28 сентября 2026, понедельник
Раздел

Цитаты про социализм

144 цитат

Цитаты про социализм – подборка вдохновляющих фраз из книг, фильмов, песен и сериалов, а также афоризмы и высказывания великих людей.

Авторы по этой теме

Почему это происходит? Одна из причин — социализм, прекрасный идеал европейских интеллектуалов на протяжении нескольких поколений. «Если посулить каждому государственную пенсию, дети перестанут быть страховкой против старости, — полагает доктор Джон Уоллес из университета Джона Хопкинса. — Если женщина зарабатывает более чем достаточно, чтобы чувствовать себя экономически независимой, она не станет во что бы то ни стало искать себе мужа. А если можно заниматься сексом просто так, не имея в виду зачатия, — сегодня это верно как для католической Италии, так и для светской Британии, — зачем выходить замуж и жениться?» Освобождая мужей, жен и детей от семейных обязанностей, европейские социалисты устранили общественную потребность в семье. Как следствие, институт семьи начал отмирать. А с этим институтом начала отмирать и Европа.
Ну что вы так смотрите на меня? Вам ведь не социализм жалко, вы просто злитесь, что именно вам ничего не досталось.
— Юрий Поляков · книга
А на самом деле, когда два человека любят и обнимают друг друга — какая разница, при капитализме это или при социализме...
Марксизм не есть социальная утопия, социально он осуществим, марксизм есть духовная утопия. Рационализация социальной жизни не решает ни одного духовного вопроса, духовная жизнь не подлежит рационализации, она ею лишь калечится. Попытки рационализировать и регулировать духовную жизнь лишь обострят трагический конфликт личности и общества. Проблема страдания и зла не есть только социальная проблема, хотя она имеет социальную сторону. Проблема страдания и зла есть духовная проблема, проблема духовной жизни. Человек не будет счастливее, когда жизнь его более устроится, страдания его утончатся и обострятся. Счастье не может быть организовано. Пока мир этот будет существовать, блаженство невозможно.
Плановая экономика — это не совсем про расчёт. Вопрос не в том, как посчитать, а вопрос, в чьих интересах посчитать, в интересах каких социальных групп; кто будет принимать решение, предположим, о реализации того или иного проекта. Сколько нужно гвоздей для строительства заправки — подсчитать не сложно. Нужна ли эта заправка вообще?! А может здесь нужен детский сад?! Или может вообще клумбу оставить. Нужен ли парк или достаточно поставить одну скамейку. Это вопросы, которые должны решаться не технократическим путём.
Подавляющее население стран СНГ до сих пор упорно не хочет понимать разницу между коммунизмом/социализмом и капитализмом. Между так называемой «диктатурой» и идиотским абсолютно понятием «свободы». Господа, при коммунизме государство обязано обеспечивать ваше здоровье, образование, снабжение, будущее. При коммунизме оно ОБЯЗАНО за вас ДУМАТЬ. Вообще, когда кто-то за кого-то ОБЯЗАН думать — это зовется ДИКТАТУРОЙ, иначе — никак, потому что каждому НЕ МОГУТ понравиться все решения правительства, следовательно всегда будут недовольные и кого-то ВСЕГДА ПРИДЁТСЯ ПРИНУЖДАТЬ. Капитализм решил проблему принуждения иначе. Он не делает добро насильно. Он его не делает вообще. Вы — свободные бараны? Хорошо. Думайте сами. Обеспечивайте ваше будущее, снабжение, образование, здоровье — сами. Государство при капитализме — это шериф в вестернах. Дядька с большим кольтом, который этим самым большим кольтом обеспечивает СЕБЯ, потому что каждый САМ за СЕБЯ думает. Он в лучшем случае вашим здоровьем поинтересуется, а заниматься он им будет ТОЛЬКО если ему это выгодно и ПОКА ему это выгодно. Роль его — не нянька и сиделка для умственных калек, он — гарант хоть какого-то порядка. Не Порядка с большой буквы, а хоть какого-то шаткого равновесия, к примеру, если вдруг маньяк какой объявится, ну совсем все законы попирающий и шерифу не платящий, чтоб было кому маньяка этого линчевать. И налоги шериф с вас драть будет, потому что ему следить, чтоб вы, напившись или в каком другом угаре, друг друга, как свиньи, не перерезали. При капитализме государство — это, в основном, карательный орган, не снабжающий, не делящийся доходами с нефти, газа, кукурузы или шоколадок, если вы, конечно — не государство, то есть не дядька с кольтом или его молодцы. Зато у вас — свобода выбора. Ваша обожаемая свобода, господа, когда все, что не запрещено — разрешено.
Эксон Мобил распоряжалась венесуэльской нефтью 50 лет, вплоть до национализации в 76-ом. Тут что любопытно? Каракас в эпоху Эксона и военных диктатур был процветающим городом, как и вся Венесуэла: бурное жилищное строительство, дорогие автомобили, богема и гламур. Для некоторых, не для всех. Потом нефтедоллары закончились — страна рухнула в кромешную нищету... Однако при Уго Чавесе страна не избавилась от нефтяной удавки. И до сих пор 95% доходов — от нефти. До сих пор нет ни новых производств, ни чёткого государственного планирования. До сих пор лавирование и поиск компромиссов с олигархией... В какой-то момент даже самые убедительные и очевидные ссылки на «волосатую руку» Госдепа, просто перестают работать, как перестают работать любые половинчатые меры.
Железные дороги — сверхдолгий проект, который не по силам ни одной частной компании. Но самое главное с точки зрения бизнеса — железные дороги убыточны. Однако в Китае, вопреки всем рыночным правилам, ставка делается именно на железные дороги. Реализуется гигантский инфраструктурный проект, чья задача — развитие того, что в учебниках политэкономии называли производительными силами: грубо, совершенствуется техника, обучаются люди.
Государственное планирование — вот базис, на котором произрастают все основные успехи Китая. Сегодня их связывают почему-то с иностранными инвестициями и приватизацией. Но в притоке иностранных инвестиций нет никаких чудес. Это давно описанное явление, называющееся вывозом капитала. Вывоз американского капитала дважды отстраивал разрушенную войнами Германию и не только её. Такова природа капитала: он всегда ищет дешёвую рабочую силу — единственный источник прибыли для себя. Советский Союз использовал эту особенность во время НЭПа, чтобы потом свернуть НЭП и начать индустриализацию. Важно — кто на ком «ездит»: капитал на партии или партия на капитале.
Опорочить образ Ленина, образ Сталина, вообще образ советской эпохи — это голубая мечта всей буржуазии, всей мировой буржуазии, потому что у нас, к сожалению, начиная со времён горбачёвской перестройки, когда, казалось бы, у власти находилась коммунистическая партия (в руководство которой прорвались прямые ренегаты и штрейхбрехеры), они выполняли социальный заказ буржуазии, чтобы не дай бог ни у кого не возник позитивный образ советского опыта, позитивный образ Ленина, Сталина, советских достижений. Поэтому надо свести всю советскую историю к истории ГУЛАГа, что и выполняет, например, господин Дудь.
Почему постоянно сравнивают Советский Союз и царскую Россию? Потому что царская Россия — это олигархический проект, а Советский Союз — это народный проект. Сейчас у власти — олигархи, и они, естественно, пытаются затоптать в грязь народный проект, а свой, олигархический, — прославлять. Сначала использовали историков-либералов, проституток, которые «доказывали», что войну выиграли вопреки Сталину, а теперь используют проституток-черносотенных, которые «доказывают», что войну выиграли, благодаря Николаю Второму.
Борьба с забастовками в Советском Союзе началась Хрущёвым в 1962-ом году, когда расстреляли рабочих. Тем самым Хрущёв продемонстрировал, что его государство — это диктатура буржуазии, то есть начался переходный период от социализма к капитализму.
Капитализм неизбежно оставляет в наследство социализму, с одной стороны, старые, веками сложившиеся, профессиональные и ремесленные различия между рабочими, с другой стороны, профсоюзы, которые лишь очень медленно, годами и годами, могут развиваться и будут развиваться в более широкие, менее цеховые, производственные союзы (охватывающие целые производства, а не только цехи, ремесла и профессии) и затем, через эти производственные союзы, переходить к уничтожению разделения труда между людьми, к воспитанию, обучению и подготовке всесторонне развитых и всесторонне подготовленных людей, людей, которые умеют все делать. К этому коммунизм идет, должен идти и придет, но только через долгий ряд лет. Пытаться сегодня практически предвосхитить этот грядущий результат вполне развитого, вполне упрочившегося и сложившегося, вполне развернутого и созревшего коммунизма, это все равно, что четырехлетнего ребенка учить высшей математике.
Профсоюзы были гигантским прогрессом рабочего класса в начале развития капитализма, как переход от распыленности и беспомощности рабочих к начаткам классового объединения. Когда стала вырастать высшая форма классового объединения пролетариев — революционная партия пролетариата (которая не будет заслуживать своего названия, пока не научится связывать вождей с классом и с массами в одно целое, в нечто неразрывное), тогда профсоюзы стали неминуемо обнаруживать некоторые реакционные черты, некоторую цеховую узость, некоторую склонность к аполитицизму, некоторую косность и т. д. Но иначе как через профсоюзы, через взаимодействие их с партией рабочего класса нигде в мире развитие пролетариата не шло и идти не могло. Завоевание политической власти пролетариатом есть гигантский шаг вперед пролетариата, как класса, и партии приходится еще более и по-новому, а не только по-старому, воспитывать профсоюзы, руководить ими, вместе с тем однако не забывая, что они остаются и долго останутся необходимой «школой коммунизма» и подготовительной школой для осуществления пролетариями их диктатуры, необходимым объединением рабочих для постепенного перехода в руки рабочего класса (а не отдельных профессий), и затем всех трудящихся, управления всем хозяйством страны.
Горбачёв был выдвинут той частью советской номенклатуры, советских спецслужб, которые решили превращаться в собственников. Американцы ускорили этот процесс, обрушив нефть и как бы подталкивая этих ребят.
Тэтчер в 91-ом году признала, что Советский Союз в 80-ые годы представлял для Запада экономическую угрозу. Это была проблема для Запада — быть или не быть для господствующих групп Запада, так же, как, скажем, ситуация в Америке во второй половине 30-ых годов — чтобы быть, нужно начинать Вторую мировую войну.