510 цитат персонажа «Доктор» с глубоким смыслом

Собрали 510 цитат персонажа «Доктор» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Она же мама, Донна. Это их работа — находить вину в каждом в своей семье. Это в пособии прописано.

   Она же мама, Донна. Это их работа — находить вину в каждом в своей семье. Это в пособии прописано.

   — Гэри Рассел · книга
2. «

   — Ты не выполняешь приказы, верно? — Такой уж родилась.

   — Ты не выполняешь приказы, верно? — Такой уж родилась.

   — Доктор · сериал
3. «

   – Она… Она… – растерянно пробормотала Зола. Мужчина отвернулся от экрана и посмотрел на девушку. – Больше внутри, чем снаружи. Да, знаю. И раз уж теперь мы оба это знаем, предлагаю пропустить эту часть. – Она стоит прямо, – наконец договорила Зола. – Будка лежит на боку, но внутри она стоит прямо. – О. Конечно. Хм-м. Тут ты меня подловила, – сказал он. – Да, пожалуй. Это относительно-пространственные стабилизаторы. Они защищают от… падений. – Хозяин корабля посмотрел на нее и насмешливо поднял бровь. – То, что внутри, и то, что снаружи, можно по-разному ориентировать относительно друг друга. – Он взмахнул рукой, словно объясняя, что никакого чуда нет, а есть лишь ловкость рук. – И она больше, – добавила Зола.

   – Она… Она… – растерянно пробормотала Зола. Мужчина отвернулся от экрана и посмотрел на девушку. – Больше внутри, чем снаружи. Да, знаю. И раз уж теперь мы оба это знаем, предлагаю пропустить эту часть. – Она стоит прямо, – наконец договорила Зола. – Будка лежит на боку, но внутри она стоит прямо. – О. Конечно. Хм-м. Тут ты меня подловила, – сказал он. – Да, пожалуй. Это относительно-пространственные стабилизаторы. Они защищают от… падений. – Хозяин корабля посмотрел на нее и насмешливо поднял бровь. – То, что внутри, и то, что снаружи, можно по-разному ориентировать относительно друг друга. – Он взмахнул рукой, словно объясняя, что никакого чуда нет, а есть лишь ловкость рук. – И она больше, – добавила Зола.

   — Джордж Манн · книга
4. «

   ― Ты сказала ТАРДИС что-то бессердечное, пока я переодевался? ― Нет! Конечно, нет. ― Ты назвала её жирной? ― Что? ― Потому что она не жирная. Она просто больше внутри, чем снаружи. ― Ты сошёл с ума. Ты же понимаешь это, да? ― Ну, не может же она плакать без причины. ― Почему? ― потребовала ответа Клара. ― Я тоже плачу, но ты не спрашиваешь у неё, называла ли она меня пухленькой.

   ― Ты сказала ТАРДИС что-то бессердечное, пока я переодевался? ― Нет! Конечно, нет. ― Ты назвала её жирной? ― Что? ― Потому что она не жирная. Она просто больше внутри, чем снаружи. ― Ты сошёл с ума. Ты же понимаешь это, да? ― Ну, не может же она плакать без причины. ― Почему? ― потребовала ответа Клара. ― Я тоже плачу, но ты не спрашиваешь у неё, называла ли она меня пухленькой.

   — Томми Донбаванд · книга
5. «

   — Встаньте. Объясните классу философию Галлифрея. Доктор встал и, что неудивительно, стал запинаться, ведь он нуждался в данных. Точный и краткий ответ мог занять несколько дней. Он так и сказал. — Неверно. — Голос Делокс походил на скрип дерева, пораженного молнией. Она указала на Рансибла. — Вы. — Повиновение. Честь. Понимание. Верность. Уважение. Делокс махнула рукой. — Почти. Вы забыли сказать «традиция». Традиция так же важна, как и все прочие качества.

   — Встаньте. Объясните классу философию Галлифрея. Доктор встал и, что неудивительно, стал запинаться, ведь он нуждался в данных. Точный и краткий ответ мог занять несколько дней. Он так и сказал. — Неверно. — Голос Делокс походил на скрип дерева, пораженного молнией. Она указала на Рансибла. — Вы. — Повиновение. Честь. Понимание. Верность. Уважение. Делокс махнула рукой. — Почти. Вы забыли сказать «традиция». Традиция так же важна, как и все прочие качества.

   — Гэри Рассел · книга
6. «

   — Чудесно. В цепях. — Ага... — Скрутили как индюка, и все благодаря вашему доктору... — Умолкни, Гуди. Я спас тебе жизнь. — Я держал ситуацию под контролем. — Длинноволосый простофиля против роботов убийц, я бы точно знал на кого поставить. — Если бы ты меня не предал, я бы одержал победу. — Ты бы превратился в дым и пепел. — Ха... — И разлетелся бы на маленькие смеющиеся кусочки оседая в кубках зрителей. — Какой вздор. Ха... — О опять началось. Давно не смеялся! — Но хе... ты меня забавляешь, седой старик. — Стража-а, он снова смеётся. Меня нельзя запирать со смеющимся человеком.

   — Чудесно. В цепях. — Ага... — Скрутили как индюка, и все благодаря вашему доктору... — Умолкни, Гуди. Я спас тебе жизнь. — Я держал ситуацию под контролем. — Длинноволосый простофиля против роботов убийц, я бы точно знал на кого поставить. — Если бы ты меня не предал, я бы одержал победу. — Ты бы превратился в дым и пепел. — Ха... — И разлетелся бы на маленькие смеющиеся кусочки оседая в кубках зрителей. — Какой вздор. Ха... — О опять началось. Давно не смеялся! — Но хе... ты меня забавляешь, седой старик. — Стража-а, он снова смеётся. Меня нельзя запирать со смеющимся человеком.

   — Доктор · сериал
7. «

   — Салевин провинился только тем, что у него был необычный талант: он умел помещать свое сознание в разум других людей. У всех Повелителей Времени есть способности к телепатии, но то, что умел Салевин, не мог повторить никто. Он не был злым, он был просто другим. Да, периодически он позволял себе сыграть шутку-другую. Убедил Лорда-президента, что на нем штаны горят, например. Заставил архивариусов танцевать канкан. Ну и прочие мелочи вроде этой. Профессор едва сдержал смешок. — Веселое было время! Доктор не дал ему продолжить: — Высшему Совету это не понравилось. И я имею в виду не горящие штаны и канкан. У Салевина был колоссальный потенциал. Опасный потенциал. Стоило ему захотеть, и у Галлифрея был бы новый президент. — Но почему они решили, что Салевин этого захочет? – удивился Крис. — Потому что будь такая способность у кого-то из Совета, они бы именно так и поступили, – с горечью отозвался Доктор.

   — Салевин провинился только тем, что у него был необычный талант: он умел помещать свое сознание в разум других людей. У всех Повелителей Времени есть способности к телепатии, но то, что умел Салевин, не мог повторить никто. Он не был злым, он был просто другим. Да, периодически он позволял себе сыграть шутку-другую. Убедил Лорда-президента, что на нем штаны горят, например. Заставил архивариусов танцевать канкан. Ну и прочие мелочи вроде этой. Профессор едва сдержал смешок. — Веселое было время! Доктор не дал ему продолжить: — Высшему Совету это не понравилось. И я имею в виду не горящие штаны и канкан. У Салевина был колоссальный потенциал. Опасный потенциал. Стоило ему захотеть, и у Галлифрея был бы новый президент. — Но почему они решили, что Салевин этого захочет? – удивился Крис. — Потому что будь такая способность у кого-то из Совета, они бы именно так и поступили, – с горечью отозвался Доктор.

   — Гарет Робертс · книга
8. «

   Доктор подумал о Раллоне, о том, чего он был лишен все эти годы. И его заключительной жертве. Он не проиграл, но и не победил. Однако, против столь сильного противника как Страж Мечтаний, он выстоял лучше, чем мог бы надеяться. Доктор посмотрел на внутреннюю дверь, за которую ушли остальные. Время излечит их. Он задался вопросом, излечит ли оно и его.

   Доктор подумал о Раллоне, о том, чего он был лишен все эти годы. И его заключительной жертве. Он не проиграл, но и не победил. Однако, против столь сильного противника как Страж Мечтаний, он выстоял лучше, чем мог бы надеяться. Доктор посмотрел на внутреннюю дверь, за которую ушли остальные. Время излечит их. Он задался вопросом, излечит ли оно и его.

   — Гэри Рассел · книга
9. «

   — Было время, когда Галлифрей занимался исследованиями. Вспомните Миньос. Вспомните Смертельную Зону. Подумайте о первых годах Галлифрея, когда исследователи рисковали во временной воронке. У них была страсть к приключениям. Их гены все еще в нас. — Кажется, только в тебе, — ответил Ванселл. Доктор застыл.

   — Было время, когда Галлифрей занимался исследованиями. Вспомните Миньос. Вспомните Смертельную Зону. Подумайте о первых годах Галлифрея, когда исследователи рисковали во временной воронке. У них была страсть к приключениям. Их гены все еще в нас. — Кажется, только в тебе, — ответил Ванселл. Доктор застыл.

   — Гэри Рассел · книга
10. «

    — Это ваша Цитадель… – начал Доктор, уже собирая из подручных деталек новый план, – говоришь, оттуда никто никогда не возвращается? — Никто, – вставил Кимус. – Кроме гвардии. — Изумительно! – просиял Доктор. – Тогда пошли, добудем себе несколько гвардейцев!

    — Это ваша Цитадель… – начал Доктор, уже собирая из подручных деталек новый план, – говоришь, оттуда никто никогда не возвращается? — Никто, – вставил Кимус. – Кроме гвардии. — Изумительно! – просиял Доктор. – Тогда пошли, добудем себе несколько гвардейцев!

    — Дуглас Адамс · книга
11. «

    — Понимаешь, я не люблю самокопание, психологию и психоанализ, — сказал Доктор. — Это ненужное любопытство. Поэтому ты и не слышишь, чтобы я исповедовался направо и налево. — А какие это могли бы быть исповеди! — засмеялась Сэм.

    — Понимаешь, я не люблю самокопание, психологию и психоанализ, — сказал Доктор. — Это ненужное любопытство. Поэтому ты и не слышишь, чтобы я исповедовался направо и налево. — А какие это могли бы быть исповеди! — засмеялась Сэм.

    — Пол Марс · книга
12. «

    — Что это было? – спросил Грэм. Сердце у него в груди неистово билось. – Землетрясение? Доктор нахмурилась. — Не знаю. А мне не нравится чего-либо не знать. — Не нравится даже больше оливок? — Не говори глупостей, Грэм. Оливки намного хуже.

    — Что это было? – спросил Грэм. Сердце у него в груди неистово билось. – Землетрясение? Доктор нахмурилась. — Не знаю. А мне не нравится чего-либо не знать. — Не нравится даже больше оливок? — Не говори глупостей, Грэм. Оливки намного хуже.

    — Джуно Доусон · книга
13. «

    – Сьюзен, мне нужно, чтобы ты сделала кое-что очень важное, – сказал дедушка. Он переключал тумблеры, двигал рычагами. – У меня обе руки заняты. – Да, дедушка. – Поставь, пожалуйста, чайник.

    – Сьюзен, мне нужно, чтобы ты сделала кое-что очень важное, – сказал дедушка. Он переключал тумблеры, двигал рычагами. – У меня обе руки заняты. – Да, дедушка. – Поставь, пожалуйста, чайник.

    — Ким Ньюман · книга
14. «

    — Ух ты! Реально хорошо водишь, – Кимус аж запрыгал на сиденье. – Ты этим зарабатываешь на жизнь? — Нет, я по большей части спасаю планеты, – мрачно ответствовал Доктор. – Но на сей раз, боюсь, я прибыл слишком поздно. Слишком поздно...

    — Ух ты! Реально хорошо водишь, – Кимус аж запрыгал на сиденье. – Ты этим зарабатываешь на жизнь? — Нет, я по большей части спасаю планеты, – мрачно ответствовал Доктор. – Но на сей раз, боюсь, я прибыл слишком поздно. Слишком поздно...

    — Дуглас Адамс · книга
15. «

    Для некоторых людей плохо обращаться с окружающими — смысл жизни.

    Для некоторых людей плохо обращаться с окружающими — смысл жизни.

    — Жаклин Райнер · книга
16. «

    — Доктор! — крикнул Саул. — К церкви приближается что-то очень сильное! Доктор кивнул: — По крайней мере, оно пунктуальное.

    — Доктор! — крикнул Саул. — К церкви приближается что-то очень сильное! Доктор кивнул: — По крайней мере, оно пунктуальное.

    — Пол Корнелл · книга
17. «

    — На сегодняшний день медицина значительно продвинулась. — В технике, возможно, но против рака или СПИДа у вас ничего нет. — Всегда будет болезни, против которых мы бессильны.

    — На сегодняшний день медицина значительно продвинулась. — В технике, возможно, но против рака или СПИДа у вас ничего нет. — Всегда будет болезни, против которых мы бессильны.

    — Доктор · фильм
18. «

    ― Чего же ты ждёшь? ― крикнула Мэй. ― Брось её! ― Но это оригинальная ручка Пола Е. Уирта! ― воскликнул Доктор. ― Марк Твен дал её мне после того, как он закончил ею первый черновик «Гекльберри Финна». Ужасная орфография, мне пришлось многое отредактировать, прежде чем он смог представить рукопись. ― Тогда выбери что-нибудь другое! ― заорала Мэй. Засунув ручку обратно в карман, Доктор извлёк огромный ключ, потом компьютерную мышь и наконец бейсбольный мяч. Группа вокруг них начала осознавать, что отвёртка не причиняла им никакого вреда, и они подползали всё ближе. ― Брось его! ― крикнула Мэй. ― Сейчас же! ― Он подписан Бейбом Рутом, ― прошипел Доктор, вращая его, чтобы продемонстрировать автограф.

    ― Чего же ты ждёшь? ― крикнула Мэй. ― Брось её! ― Но это оригинальная ручка Пола Е. Уирта! ― воскликнул Доктор. ― Марк Твен дал её мне после того, как он закончил ею первый черновик «Гекльберри Финна». Ужасная орфография, мне пришлось многое отредактировать, прежде чем он смог представить рукопись. ― Тогда выбери что-нибудь другое! ― заорала Мэй. Засунув ручку обратно в карман, Доктор извлёк огромный ключ, потом компьютерную мышь и наконец бейсбольный мяч. Группа вокруг них начала осознавать, что отвёртка не причиняла им никакого вреда, и они подползали всё ближе. ― Брось его! ― крикнула Мэй. ― Сейчас же! ― Он подписан Бейбом Рутом, ― прошипел Доктор, вращая его, чтобы продемонстрировать автограф.

    — Томми Донбаванд · книга
19. «

    А поскольку она вела себя как красавица, то она и была ею.

    А поскольку она вела себя как красавица, то она и была ею.

    — Пол Марс · книга
20. «

    — Я встретила другую Эйс. Зеркальное отражение. — Да? — Ну, — она искала подходящие слова. — Она была грязной сукой. — Продолжай. — И я боюсь, что я действительно такая. Я имею в виду, я знаю, что я жёсткая и эгоистичная. — Ты можешь быть такой, — ответил он. — Это то, что с тобой сделало время. Но ты по-прежнему и Дороти тоже.

    — Я встретила другую Эйс. Зеркальное отражение. — Да? — Ну, — она искала подходящие слова. — Она была грязной сукой. — Продолжай. — И я боюсь, что я действительно такая. Я имею в виду, я знаю, что я жёсткая и эгоистичная. — Ты можешь быть такой, — ответил он. — Это то, что с тобой сделало время. Но ты по-прежнему и Дороти тоже.

    — Марк Платт · книга