29 июля 2026, среда
Подборка · 50 цитат автора

50 лучших цитат — Виктория Килеева

50 цитат, по которым узнают Виктория Килеева: коротко, точно, без воды.

Размер:102050100200
  1. — Что ты будешь с ними делать? — заинтересовался Андреас. — Убьёшь? Или прогонишь? — Что ты! — возмутилась Лара. — Я же просвещённая девушка, развившая свой разум в духе гуманизма... Я просто превращу их в людей.
  2. — Мы в тупике. На мой взгляд, дорогая, тебе остаётся только одно: пустить в ход свою женскую хитрость. Та в недоумении уставилась на Крэха. — Соблазнить! — каркнул ворон. Лара открыла рот для возмущённой тирады, но Крэх тут же и почему-то со знанием дела добавил: — Соблазнить не значит отдаться.
  3. — Ах! Мы же забыли их покормить! — Она виновато посмотрела на Крэха. Тот с молчаливым упрёком покачал головой. — А что я? Я пленников никогда не держала, тем более в таком количестве. Я, может, в первый раз в тюремщицах хожу... Как думаешь, не поздно им ужин нести? В ответ раздалось глухое карканье. — Да, пожалуй, поздно. Вдруг они спят? Лучше сразу с завтраком идти.
  4. — Сколько платит вам лавочник за один предмет мебели? За один урок я буду платить вам вдвое больше. — Да вы с ума сошли! Меня засмеют и перестанут уважать. — Это лавочник вас переубедил? — Не лавочник, а моя жена. Губы тронула невольная усмешка. — Вы... Вы не хотите брать меня в ученицы, потому что я женщина, но при этом мнение женщины является для вас решающим? — горько уточнила Лара.
  5. — Если бы ты хорошо себя вела, мне бы и в голову не пришло превращать тебя в кошку. — С чего ты взял, что я должна соответствовать твоему представлению о хорошем поведении?
  6. — Я не пытался тебе отомстить, — возразил Андреас. — Я лишь преподал тебе урок. — Кто сказал, что я нуждаюсь в твоих уроках? Если тебя злило моё поведение, что мешало тебе уйти? Кто тебя держал?
  7. — Бабушка всю жизнь прожила в бедности, чтобы её не уличили в колдовстве, а оно вон как было! Все вокруг и так прекрасно знали, что она ведьма. — У твоей бабки была слишком типичная внешность.
  8. — И за чем же дело стало? — За тем, что мне моя свобода дороже вашей колдовской силы. — И что же в ней такого дорогого? — Только глупцу непостижимо, что дороже свободы ничего не бывает, и никакая магия с ней не сравнится! Библиотекарь закивал и как бы невзначай заметил: — А ещё у нас проходят шабаши с полуголыми ведьмами. — Насколько полуголыми? — заинтересовался Андреас.
  9. — Женщина? Хорошенькая? Точно ведьма. — То есть, если бы я была безобразна... — Тогда бы мы тем паче признали тебя ведьмой.
  10. — Всем известно, что незамужние женщины суть потенциальные ведьмы, — поддержал обвинителя епископ. — Силы, которые они должны тратить на мужа и детей, никуда не расходуются и привлекают нечистого. — Да вы... — Ларе понадобился весь запас её терпения, чтобы не закончить фразу. «Баран и осёл — вот ваша суть!»
  11. — Почему вы не стали тушить пожар? — спросил дознаватель. Мельник посмотрел на молодого человека так, будто тот сказал несусветную глупость. — Это же ведьмин дом. Люди в него не то что заглядывать, даже мимо проходить боялись. «А бабушка всё переживала, как бы к нам не нагрянули гости», — с грустью вспомнила Лара.
  12. — Нам придётся применить к тебе пытки. — Это ещё зачем? — задрожала она. — Что это даст? — Весьма немало, — сказал епископ. — Либо ты не выдержишь боль и признаешь, что ты ведьма. Либо ты выдержишь боль, и это докажет, что во время пыток дьявол лишил твоё тело чувствительности, а значит, ты ведьма.
  13. — Откуда нам знать, что произнесённое тобой не набор слогов, а дьявольское заклинание? — А откуда вам знать, что дьявольское заклинание не набор слогов?
  14. — Тебе следовало сразу сказать мне правду. — Я пожертвовал правдой, чтобы не упустить возможность тебя поцеловать.
  15. — Ты будешь мне помогать? Надо стереть кровь, перепрятать колдовскую книгу и мои платья. — Платья-то зачем? — Ненавижу, когда мою одежду носит кто-то другой. Ты куда? — Прятать свои трубки! Я тоже, если хочешь знать, брезгливый.
    Лара Лихт · книга
  16. Лара учила немое заклинание для стирания памяти, ожидая, пока нагреется вода. Учила, пока раздевалась. Учила, пока лежала в ванне. «Семь строк беспросветного бреда» преследовали её даже во сне... — Ка-ар-р! — А-а? — Она подскочила, забрызгав пол. — Что такое? Я же просила меня не отвлекать. Крэх сидел на краю ванны и с укором качал головой. — Я не сплю. Всего лишь задремала. Когда ворон с оглушительным карканьем вылетел вон, Лара обнаружила, что колдовская книга валяется на мокром полу, и быстро обтёрла её тряпкой, пока никто не заметил, как она непочтительна с древним источником чёрной магии.
  17. — Только представь, за каждым словом — даже в одну букву — стоит целая история: происхождение, родственные связи, эволюция значения… Возьмём слово «быдло». Изначально так называли крупный рогатый скот, потом — чернорабочих, а сейчас под этим словом подразумеваются… люди полукультуры. Наглядный пример семантической эволюции.
  18. — «Аз тебе жалею». Ты чё, со мной из жалости? — Это «я тебя люблю» по-старославянски. Глагол «любити» означал тогда плотскую любовь, а «жалити» — настоящую. — «Эго се филео», — напряжённо прочитал Денис. — А это то же самое, только по-древнегречески. — А нормально написать нельзя было? — Ну я же всё-таки филолог, — смутилась Люся. — Из филфака вообще нормальными не выходят.
  19. Даже страшно, что там за кормой. Школа, институт — это что-то временно-стабильное, как корабль. А жизнь — это море, неизвестное, бесконечное. Как там будет и что? Люди — полипы: им обязательно нужно за что-то цепляться.
  20. — Как называется языковой закон, состоящий из двух фамилий — одного немца и одного француза? — М-м… Закон Садо-Мазо? — Дура. Ципфа-Гиро!
  21. — Привет. Могу я поговорить с самой обаятельной девушкой на свете? Люся с жалостью взглянула на себя в зеркало. — Э-э… Вы не туда попали. — И отключилась.
  22. — Что, из-за пристебая своего ревела? — догадалась Катя. — Есть вещи, которые не меняются. Что мозгоклюй опять натворил? — Другая. — Не говори эллипсами. Развёрнуто. — У него другая! — Вас что, теперь две таких дуры?
  23. — Современный мужчина растерян — ему бы про восьмое марта не забыть, а тут ещё какое-то искусственно навязанное четырнадцатое февраля. День всех влюблённых — ужасно несправедливый праздник: он лишний раз напоминает тем, у кого проблемы в отношениях, что у них всё плохо, а тем, кто одинок, навязывает ошибочное мнение, будто с ними что-то не так. Те, у кого есть любимый человек, счастливы и без всякого праздника. Не надо тыкать нас носом в нашу личную жизнь — мы и сами про неё знаем, отвалите!
  24. — Сегодня четырнадцатое февраля, — оправдательно пробормотала она. — И чё? — не догадался Денис. — День всех влюблённых, — униженно добавила Люся. — О Господи, — вздохнул парень. — Очередной буржуйский праздник, придуманный, чтобы срубить бабла.
  25. — Асют, это ужасно. — Что именно? — Мне двадцать лет. Почти двадцать один. И я… девственник. — Андрей, ты свят, ты увидишь Господа… — Но я хочу увидеть Настю. Голой. Или вообще какую-нибудь голую живую женщину… — Живую — в смысле, не на картинке? — В смысле, не труп. На таких я уже насмотрелся.
  26. — Слышь, Катька. Я тут понял, что мне нравятся девушки постарше. Ну… слегка за двадцать. Катя даже воду выключила в предвкушении. — У тебя ведь есть подруги. Может, познакомишь? — продолжил брат. — Мне ж немного надо. Чтоб красивая была, стройная, умная, обеспеченная. Чтоб готовить умела, лишнее не болтала и мозг не выносила. И самое главное — чтоб она любила меня таким, какой я есть. Катя закашлялась от смеха, а, успокоившись, тихо спросила: — Киря, ты опять обчитался фэнтези?
  27. — Пункт первый. «Прелюдия», — вдохновенно сказала Ася, меряя комнату шагами. — А что, обязательно это при людях делать? — Прелюдия — это не при людях, это самое важное перед самым главным. — А-а, — понятливо кивнул ничего не понявший Хордин.
  28. — Судите сами, — с упоением говорил Библиотекарь. — У меня с людьми торговые отношения. Всё ясно, как чистая вода, пронизанная солнцем. Вы мне — душу, я вам — колдовскую силу. Жизнь ваша станет легче и радостнее, хоть и немного опаснее. А как обстоят дела с Богом? — не прерывался рогатый. — Вам остаются только надежды, которые часто не оправдываются. Люди молятся в расчёте на то, что их мольбы будут услышаны, но это очень не надёжно. Во-первых. Вы не находите, что это несколько самонадеянно — ожидать получить желаемое, сделав так мало? Просто помолиться! Во-вторых, люди сами придумали правила игры, не спросив другую сторону — Бога, а согласна ли она с этими правилами. Люди надеются, что у Бога хватит времени услышать молитву каждого. Иные будто ставят условия: «Я помолюсь, совершу доброе дело или буду соблюдать все заповеди, но за это, Господи, изволь исполнить моё желание. А если ты не сделаешь то, о чём я прошу, я буду крайне разочарован. Так разочарован, что, возможно, перестану в тебя верить». Человек не слышит другую сторону, оттого что у них не установлен чёткий диалог. Это странно и несправедливо. Представьте, если бы Бога можно было вызывать, как меня, и договариваться с ним напрямую. К примеру: «Я буду год совершать добро, а ты за это сделаешь меня богаче. А лучше сделай меня богатым сейчас, и завтра я пожертвую часть денег церкви». Но этого не происходит. В свою очередь я предлагаю честные договорные отношения и никого не обманываю, а злом почему-то величают меня! Тут Лара поняла, что вся тирада о Боге затевалась с одной-единственной целью — пожаловаться.
    Библиотекарь · книга
  29. — Вы поддерживаете веротерпимость, будучи колдуном? — Религия важна лишь для народа. Для тех, кто правит миром, это пустой звук.
    Лара Лихт · книга
  30. Вдруг человечек принялся расстёгивать штаны. — Карта, девушка! Глядите! И Лара глядела — не в силах отвести глаз от серо-синих линий, начертанных поверх загорелой кожи. Карта с указанием сторон света начиналась над пупком и заканчивалась… в недрах штанов. — Север вижу. А юг? Пленник посмотрел на неё, многозначительно подняв бровь. — А юг я вам, девушка, покажу, когда вы меня освободите.
Смотрите также