Афоризмы
29 июля 2026, среда
Подборка · 50 цитат автора

50 лучших цитат — Дэн Браун

50 цитат, по которым узнают Дэн Браун: коротко, точно, без воды.

Размер:102050100200
  4. — А самое поразительное, — продолжала Кэтрин, — что, научившись распоряжаться собой в полную силу, мы научимся распоряжаться и окружающим миром. Мы сможем выстраивать реальность, по нашему замыслу, а не просто реагировать на существующие условия. Лэнгдон опустил взгляд. — Как-то...страшновато. Кэтрин слегка смешалась, но в глазах мелькнуло уважение. — Да, ты прав! Поскольку наши мысли способны изменить мир, надо тщательно следить за тем, что мы думаем. Разрушительные мысли ничуть не слабее конструктивных, а ведь разрушить всегда легче, чем построить.
    — Кэтрин Соломон · книга
  5. Кто-то рассказывал Лэнгдону, что сейчас к этой мифологической метафоре прибегают на встречах членов Общества анонимных алкоголиков, обсуждая положение пьяницы, сидящего перед стаканом с выпивкой: его мозг говорит, что спиртное повредит ему, но сердце жаждет утешения, которое оно может подарить. Мораль при этом, очевидно, такова: не думай, что тебе одному так туго приходится, — даже боги не могли поладить друг с другом.
    — Роберт Лэнгдон · книга
  8. Вдруг Лэнгдону показалось, что его окутывает некий призрачный занавес, словно длинные пальцы невидимой руки тянулись к нему из-под земли и скребли его плоть. Музыка. Так симфонический хор в сто голосов спел известный пассаж, четко произнося каждый слог жуткого текста Данте. — Lasciate ogne speranza, — пели они, — voi ch'entrate. Эти шесть слов — известная строка Данте «Ад» — взлетели от подножия колодца, как зловещее дыхание смерти. Под аккомпанемент труб и рожков хор снова спел это предостережение: — Lasciate ogne speranza voi ch'entrate. Оставь надежду тот, кто сюда входит.
    — Инферно · книга
  10. Вера требует, если так можно выразиться, «актов веры». Верующий должен серьезно относиться к чудесам, не сомневаться в беспорочном зачатии и божественном вмешательстве. Кроме того, вера предписывает определенный кодекс поведения. Библия, Коран, буддийские рукописи... все они содержат практически идентичные требования, за нарушение коих установлены одинаковые наказания. В них говорится, что меня ждет ад, если я не стану следовать этому поведенческому кодексу. Мне трудно представить себе Бога, который управляет миром подобным образом.
    — Роберт Лэнгдон · книга
  11. Наука говорит мне, что Бог должен существовать. Но мой разум утверждает, что я никогда не смогу понять Бога. А сердце тем временем подсказывает, что я для этого вовсе и не предназначена.
    — Виттория Ветра · книга
  12. Церковь — нечто большее, чем скрепленные известью камни. Вы не сможете так просто стереть с лица земли веру, за которой стоят два тысячелетия… я имею в виду любую веру, а не только католичество. Вера не исчезнет, если вы уничтожите ее земное проявление.
    — Карло Вентреска · книга
  13. Обращаясь к науке, я хочу заявить: церковь устала. У нее не осталось сил на то, чтобы освещать людям путь. Постоянные усилия церкви возвысить голос для сохранения всемирного равновесия привели лишь к тому, что силы ее истощились. А вы тем временем слепо рыхлили почву, чтобы взрастить на ней все более и более миниатюрные чипы и увеличить доходы их производителей. Мы не задаем вопрос, почему вы не управляете собой. Мы спрашиваем: способны ли вы в принципе на это? Уверяю, что нет. Ваш мир движется настолько быстро, что, если вы хоть на мгновение задержитесь, чтобы осмыслить последствия своих действий, кто-то другой промчится мимо вас со своим новым научным достижением. Вы этого боитесь и потому не смеете задержаться.
    — Карло Вентреска · книга
  14. Церковь протягивает вам руку так же, как и всем остальным людям. Но чем сильнее мы к вам тянемся, тем резче вы нас отталкиваете. Предъявите нам доказательства существования Бога, говорите вы. А я вам отвечу: возьмите свои телескопы, взгляните на небо и скажите мне, как все это могло возникнуть без вмешательства свыше! — На глазах камерария появились слезы. — Вы спрашиваете, как выглядит Бог. Мой ответ останется прежним. Неужели вы не видите Бога в вашей науке? Как же вы можете его там не видеть? Вы не устаете заявлять, что малейшее изменение гравитации или веса атомов превратит великолепные тела в безжизненную туманность. Неужели вы не замечаете во всем этом руки Творца? Неужели вы предпочитаете верить в то, что на нашу долю просто выпала удачная карта? Одна из многих миллиардов? Неужели мы достигли такого уровня нравственного банкротства, что предпочитаем верить в математическую невозможность, отрицая саму вероятность существования превосходящей нас Силы.
    — Карло Вентреска · книга
  15. Неужели мы действительно устарели? — спросил камерарий. — Неужели мы выглядим динозаврами человеческого общества? Неужели я кажусь вам таковым? Я спрашиваю вас: нужен ли миру голос, выступающий в защиту бедных, слабых, угнетенных? В защиту нерожденного дитя, наконец? Нужны ли миру души — пусть и несовершенные, — которые посвящают всю свою земную жизнь тому, чтобы научить всех нас находить в тумане те моральные вехи, которые не позволяют нам окончательно сбиться с пути?
    — Карло Вентреска · книга
  16. Отрицание – важнейший элемент механизма человеческой адаптации. Без него мы каждый день просыпались бы в ужасе от того, что нам грозит смерть в самых разнообразных формах. Однако наше сознание блокирует эти экзистенциальные страхи, заставляя нас сосредоточиться на тех проблемах, которые мы можем решить, – скажем, вовремя прийти на работу или заплатить налоги. А если у нас все же появляются эти более расплывчатые экзистенциальные страхи, мы очень быстро избавляемся от них, снова фокусируя свое внимание на простых задачах и будничных хлопотах.
    — Сиена Брукс · книга
  17. История религий – это история непрекращающейся взаимной вражды. Вражды атеистов, христиан, мусульман, евреев, индуистов – истовых последователей любой религии. Но единственное, что объединяет нас всех, – это стремление к миру на земле.
    — Дженнифер Арментроут · книга
  18. Первым греческим ученым пришлось оглядываться на столетия назад, чтобы погрузиться в древность. Нам же достаточно оглянуться всего на одно поколение, чтобы увидеть свою «древность» – тех, кто не знал технологий, ставших для нас обыденными. Периоды развития человечества сжимаются, расстояние от «старого» до «нового» стремится к нулю.
    — Дженнифер Арментроут · книга
  19. Профессор, – усмехнулся он. – Эдмонд Кирш не первый на свете атеист, который провозгласил, что Бог умер. И боюсь, не последний. Что бы ни открыл мистер Кирш, это, без сомнения, подлежит обсуждению. Испокон века человеческий разум идет вперед, и не мне становиться у него на пути. Лично я уверен: интеллектуальные достижения, в которых нет Бога, невозможны.
    — Дженнифер Арментроут · книга
  20. Испокон века вера лежит в основе бытия человека. Вера – дорожная карта цивилизованного общества, это тот источник, из которого проистекает наша мораль.
    — Дженнифер Арментроут · книга
  21. Доверьтесь своим чувствам. Ваше подсознание для вас лучший компас. Это основы психологии: если чутье велит вам доверять этой женщине, значит, вы должны делать именно то, что она вам советует.
    — Сиена Брукс · книга
  24. Стратмор медленно повернулся к Сьюзан. Тоже неподвижная, она стояла у дверей шивровалки. Стратмор посмотрел на её залитое слезами лицо, и ему показалось, что вся она засветилась в сиянии дневного света. Ангел, подумал он. Ему захотелось увидеть ее глаза, он надеялся найти в них избавление. Но в них была только смерть. Смерть ее веры в него. Любовь и честь были забыты. Мечта, которой он жил все эти годы, умерла. Он никогда не получит Сьюзан Флетчер. Никогда.
    — Цифровая крепость · книга
  26. Иллюминаты – это древний, таинственный орден, прославившийся в средние века яростной борьбой с официальной церковью. Легенда далёкого прошлого? Возможно... Но – почему тогда на груди убитого при загадочных обстоятельствах учёного вырезан именно символ иллюминатов?
    — Ангелы и демоны · книга
  28. В любой организованной религии оригинального крайне мало. Религии не рождаются на пустом месте. Они произрастают одна из другой. Современные верования являют собой своего рода коллаж... вобравший в себя все попытки человечества постичь суть божественного.
    — Ангелы и демоны · книга
  30. Его неброская внешность и решительная повадка как нельзя лучше соответствовали образу бизнесмена, нажившего огромные капиталы путем тайного оказания особых услуг самым разным людям, среди которых попадались и весьма сомнительные личности.
    — Инферно · книга
  31. Шеф всего лишь давал своим клиентам возможность удовлетворить свои амбиции и достичь желаемого без неприятных последствий; то, что человечество греховно от природы, было не его заботой.
    — Инферно · книга
  32. Он воздвиг свою репутацию — и весь свой Консорциум — на двух золотых правилах. Никогда не давай обещание, которого не можешь сдержать. И никогда не лги клиенту.
    — Инферно · книга
  33. Шеф не верил в везение. Все его действия строились на том, чтобы избежать случайностей и устранить риск. Шеф как никто умел контролировать происходящее — предвидеть все варианты, рассчитать любую реакцию и направить события в русо, ведущее к желаемому исходу. За его плечами был блестящий список тайных успехов и побед; именно это обеспечивало ему потрясающую клиентуру, куда входили миллиардеры, известные политики, шейхи и даже целые правительства.
    — Инферно · книга
  34. Вся деятельность Консорциума строилась на жестком разделении обязанностей сотрудников. Выполняй только свое задание. Никому ничего не рассказывай.
    — Инферно · книга
  35. Одаренные дети часто оказываются в изоляции, поскольку их социальные навыки отстают в развитии от интеллекта. По этой причине они нередко подвергаются остракизму со стороны сверстников.
    — Журналист · книга
  36. В четырнадцатом веке вся итальянская литература делилась на две четко определенные категории. Трагедии считались высокой литературой, и их писали на официальном итальянском, а комедии относили к низкой литературе и писали на разговорном языке, адресуя к простому населению.
    — Инферно · книга
  38. Старинная поговорка греческих ныряльщиков, которые ловили омаров в гротах у Эгейских островов. Когда заплываешь в темный туннель, рано или поздно наступает момент, после которого у тебя уже не хватит дыхания вернуться назад. Тогда тебе остается только плыть вперед, в неизвестное... и молиться, чтобы там оказался выход.
    — Роберт Лэнгдон · книга
  42. У человека есть примитивный защитный механизм, который отвергает всякую реальность, подвергающую его мозг чересчур сильному стрессу. Это называется отрицание. Отрицание — важнейший механизм человеческой адаптации. Без него мы каждый день просыпались бы в ужасе от того, что нам грозит смерть в самых разнообразных формах. Однако наше сознание блокирует эти экзистенциальные страхи, заставляя нас сосредоточиться на тех проблемах, которые мы можем решить
    — Сиена Брукс · книга
  43. Человечество должно использовать науку, дабы преодолеть слабости, присущие человеческому организму. Другими словами, следующий этап эволюции человека должен заключаться в совершенствовании нас самих методами биоинженерии.
    — Элизабет Сински · книга
  44. Обычно эволюционный процесс — будь то появление ног у двоякодышаших рыб или противопоставленного большого пальца у обезьян — длится много тысячелетий. Теперь мы можем получить радикальные генетические изменения за одно поколение. Сторонники такого вмешательства считают его высшим проявлением дарвиновского принципа «выживания наиболее приспособленных» — люди становятся видом, который способен улучшить собственный эволюционный процесс.
    — Элизабет Сински · книга
  45. Проблема в том, что наше генетическое строение подобно карточному домику — каждая деталь связана с бесчисленным количеством других и поддерживается ими, и мы не всегда понимаем, каким образом. Если мы попробуем убрать какой-то один признак, мы можем изменить сотни других — возможно, с катастрофическими последствиями.
    — Элизабет Сински · книга
  46. Исключительно одаренная интеллектуально, Сиена росла как чужестранка... как инопланетянка в чуждом мире. Она пыталась дружить, но у сверстниц и сверстников на уме были пустые вещи, которые ее не интересовали. Она понуждала себя уважать старших, но они в большинстве своем казались ей взрослыми детьми, не понимающими даже простейших основ окружающего мира и, что самое неприятное, не питающие к нему любопытства и не испытывающими тревог на его счет.
    — Инферно · книга
  47. Человеческий ум физически не в состоянии прекратить деятельность. Душа жаждет эмоций и будет продолжать искать топливо для этих эмоций — положительных или отрицательных.
    — психиатр · книга
  50. За долгие годы деятельности шеф привык быть первичной силой, кукловодом, тем, кто дергает за веревочки, — и вдруг его могущества как не бывало. Неопределенность собственного будущего начала всерьез его беспокоить.
    — Инферно · книга
Смотрите также
Все цитаты — Дэн БраунВсе подборкиКаталог: авторы