Я — о понимании. Многим начинает казаться, что церковь — это где-то там... У нас до сих пор не выстроена система отношений воспитания и церкви. У нас болезненно относятся, когда церковь подходит к школе. Я не настаиваю, чтобы это было обязательно. Хотя с другой стороны это — часть культуры, которую надо знать. Американцы никогда не скрывают, что идет война ценностей. Мы с 90-х годов полностью отказались от своих ценностей. Мы приняли их ценностный ряд. Мы уничтожили свою систему образования, начального, среднего и т.д. Мы попытались влиться. Мы сделали все возможное, чтобы сделать вид, что мы не наследуем своим отцам и дедам. И поэтому сейчас, когда мы вдруг говорим..., они говорят: ребята, что случилось? Что это вы вдруг очухались? Вы все подписали, все хартии приняли, во все организации вступили. Поэтому если сейчас церковь отделена от государства, то либеральная ересь глубоко укоренена. И поэтому православию приходится это все разгребать и говорить: вы что, с ума сошли, когда они кричат: не смейте в школе это говорить! Чего вы, священники, пришли и высказываете свою точку зрения? Чего вы мне, свободному человеку, рассказываете, как... Это заявляют на уровне депутатов гос-думы.
На меня все происходящее произвело удивительное впечатление. Во-первых я был поражен выдержкой и спокойствием прокурора, судьи. Они терпели все. И — параллельная реальность. Люди ( берлинский пациент и др) живут в другой реальности. Человек искренне считал, что на него законы не распространяются. И лишение привилегий его привело в состояние истерии, когда он вдруг понял что все серьезно. Следующий момент, который меня сильно удивил — пропагандистские рупоры типа «Дождь»., которые нагло вырезают речь прокурора, оставляя только речь берлинского пациента. Нет, ребята, это у вас не свобода слова. Это совсем другое.
Я, кстати, недоволен судом. Обычно такие дела — сколько? Полчаса? Час? 15 минут? Нарушили? Домой! Элеонора! Домой! Это уже стало мемом. А здесь — несколько часов, дают высказаться, Доходит до клоунады со стороны берлинского пациента. Чего рассюсюкивать.? У человека 60 нарушений.
— Многослойный пирог лжи. Когда ты вдруг осознаешь, что там нет ни слова правды, то это удивляет. — Они сами оказались внутри этой лжи. — Они — сектанты. Это именно то дополнение, которое я хотел сказать.
Сегодня в принципе уже никого не интересует судьба несчастного навального. Которого реально жалко. Человек будет сидеть. У него жена, двое детей. И по-человечески его жалко. Если бы тогда в «Яблоке» ему реально один раз объяснили, он пошел бы по совершенно другому пути, и это не закончилось бы мошенническими схемами. И не вовлек бы он своего брата. Какая политика? Он сейчас присел, за то, что они с братом, вежливо говоря, устроили раздербан французской кампании. У человека жизнь пошла по кривой дорожке. Говорят о какой-то политике... Простой уголовный кодекс. И не надо это путать.
Вся цена европейской дипломатии была сформулирована... Всю важность Европы для Америки в мировой дипломатии сформулировала небезызвестная Виктория Нуланд, которая четко сказала во время украинского майдана. И тогда Байден звонил лидерам Европы и заставил их ввести санкции. И он после об этом с гордостью и с радостью написал и заявил. Европа начинает напоминать И. М. Воробьянинова. «Не протянешь руку — протянешь ноги, старый осел». Ильф и Петров это четко обрисовали.
Что-то меняется. Вдруг так неожиданно меняется. Смотришь — и вместо привычного — они нам пальчиком погрозили, а мы не ответили, и сказали, что мы хорошо воспитаны... Вдруг мы как-то по-другому начинаем вести себя с Западом. Можно сказать грудь распрямили, спину выпрямили, и чувствуем себя совсем иначе. Взяли и выслали дипломатов...
— Сейчас за последние несколько дней произошли тектонические сдвиги. Я назову два сдвига. Первое. Скоропостижная для многих, в том числе для меня. И тем более для Запада — политическая смерть навального. Он нужен был как страдалец от системы. Под которого потом будет выстраиваться последующий протест. И вот второй суд. Произошла большая неожиданность. Всем казалось, что это — будет формальность. Ну дадут штраф. И вдруг этот второй суд стал событием. О котором говорят все. Это не политика. Это взорвалось нутро. Он сделал нечто сакральное. Он сделал то, чего нельзя делать в России. Он встал против бессмертного полка — Правильно. Он перешел Красную черту. Все поняли, что дальше — фашизм. Он теперь не против Артеменко, а против меня. У меня дел воевал. Здесь — оскорбление целого поколения. Он (навальный) из политического противника превратился во врага.
Разве конституция была привнесена сверху на скрижалях? — Пересмотрели уже какие-то положения (реплика) А это означает, что правильной дорогой идем. Необходимо понимать, какие стоят перед нами цели и задачи. И им соответствовать. Но одна из целей и задач — это вернуть себе самостоятельность, суверенитет во всем. Начиная с судебной системы, заканчивая экономической и интеллектуальной сферы. При этом, как мы видим, когда против нас ведется война, совершенно беспрецедентными методами, и когда сейчас спящие просыпаются, и видно где какие закладочки. Надо понимать, что те, кто говорят нам о свободе слова и о своих правах, зачастую пытаются это использовать только для того, чтобы придя к власти, лишить представителей иной точки зрения свободы слова и прав. Поэтому сохраняя высокие принципы свободы слова, мы должны понимать, что есть и интересы государства.
— Мы готовы дружить с кем угодно, а потом этот кто угодно начинает дружить против нас. И делает это с дикой скоростью. — Не все же так делают. [реплика А. Безрукова] — Но почему-то все это делают за наш счет. За счёт американцев они так не делают. Потому что сразу получают... А за наш счёт так делают регулярно. Вопрос в том, что нам надо переходить к жесткому прагматизму.
Очень точно нынешнюю ситуацию описал министр иностранных дел Китая Ван И. Когда Китай говорит, что нужно бороться совместно с попытками фальсификации действительности, и совместно указывает на ряд направлений движения России и Китая — это беспрецедентно. Не Россия о чём-то говорит, а Китай впрямую заявляет о том, что необходимо бороться совместно в том числе и с угрозами цветных революций. Такой риторики от Китая ещё никогда не звучало. То, что мы находимся в новом удивительном мире — никакого сомнения не вызывает.
Американский атлантический совет (эта структура нежелательна в России) опубликовал доклад-инструкцию о развале России. А назвал — по другому. Назвал: как обустроить Россию после Путина. Содержание просто восхитительно. Россия должна отказаться от президентской формы правления, расформировать ФСБ и уволить всех сотрудников, следственный комитет — распустить, всех судей — люстрировать, генеральную прокуратуру — всех выгнать, России быть готовой, чтобы отдать свои территории, Россия должна стремиться к низкой ценен на нефть. Оказывается, для России все хорошо, что плохо. И — что русский народ заблуждается всегда в своих имперских традициях, поэтому активному меньшинству надо навязывать русскому народу правильные модели поведения. Чтобы он наконец смог расстаться и с территориями, и с имперской мечтой. Главное — эти влажные мечты 90-х уничтожения России. И впрямую говорят: надо вернуться к тому, что не доделал в 90-е годы Ельцын. И тогда всем будет счастье.
У нас проблема в том, что у нас оппозиционеры перестали воспринимать народ как источник власти и легитимности. Они хорошо понимают, что не могут выиграть никакие выборы. Поэтому это все (доклад) напоминает как раз заяву на ярлык на княжение. Т.е. когда войдут оккупационные войска — вот мы здесь. Они же всюду пишут, что они реально выборы выиграть не могут, что народ — плох, зараженный всякими имперскими идеями. Почему мы говорим о 90-х. Потому что после приезда Ельцына (Боже, благослови...) и унижения всей страны, кому первому позвонил Ельцын после позора Беловежской Пущи? Американскому президенту. Они наносят гигантский удар по демократии в России. Потому что они показывают, что есть существенный круг оппозиции, который считает для себя единственным источником власти не народ и своего избирателя, которого у них нет, а иностранного хозяина.
Я просто хочу понять: а кто в Америке предвидел 2020 год? Кто предвидел все то, что произошло? Кто разработал модели выхода из этой ситуации? Кто да хотя бы один более-менее грамотный аналитический материал о последствиях экономических, социальных, психологических и прочих? Я прочитал многих людей, и ни у Стратфорда даже близко не прочем ничего похожего. Ни у RAND, ни у кучи других, которые находятся на этом рынке. даже близко не увидел реальной попытки осмысления.
Что меня удивляет — это абсолютная иррациональность страхов (Запада). А что они требуют? А могут они сказать по человечески, чего они хотят? Мы нарушаем принципы? Какие? Россия не следует американским догмам? Каким? О каких правах человека идет речь? Я прямо волнуюсь за них. Это так напоминает поздний Советский Союз! А что Америка умеет? Что она делает лучше всех в мире? Экономику? Вакцину? Куда делись все лживые западные СМИ, которые кричали, что в России все плохо? Где вы все? А главное, где мировое сообщество, которое готово помочь друг другу? Мы нарушаем чьи-то права? Вы о чем? Агрессивная политика России? Вы это серьезно? У всего мира это уже вызывает гомерический хохот.