21 цитата персонажа «Романадворатрелундар» без воды

21 цитата персонажа «Романадворатрелундар» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Я, – начал Доктор со всем величием, которое допускает поза лежа на полу, – всегда готов признать, если был по-настоящему не прав. — Кто? – Романа устремила на него ясный взор широко раскрытых и совершенно невинных глаз. — Однако так уж вышло, что вот в этом конкретном случае я отнюдь не не прав, – он одарил ее победоносной улыбкой.

   — Я, – начал Доктор со всем величием, которое допускает поза лежа на полу, – всегда готов признать, если был по-настоящему не прав. — Кто? – Романа устремила на него ясный взор широко раскрытых и совершенно невинных глаз. — Однако так уж вышло, что вот в этом конкретном случае я отнюдь не не прав, – он одарил ее победоносной улыбкой.

   — Дуглас Адамс · книга
2. «

   — Между прочим, я только что спас тебя от далека! Вот ведь неблагодарная девчонка. — Который бы тут не появился, если бы ты о нем не подумал, – огрызнулась она.

   — Между прочим, я только что спас тебя от далека! Вот ведь неблагодарная девчонка. — Который бы тут не появился, если бы ты о нем не подумал, – огрызнулась она.

   — Дуглас Адамс · книга
3. «

   — Так кто такой Ньютон? – поинтересовалась она. — Старик Исаак-то? – Доктор медленно двинулся через равнину. Ну и битва у них тут была, судя по всему. — Это один мой друг с Земли, он открыл силу тяжести. Ну, на самом деле, пришлось его немножечко к этому подтолкнуть. — Что ты ему и обеспечил, надо полагать. — О да. — А что ты сделал? — Влез на дерево и уронил ему на голову яблоко. — И он после этого открыл силу тяжести? – Кажется, история вызвала у Романы определенные сомнения. — Да нет же, – отмахнулся Доктор. – Он встал и заорал, чтобы я слезал с его яблони. Про силу тяжести я объяснил ему потом, за ужином.

   — Так кто такой Ньютон? – поинтересовалась она. — Старик Исаак-то? – Доктор медленно двинулся через равнину. Ну и битва у них тут была, судя по всему. — Это один мой друг с Земли, он открыл силу тяжести. Ну, на самом деле, пришлось его немножечко к этому подтолкнуть. — Что ты ему и обеспечил, надо полагать. — О да. — А что ты сделал? — Влез на дерево и уронил ему на голову яблоко. — И он после этого открыл силу тяжести? – Кажется, история вызвала у Романы определенные сомнения. — Да нет же, – отмахнулся Доктор. – Он встал и заорал, чтобы я слезал с его яблони. Про силу тяжести я объяснил ему потом, за ужином.

   — Дуглас Адамс · книга
4. «

   — Мне скучно, — начала она. — Не с кем поговорить. Родан отправилась на курс межкультурных связей. Романа отсутствует. — Президент недоступен, — поправил он. — Она отсутствует. — Да, но предполагается, что ты ничего об этом не знаешь. — Она сама сказала мне. Неудивительно, что Спандрелл покинул пост, подумал Андред. Романа — сущий кошмар для службы безопасности.

   — Мне скучно, — начала она. — Не с кем поговорить. Родан отправилась на курс межкультурных связей. Романа отсутствует. — Президент недоступен, — поправил он. — Она отсутствует. — Да, но предполагается, что ты ничего об этом не знаешь. — Она сама сказала мне. Неудивительно, что Спандрелл покинул пост, подумал Андред. Романа — сущий кошмар для службы безопасности.

   — Марк Платт · книга
5. «

   Теора снова вздохнула. Склонность президента к легкомысленным замечаниям перед лицом опасности уже стала легендарной. — Мадам, возможно, это была попытка покушения на Вашу жизнь. — Или Вашу, Теора.

   Теора снова вздохнула. Склонность президента к легкомысленным замечаниям перед лицом опасности уже стала легендарной. — Мадам, возможно, это была попытка покушения на Вашу жизнь. — Или Вашу, Теора.

   — Марк Платт · книга
6. «

   — Скажи, а был у нас какой-то ритуал, связанный непосредственно с этой книгой? Я уже не помню. — Был. На церемонии Представления в Академии. Начинался со слов: «Клянусь защищать…» Доктор энергично кивнул. — Теперь вспомнил. «Клянусь защищать «Почитаемый и Древний Закон Галлифрея» до последней капли крови, клянусь до конца своих дней быть сдержанным в своих мыслях и поступках, служа чести и справедливости». — Всего лишь слова. — Вот именно. Слова, слова, а за ними ничего нет. Вечная история Повелителей Времени: добрые намерения, но до дела не доходит, – тут же завелся Доктор. — Неправда, – мягко возразила Романа. – Посмотри на себя: мало слов, зато сколько дел. — Я именно то исключение, которое подтверждает правило.

   — Скажи, а был у нас какой-то ритуал, связанный непосредственно с этой книгой? Я уже не помню. — Был. На церемонии Представления в Академии. Начинался со слов: «Клянусь защищать…» Доктор энергично кивнул. — Теперь вспомнил. «Клянусь защищать «Почитаемый и Древний Закон Галлифрея» до последней капли крови, клянусь до конца своих дней быть сдержанным в своих мыслях и поступках, служа чести и справедливости». — Всего лишь слова. — Вот именно. Слова, слова, а за ними ничего нет. Вечная история Повелителей Времени: добрые намерения, но до дела не доходит, – тут же завелся Доктор. — Неправда, – мягко возразила Романа. – Посмотри на себя: мало слов, зато сколько дел. — Я именно то исключение, которое подтверждает правило.

   — Гарет Робертс · книга
7. «

   — Тебе не кажется странным?... – начала Романа. — Поточнее, пожалуйста, – перебил ее Доктор, ласково проводя рукой по панели управления. – Я с ходу могу вспомнить примерно 137 странных происшествий – и это только за последние 48 часов.

   — Тебе не кажется странным?... – начала Романа. — Поточнее, пожалуйста, – перебил ее Доктор, ласково проводя рукой по панели управления. – Я с ходу могу вспомнить примерно 137 странных происшествий – и это только за последние 48 часов.

   — Гарет Робертс · книга
8. «

   — Доктор! Ты жив! — Мы уже сутки только и делаем, что пытаемся определить, жив я или нет, – весело ответил Доктор.

   — Доктор! Ты жив! — Мы уже сутки только и делаем, что пытаемся определить, жив я или нет, – весело ответил Доктор.

   — Гарет Робертс · книга
9. «

   — Хотите принести хотя бы какую-то пользу? Крис утвердительно затряс головой. Девушка указала на синюю телефонную будку. — Тогда принесите из ТАРДИС аптечку, – сказала она буднично. Крис замер. — Принести откуда? — Оттуда. – Девушка снова указала на будку. – Запоминайте: первая дверь налево, вниз по коридору, вторая дверь справа, вниз по коридору, третья дверь слева, вниз по коридору, четвертая дверь справа… Она на секунду запнулась, пытаясь вспомнить, куда идти дальше. — Вниз по коридору? – предположил Крис, просто чтобы что-то сказать. Девушка с серьезным видом кивнула. — Верно. Белый шкаф напротив двери, верхняя полка.

   — Хотите принести хотя бы какую-то пользу? Крис утвердительно затряс головой. Девушка указала на синюю телефонную будку. — Тогда принесите из ТАРДИС аптечку, – сказала она буднично. Крис замер. — Принести откуда? — Оттуда. – Девушка снова указала на будку. – Запоминайте: первая дверь налево, вниз по коридору, вторая дверь справа, вниз по коридору, третья дверь слева, вниз по коридору, четвертая дверь справа… Она на секунду запнулась, пытаясь вспомнить, куда идти дальше. — Вниз по коридору? – предположил Крис, просто чтобы что-то сказать. Девушка с серьезным видом кивнула. — Верно. Белый шкаф напротив двери, верхняя полка.

   — Гарет Робертс · книга
10. «

    — Скагра хотел взорвать Кембридж? – ужаснулся Крис. – Все факультеты? Все колледжи? Даже пабы? — Всю планету, – мрачно напомнил Доктор. Крис фыркнул. Затем его неожиданно охватил гнев. — Он собирался убить Клэр?! Слова сорвались с языка Криса раньше, чем он успел понять, что именно они означают. Доктор приподнял бровь. — И прочих симпатичных девушек. А также юношей. Просто на всякий случай.

    — Скагра хотел взорвать Кембридж? – ужаснулся Крис. – Все факультеты? Все колледжи? Даже пабы? — Всю планету, – мрачно напомнил Доктор. Крис фыркнул. Затем его неожиданно охватил гнев. — Он собирался убить Клэр?! Слова сорвались с языка Криса раньше, чем он успел понять, что именно они означают. Доктор приподнял бровь. — И прочих симпатичных девушек. А также юношей. Просто на всякий случай.

    — Гарет Робертс · книга
11. «

    — Самое ужасное, не считая проигранного сражения, — сказал Доктор, — это выигранное сражение. Старина Веллингтон сказал мне это, сразу после Ватерлоо. И он был прав. Романа нахмурилась. — Не очень-то логично. — Возможно. Но в этом всё равно есть глубокий смысл.

    — Самое ужасное, не считая проигранного сражения, — сказал Доктор, — это выигранное сражение. Старина Веллингтон сказал мне это, сразу после Ватерлоо. И он был прав. Романа нахмурилась. — Не очень-то логично. — Возможно. Но в этом всё равно есть глубокий смысл.

    — Терренс Дикс · книга
12. «

    — Винтажные и списанные механизмы шли необязательным спецкурсом, – пояснила Романа. И нахмурилась. С какой-то непонятной радости все опять пошло наперекосяк. Она тут честно пытается продемонстрировать интерес к антиквариату, а Доктор на нее опять сердится! Что она на этот раз сделала не так? — Это был не то чтобы важный предмет, – попробовала она. – Я предпочла… — … что-нибудь реально полезное и практичное, вроде жизненного цикла галлифрейской махокрылки, надо понимать? – проворчал Доктор. А, снова эти его скачки настроения. Романа ласково ему улыбнулась. — Какие мы сегодня шутники! – прощебетала она.

    — Винтажные и списанные механизмы шли необязательным спецкурсом, – пояснила Романа. И нахмурилась. С какой-то непонятной радости все опять пошло наперекосяк. Она тут честно пытается продемонстрировать интерес к антиквариату, а Доктор на нее опять сердится! Что она на этот раз сделала не так? — Это был не то чтобы важный предмет, – попробовала она. – Я предпочла… — … что-нибудь реально полезное и практичное, вроде жизненного цикла галлифрейской махокрылки, надо понимать? – проворчал Доктор. А, снова эти его скачки настроения. Романа ласково ему улыбнулась. — Какие мы сегодня шутники! – прощебетала она.

    — Дуглас Адамс · книга
13. «

    — Ты обещал мне конец света, а притащил на матч по крикету? — Любой истинный англичанин сказал бы тебе, что это одно и то же.

    — Ты обещал мне конец света, а притащил на матч по крикету? — Любой истинный англичанин сказал бы тебе, что это одно и то же.

    — Дуглас Адамс · книга
14. «

    — Проблема, которую даже вы не смогли разрешить, – заметил он с усмешкой. – Какими бы продвинутыми ни были ваши компьютеры, они все равно остаются неразумными машинами. Отдайте самый дурацкий приказ – они исполнят его не раздумывая. Мы называем это парадоксом гениального идиота. К-9 повернул к нему голову. — Согласно моим данным, на Земле проявления идиотизма соотносятся с проявлениями гениальности как 77 к 1.

    — Проблема, которую даже вы не смогли разрешить, – заметил он с усмешкой. – Какими бы продвинутыми ни были ваши компьютеры, они все равно остаются неразумными машинами. Отдайте самый дурацкий приказ – они исполнят его не раздумывая. Мы называем это парадоксом гениального идиота. К-9 повернул к нему голову. — Согласно моим данным, на Земле проявления идиотизма соотносятся с проявлениями гениальности как 77 к 1.

    — Гарет Робертс · книга
15. «

    Учитель как-то в свое время сказал Романе, что воображения у нее нет. Всю следующую неделю она старательно воображала, как ему на голову падают разные вещи – просто чтобы доказать, как он ошибся.

    Учитель как-то в свое время сказал Романе, что воображения у нее нет. Всю следующую неделю она старательно воображала, как ему на голову падают разные вещи – просто чтобы доказать, как он ошибся.

    — Дуглас Адамс · книга
16. «

    — Зеленое и липкое? – поинтересовалась Романа, кидаясь под веер лазерных лучей. — Да! – Доктор спас свой шарф с линии огня и стал возиться с дверью лифта. — Твой разум зеленый и липкий? – Романа подхватила ничейный пистолет и уложила солдата. — Нет-нет, – Доктор открыл лифт и выдернул Роману с траектории очередного залпа. – Я думал про мармеладку. — А когда ты о них не думаешь? – проворчала Романа, не упуская случая еще раз нажать на спуск.

    — Зеленое и липкое? – поинтересовалась Романа, кидаясь под веер лазерных лучей. — Да! – Доктор спас свой шарф с линии огня и стал возиться с дверью лифта. — Твой разум зеленый и липкий? – Романа подхватила ничейный пистолет и уложила солдата. — Нет-нет, – Доктор открыл лифт и выдернул Роману с траектории очередного залпа. – Я думал про мармеладку. — А когда ты о них не думаешь? – проворчала Романа, не упуская случая еще раз нажать на спуск.

    — Дуглас Адамс · книга
17. «

    Скагра приблизился, не сводя с нее пристального взгляда. — Вам страшно. Романа опустила глаза. Пусть говорит что угодно: чем больше времени Скагра потратит на напыщенные монологи, тем больше шансов, что его что-нибудь – ну хоть что-нибудь! – остановит. — Только безумцу здесь не страшно.

    Скагра приблизился, не сводя с нее пристального взгляда. — Вам страшно. Романа опустила глаза. Пусть говорит что угодно: чем больше времени Скагра потратит на напыщенные монологи, тем больше шансов, что его что-нибудь – ну хоть что-нибудь! – остановит. — Только безумцу здесь не страшно.

    — Гарет Робертс · книга
18. «

    Сначала Романа не поняла его настойчивости: вдоль реки вела отличная тропа, по которой они могли спокойно прогуляться, наслаждаясь видами и не рискуя при этом утонуть. Однако Доктор с таким восторгом взялся за гребной шест, что Романа решила расслабиться и плыть по течению в любом из возможных смыслов этого выражения.

    Сначала Романа не поняла его настойчивости: вдоль реки вела отличная тропа, по которой они могли спокойно прогуляться, наслаждаясь видами и не рискуя при этом утонуть. Однако Доктор с таким восторгом взялся за гребной шест, что Романа решила расслабиться и плыть по течению в любом из возможных смыслов этого выражения.

    — Гарет Робертс · книга
19. «

    — Не доверяйте ей, Доктор, — сказал Ферейн сквозь рев Дома. — Она сказала, почему она действительно вызвала Вас домой? Доктор посмотрел на Роману. — Она скажет, когда будет готова.

    — Не доверяйте ей, Доктор, — сказал Ферейн сквозь рев Дома. — Она сказала, почему она действительно вызвала Вас домой? Доктор посмотрел на Роману. — Она скажет, когда будет готова.

    — Марк Платт · книга
20. «

    – Знаете что? – на удивление спокойно спросил Доктор. – Что? – в том же тоне откликнулась Романа. Доктор пошарил по карманам и извлек из одного из них золотую медаль, которую тут же торжественно прицепил на платье Романы. На лицевой стороне медали большими буквами было выгравировано: «Я ГЕНИЙ».

    – Знаете что? – на удивление спокойно спросил Доктор. – Что? – в том же тоне откликнулась Романа. Доктор пошарил по карманам и извлек из одного из них золотую медаль, которую тут же торжественно прицепил на платье Романы. На лицевой стороне медали большими буквами было выгравировано: «Я ГЕНИЙ».

    — Гарет Робертс · книга