Мы обе словно глухонемые <....>. Глухонемые, каждая на своём языке.

Задача пресс-секретаря — переводить косноязычное вранье на общедоступный язык.

Любить всю жизнь одну или одного — это всё равно, что сказать, что одна свечка будет гореть всю жизнь.

— Господи, Боже мой! Я всю жизнь... как я всю жизнь мечтал сыграть Обломова! Два акта на диване. И не вставать. — А я глухонемого Герасима, без Муму, чтобы вообще текст не учить...