нет. — Да ладно! А дискредитация — не преступление? — Это не дискредитация. Она просто задала вопрос. — Ты правда идиот? — Не называй меня идиотом! — Я не называл, я всего лишь спросил...