614 цитат персонажа «Доктор» для вдохновения

Собрали 614 цитат персонажа «Доктор» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — У нас нет двигателей и нет времени. — Ты сдался! А ведь мы даже не начали. Где твой боевой дух?

   — У нас нет двигателей и нет времени. — Ты сдался! А ведь мы даже не начали. Где твой боевой дух?
2. «

   — Бееееее. — Что? — Бееееее. — Я вижу. Рори? — Бееееее. — Нет, определенно не Рори. Хотя, все же есть некоторое сходство. Например, ты стоишь здесь, глядя на меня, предполагая, что я знаю, что происходит. Издаешь странные звуки, которые никто не понимает. Но, не смотря на все это, я абсолютно уверен, что ты не Рори. — Эм, Доктор? — О, видишь, теперь это Рори. Понимаешь, к чему я клоню, да? — Беееееее. — Доктор? — Тише, Рори, я беседую с бараном. — Бееееее.

   — Бееееее. — Что? — Бееееее. — Я вижу. Рори? — Бееееее. — Нет, определенно не Рори. Хотя, все же есть некоторое сходство. Например, ты стоишь здесь, глядя на меня, предполагая, что я знаю, что происходит. Издаешь странные звуки, которые никто не понимает. Но, не смотря на все это, я абсолютно уверен, что ты не Рори. — Эм, Доктор? — О, видишь, теперь это Рори. Понимаешь, к чему я клоню, да? — Беееееее. — Доктор? — Тише, Рори, я беседую с бараном. — Бееееее.

   — Гэри Рассел · книга
3. «

   — Какой красивый! — Ты его еще к свету подними, – подсказал Доктор, польщенный ее реакцией – это уже куда ни шло. – Видишь, там, в самой сердцевине, полыхает зеленое пламя? Люди убивали за эту красоту, собирали ее, прятали, поклонялись ей, стирали с лица земли целые империи ради нее.

   — Какой красивый! — Ты его еще к свету подними, – подсказал Доктор, польщенный ее реакцией – это уже куда ни шло. – Видишь, там, в самой сердцевине, полыхает зеленое пламя? Люди убивали за эту красоту, собирали ее, прятали, поклонялись ей, стирали с лица земли целые империи ради нее.

   — Дуглас Адамс · книга
4. «

   — Доктор! Не поступай так со мной! — Сделай как я прошу, – тихо умолял он. – Мне нужно, чтобы ты присматривала за Гильгамешем. – Это оправдание больше не подействует, – сказала она. – Ему будет безопаснее вдали от меня о у меня больше причин его убить, чем у кого-либо.

   — Доктор! Не поступай так со мной! — Сделай как я прошу, – тихо умолял он. – Мне нужно, чтобы ты присматривала за Гильгамешем. – Это оправдание больше не подействует, – сказала она. – Ему будет безопаснее вдали от меня о у меня больше причин его убить, чем у кого-либо.

   — Джон Пил · книга
5. «

   — Доктор тебя остановит, — услышал он свой голос. – Я его знаю. Он тебя остановит. Он нас спасёт. Далек сделал паузу, прежде чем ответить. — Доктора здесь нет. Он поднял пушку и Фрэнк закрыл глаза. Далек выстрелил. Фрэнк закричал, на секунду его тело стало прозрачным, скелет было видно сквозь мерцающее марево неземного света. Потом Далек развернулся и одного за другим убил остальных пассажиров. Онкричал с удовольствием и радостью: — Уничтожить! Уничтожить! Уничтожить!

   — Доктор тебя остановит, — услышал он свой голос. – Я его знаю. Он тебя остановит. Он нас спасёт. Далек сделал паузу, прежде чем ответить. — Доктора здесь нет. Он поднял пушку и Фрэнк закрыл глаза. Далек выстрелил. Фрэнк закричал, на секунду его тело стало прозрачным, скелет было видно сквозь мерцающее марево неземного света. Потом Далек развернулся и одного за другим убил остальных пассажиров. Онкричал с удовольствием и радостью: — Уничтожить! Уничтожить! Уничтожить!

   — Гарет Робертс · книга
6. «

   — Так как тебя зовут? — Обычно меня зовут Доктором. — Но это не имя. — Нет. Это тайна. Казалось, что он больше не будет об этом говорить, но он передумал. — Эх, почему нет? И он сказал ей. Она громко рассмеялась. — Что, правда? Он кивнул немного стыдливо. — Я говорю всем, что оно слишком длинное и труднопроизносимое. Обычно они замолкают.

   — Так как тебя зовут? — Обычно меня зовут Доктором. — Но это не имя. — Нет. Это тайна. Казалось, что он больше не будет об этом говорить, но он передумал. — Эх, почему нет? И он сказал ей. Она громко рассмеялась. — Что, правда? Он кивнул немного стыдливо. — Я говорю всем, что оно слишком длинное и труднопроизносимое. Обычно они замолкают.

   — Жаклин Райнер · книга
7. «

   Я чувствую себя рыбаком, который сплёл сеть, а затем обнаружил, что все узлы в ней развязаны.

   Я чувствую себя рыбаком, который сплёл сеть, а затем обнаружил, что все узлы в ней развязаны.

   — Пол Корнелл · книга
8. «

   — А как насчёт творчества? Понимаете ли, я пишу музыку. Я смогу это делать? — Вы пишете её яйцами?

   — А как насчёт творчества? Понимаете ли, я пишу музыку. Я смогу это делать? — Вы пишете её яйцами?

   — Чарли Харпер · сериал
9. «

   — А что у вас за представление? — спросил мужчина в цилиндре. — Побег, — ответил Доктор. — Давненько этим занимаетесь? — Хм, — на миг Доктор задумался. — Около тысячи лет. Плюс-минус век. Убегаю — ловят, убегаю — ловят — вот и краткое содержание всех моих жизней.

   — А что у вас за представление? — спросил мужчина в цилиндре. — Побег, — ответил Доктор. — Давненько этим занимаетесь? — Хм, — на миг Доктор задумался. — Около тысячи лет. Плюс-минус век. Убегаю — ловят, убегаю — ловят — вот и краткое содержание всех моих жизней.

   — Жаклин Райнер · книга
10. «

    Кролик отвлекся от травы, поднял голову и невинными глазками посмотрел на Доктора. Тот остановился и некоторое время сверлил кролика взглядом в ответ. А затем серьезнейшим тоном сказал: — Здравствуй, Элисон. Надо отдать кролику должное, он сохранил абсолютное спокойствие. Ладно, подумал Доктор, значит, будем играть по-твоему! — Что бы ты ни замыслил, забудь, – сказал он. – Я Доктор, мне девятьсот лет, я с планеты Галлифрей, что в созвездии Кастерборус. Я известен как приход бури, несущий тьму… Он осекся, потому что кролик снова принялся жевать траву, и на задворках разума Доктора возникла ужасная догадка, которая требовала внимания. Он вздохнул. — А ты всего лишь обычный кролик, да? Кролик бросил на него взгляд и поскакал следом за собратьями.

    Кролик отвлекся от травы, поднял голову и невинными глазками посмотрел на Доктора. Тот остановился и некоторое время сверлил кролика взглядом в ответ. А затем серьезнейшим тоном сказал: — Здравствуй, Элисон. Надо отдать кролику должное, он сохранил абсолютное спокойствие. Ладно, подумал Доктор, значит, будем играть по-твоему! — Что бы ты ни замыслил, забудь, – сказал он. – Я Доктор, мне девятьсот лет, я с планеты Галлифрей, что в созвездии Кастерборус. Я известен как приход бури, несущий тьму… Он осекся, потому что кролик снова принялся жевать траву, и на задворках разума Доктора возникла ужасная догадка, которая требовала внимания. Он вздохнул. — А ты всего лишь обычный кролик, да? Кролик бросил на него взгляд и поскакал следом за собратьями.

    — Стивен Моффат · книга
11. «

    — Вы боитесь сражаться? — Я боюсь проиграть, – Доктор убрал с себя руку Реппла. – Это не люди. Не плоть и кровь, которую можно остановить пулей или грубой силой. Не люди, как вы и... – он запнулся, – как вы. Как только они окажутся внутри, они убьют вас всех, чтобы заполучить меня. Не вас – меня. Понимаете?

    — Вы боитесь сражаться? — Я боюсь проиграть, – Доктор убрал с себя руку Реппла. – Это не люди. Не плоть и кровь, которую можно остановить пулей или грубой силой. Не люди, как вы и... – он запнулся, – как вы. Как только они окажутся внутри, они убьют вас всех, чтобы заполучить меня. Не вас – меня. Понимаете?

    — Джастин Ричардс · книга
12. «

    — А у вас не найдётся маски, изображающей торжествующее самодовольство? – поинтересовался Доктор. — Ей бы она пошла, – согласилась Роза. Она сглотнула – в горле пересохло. Затем она увидела, куда смотрел Доктор – через плечо Мелиссы, в направлении Темзы. И увидела стоящую за окном фигуру, отчаянно толкающую створки окна вовнутрь. — Это не для неё, – сказал Доктор. – Была бы у вас маска торжествующего самодовольства, знаете... – он сделал паузу, и Фредди, наконец, удалось открыть окно, – я бы её у вас одолжил! Бежим, Роза!

    — А у вас не найдётся маски, изображающей торжествующее самодовольство? – поинтересовался Доктор. — Ей бы она пошла, – согласилась Роза. Она сглотнула – в горле пересохло. Затем она увидела, куда смотрел Доктор – через плечо Мелиссы, в направлении Темзы. И увидела стоящую за окном фигуру, отчаянно толкающую створки окна вовнутрь. — Это не для неё, – сказал Доктор. – Была бы у вас маска торжествующего самодовольства, знаете... – он сделал паузу, и Фредди, наконец, удалось открыть окно, – я бы её у вас одолжил! Бежим, Роза!

    — Джастин Ричардс · книга
13. «

    Хорошенькая внешность еще не заменит силы характера!

    Хорошенькая внешность еще не заменит силы характера!

    — Дуглас Адамс · книга
14. «

    ― Потрясающе! ― вздохнула Клара, подходя ко входу в червоточину и протягивая руку. Доктор быстро шлёпнул по ней. ― Ай! ― закричала она. ― Зачем ты это сделал? ― Ты чуть не засунула руку в другой мир! ― сказал Доктор. ― Помимо того, что червоточина, скорее всего, испаряет человеческую плоть и потащит твои пальцы в миллиард разных направлений, ты не знаешь, что по другую сторону, если твоя рука останется невредимой. Ты можешь тянуться в чью-нибудь ванную, а это не очень вежливо.

    ― Потрясающе! ― вздохнула Клара, подходя ко входу в червоточину и протягивая руку. Доктор быстро шлёпнул по ней. ― Ай! ― закричала она. ― Зачем ты это сделал? ― Ты чуть не засунула руку в другой мир! ― сказал Доктор. ― Помимо того, что червоточина, скорее всего, испаряет человеческую плоть и потащит твои пальцы в миллиард разных направлений, ты не знаешь, что по другую сторону, если твоя рука останется невредимой. Ты можешь тянуться в чью-нибудь ванную, а это не очень вежливо.

    — Томми Донбаванд · книга
15. «

    Тон под маркой «Давайте же будем разумны» использовался для того, чтобы стянуть злодея на уровень оппонента. Богатый жизненный опыт подсказывал ему, что все страдающие манией величия маньяки, от суперкомпьютеров до гигантских космических креветок, очень живо реагировали, когда к ним относились как к равным. Это их реально провоцировало и вместе с тем заставляло выдать все свои слабые места. Если они прекращали поглаживать бороду (особенно это касалось креветок), а взгляд их непроизвольно прыгал к большой красной кнопке с надписью «Самоуничтожение», день объявлялся прошедшим не зря.

    Тон под маркой «Давайте же будем разумны» использовался для того, чтобы стянуть злодея на уровень оппонента. Богатый жизненный опыт подсказывал ему, что все страдающие манией величия маньяки, от суперкомпьютеров до гигантских космических креветок, очень живо реагировали, когда к ним относились как к равным. Это их реально провоцировало и вместе с тем заставляло выдать все свои слабые места. Если они прекращали поглаживать бороду (особенно это касалось креветок), а взгляд их непроизвольно прыгал к большой красной кнопке с надписью «Самоуничтожение», день объявлялся прошедшим не зря.

    — Дуглас Адамс · книга
16. «

    — Хисперо — и город, и планета — живут по своим законам. Не следует так пренебрежительно относиться к тёмным силам, которые некоторым удалось тут обуздать, Хила. — Да ладно тебе, Доктор, — сказала Сэм. — Ты же не хочешь сказать, что ты веришь в колдовство и чёрную магию? Уж кто-кто, но ты?! — О книге по обёртке не судят, Сэм, — сказал он. — Это ещё как понимать? — Это значит, что были когда-то времена, когда я считал, что рациональность — это всё. Что можно понять что угодно, если с ясной головой применить логику и не поддаваться суевериям. Я считал всё это ерундой. Но сейчас... — он вздохнул. — Я бы сказал, что я этнометодологист. Это всё ещё наука. Но она о том, чтобы настроить себя на параметры общества, которое посещаешь. Думать с их точки зрения. Видеть их утешительные мифы и идеи изнутри. Теперь я не тороплюсь отбрасывать всё загадочное, похожее на волшебство. Возьмём, к примеру, вампиров, Сэм. Ты выросла с мыслью о том, что вампиры существуют только в фильмах ужасов и в старых легендах. Но ты их встречала: они настоящие. Они существуют на собственных условиях. Они такие же сказочные и обычные, как и мы с тобой.

    — Хисперо — и город, и планета — живут по своим законам. Не следует так пренебрежительно относиться к тёмным силам, которые некоторым удалось тут обуздать, Хила. — Да ладно тебе, Доктор, — сказала Сэм. — Ты же не хочешь сказать, что ты веришь в колдовство и чёрную магию? Уж кто-кто, но ты?! — О книге по обёртке не судят, Сэм, — сказал он. — Это ещё как понимать? — Это значит, что были когда-то времена, когда я считал, что рациональность — это всё. Что можно понять что угодно, если с ясной головой применить логику и не поддаваться суевериям. Я считал всё это ерундой. Но сейчас... — он вздохнул. — Я бы сказал, что я этнометодологист. Это всё ещё наука. Но она о том, чтобы настроить себя на параметры общества, которое посещаешь. Думать с их точки зрения. Видеть их утешительные мифы и идеи изнутри. Теперь я не тороплюсь отбрасывать всё загадочное, похожее на волшебство. Возьмём, к примеру, вампиров, Сэм. Ты выросла с мыслью о том, что вампиры существуют только в фильмах ужасов и в старых легендах. Но ты их встречала: они настоящие. Они существуют на собственных условиях. Они такие же сказочные и обычные, как и мы с тобой.

    — Пол Марс · книга
17. «

    Спокойные моменты всегда забываются.

    Спокойные моменты всегда забываются.

    — Пол Марс · книга
18. «

    Доктор беспокоился. Для того, кто много раз убеждал себя в том, что вселенная лежит на его ответственности, и только на его, в беспокойстве не было ничего нового. Но это было особенно тяжёлое и зловещее беспокойство. Из тех, которые можно порезать ломтиками и подать на обед.

    Доктор беспокоился. Для того, кто много раз убеждал себя в том, что вселенная лежит на его ответственности, и только на его, в беспокойстве не было ничего нового. Но это было особенно тяжёлое и зловещее беспокойство. Из тех, которые можно порезать ломтиками и подать на обед.

    — Лоренс Майлс · книга
19. «

    — Ты постареешь одновременно со мной? — Вместе с тобой...

    — Ты постареешь одновременно со мной? — Вместе с тобой...

    — Доктор · сериал
20. «

    — Ты уверен, что лучший способ спасти заключённого — сжечь тюрьму? — едко сказала Романа. — Сжечь флигель, примыкающий к тюрьме, — поправил её Доктор.

    — Ты уверен, что лучший способ спасти заключённого — сжечь тюрьму? — едко сказала Романа. — Сжечь флигель, примыкающий к тюрьме, — поправил её Доктор.

    — Терренс Дикс · книга