Режиссёр

Когда человеку двадцать лет, он уверен, что смерть — это то, что случается с другими, но со мной никогда не случится, мы тогда все верим в нашу бессмертность. А потом приходит опыт. Умирают наши коллеги, наши друзья, наши родители, наши деды. И тогда заново приходится задуматься...

Кто-то говорит — плагиат, я говорю — традиция!

— Режиссёр, я согласен. Я готов сыграть роль Кацуки. — Правда?! Значит президент Такарада дал своё согласие? — (Президент): «Чёрт, ну ты болван! Если сядешь жопой в лужу — я тебя вытаскивать не буду». Неохотно...

Недаром, значит, добро делается. Все вращается и обратно приходит. Сотни раз уже это все доказано.

Актеры – удивительное племя, И если умирают, то на время, Чтоб со слезами пота на лице Успеть еще покланяться в конце. У всех проблемы! Всем сегодня плохо! Такие – государство и эпоха! Но что же будет, если от тоски Мы все начнем отбрасывать коньки? Вставай, артист! Ты не имеешь права Скончаться, не дождавшись крика «браво»!

— В обычный день я бы с радостью съездил тебе по морде. — Неужели? — Сегодня обычный день.

Что вы себе позволяете?! Мы снимаем «Вечную скорбь», а не «Отца новобрачной»!

— Кукушечка, маленькая моя, ты на месте? [басом] — На месте. — Ну и хорошо, она всегда на месте. Начали! — Ку-ку. Ку... Ку... Ку... Ку-ку. — Стоп! Когда вы будете знать текст?

Выше вздымайте ногу, симулируя воображаемый подъем. Чего руками размахались! Протягивайте щупальцы... Нет щупальцев? Тогда нечего лезть в актеры. Протягивайте что хотите.

А зритель спросит не без интереса, О чем же повествует эта пьеса? Да все о том же, зритель, все о том, Как доброе сражается со злом.

Я бухаю, так что память у меня не надежная.

— Детка, вот эта деталь совершенно лишняя. — Ещё раз скажете «детка» — и я проткну вас насквозь!

Просто счастливы как люди, вырвавшиеся из своих маленьких тюрем, внутри одной большой дождливой тюрьмы. Здесь парили неуловимые ароматы Свободы и Творчества, а эти двое как мы знаем, неразлучны.

— У меня сегодня очень важная операция. — Какая операция? — Трансплантация... — Ты же должен работать уже в понедельник? — Это трансплантация волос. — Но ты же не лысый. — Это не на голове.

– Чтож, удачи тебе. И пусть победит сильнейшая из шлюх. – Я обязательно трахнусь с тобой за эту роль. – Ну... Это очень-очень мило, но... Я вовсе не тот, кто принимает здесь решения. – Я сотру твой большой чёрный член. – Откуда ты знаешь про мой большой чёрный член??!? А! Ты просто сейчас была в роли. Это было круто. Да. У тебя был момент истины, я видел это своими глазами цену которую ты заплатила. – Хочешь увидеть мои сиськи? – Это не обязательно. Мы на сетевом шоу не показываем... – Упс... – ... Сиськи! – Неполадки с костюмом. Хочешь попробовать мой сок? – Это не нужно, я уже принял свой завтрак. Ух! Здравствуй, киска! – Ну что? Мы будем смотреть актёрство или как? И чем это пахнет?? Должно быть амбициями. За дело! << ... >> – Ты совал в актрису пальцы?? – О, боже... Не совсем. – Ну что за херня?!? Как это не совсем? Либо ты совал, либо не совал. – Чисто технически, она всё делала сама... моим пальцем. – Поэтому там бабской писькой пахло? – Нет. Это запах амбиций!

— Ты же ассистент? — Ассистент? — Это что-то вроде раба.