180 цитат на тему «Красивые цитаты про бог» для размышлений

Тема «Красивые цитаты про бог» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 180 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   І жах, і кров, і смерть, і відчай, І клекіт хижої орди, Маленький сірий чоловічок Накоїв чорної біди. Це звір огидної породи, Лох-Несс холодної Неви. Куди ж ви дивитесь, народи?! Сьогодні ми, а завтра – ви.

   І жах, і кров, і смерть, і відчай, І клекіт хижої орди, Маленький сірий чоловічок Накоїв чорної біди. Це звір огидної породи, Лох-Несс холодної Неви. Куди ж ви дивитесь, народи?! Сьогодні ми, а завтра – ви.
2. «

   — Как ты можешь в таких красивых местах, в такие чудные мгновения, не верить в Господа? — Видно мне не повезло... — Он как ветер... Не видишь, но чувствуешь. — Что чувствуешь? — Красоту, радость, изумление, счастье, любовь... Бог во всём, что нас окружает.

   — Как ты можешь в таких красивых местах, в такие чудные мгновения, не верить в Господа? — Видно мне не повезло... — Он как ветер... Не видишь, но чувствуешь. — Что чувствуешь? — Красоту, радость, изумление, счастье, любовь... Бог во всём, что нас окружает.

   — Джейми Салливан · фильм
3. «

   Однажды я увидел огромный взрыв, с которого все началось. Мне стало очень грустно. Я понял, что видел ту самую смерть Бога, которую тайком оплакивает столько монастырских философов и поэтов. Ведь то, что взорвалось, не может существовать одновременно с получившейся из взрыва вселенной... Мы все просто осколки этого взрыва.

   Однажды я увидел огромный взрыв, с которого все началось. Мне стало очень грустно. Я понял, что видел ту самую смерть Бога, которую тайком оплакивает столько монастырских философов и поэтов. Ведь то, что взорвалось, не может существовать одновременно с получившейся из взрыва вселенной... Мы все просто осколки этого взрыва.

   — Виктор Пелевин · книга
4. «

   Боги пролили больше крови, чем все люди, когда-либо жившие на земле, вместе взятые.

   Боги пролили больше крови, чем все люди, когда-либо жившие на земле, вместе взятые.
5. «

   Если бы изумруды, раскаляясь, становились бы лавой, сияющей зеленью зеленей плюща, и вот это всё заливалось бы в бронхи, я б терял дыхание ровно так, как терял его в море за каким-то кирпичным домиком, просто стоя и наблюдая, как у тебя в зрачках развертывается история мироздания – и вся она – о безделушке, о мелочи, без которой скучает бог – о безделице – о любви.

   Если бы изумруды, раскаляясь, становились бы лавой, сияющей зеленью зеленей плюща, и вот это всё заливалось бы в бронхи, я б терял дыхание ровно так, как терял его в море за каким-то кирпичным домиком, просто стоя и наблюдая, как у тебя в зрачках развертывается история мироздания – и вся она – о безделушке, о мелочи, без которой скучает бог – о безделице – о любви.

   — Франц Вертфоллен · книга
6. «

   Преображение Господне... Ласковый, тихий свет от него в душе — доныне. Должно быть, от утреннего сада, от светлого голубого неба, от ворохов соломы, от яблочков грушовки, хоронящихся в зелени, в которой уже желтеют отдельные листочки, — зелёно-золотистый, мягкий. Ясный, голубоватый день, не жарко, август. Подсолнухи уже переросли заборы и выглядывают на улицу, — не идёт ли уж крестный ход? Скоро их шапки срежут и понесут под пенье на золотых хоругвях. Первое яблочко, грушовка в нашем саду, — поспела, закраснелись. Будем её трясти — для завтра.

   Преображение Господне... Ласковый, тихий свет от него в душе — доныне. Должно быть, от утреннего сада, от светлого голубого неба, от ворохов соломы, от яблочков грушовки, хоронящихся в зелени, в которой уже желтеют отдельные листочки, — зелёно-золотистый, мягкий. Ясный, голубоватый день, не жарко, август. Подсолнухи уже переросли заборы и выглядывают на улицу, — не идёт ли уж крестный ход? Скоро их шапки срежут и понесут под пенье на золотых хоругвях. Первое яблочко, грушовка в нашем саду, — поспела, закраснелись. Будем её трясти — для завтра.

   — Иван Сергеевич Шмелев · книга
7. «

   И семью на земле создавая, Бог нам Ангела шлёт с высоты… Ведь семья – это горсточка рая, В ней рождаются жизни цветы…

   И семью на земле создавая, Бог нам Ангела шлёт с высоты… Ведь семья – это горсточка рая, В ней рождаются жизни цветы…

   — Ирина Самарина-Лабиринт
8. «

   Сегодня я узнал новое слово — «атомная бомба». Это было похоже на яркую вспышку. Как будто сам Бог фотографировал.

   Сегодня я узнал новое слово — «атомная бомба». Это было похоже на яркую вспышку. Как будто сам Бог фотографировал.

   — Джейми Грэм · фильм
9. «

   Исполнились мои желания. Творец Тебя мне ниспослал, тебя, моя Мадонна, Чистейшей прелести чистейший образец.

   Исполнились мои желания. Творец Тебя мне ниспослал, тебя, моя Мадонна, Чистейшей прелести чистейший образец.

   — Александр Сергеевич Пушкин
10. «

    Путь — бесчувственный, но всегда найдутся воины с устремлениями, которые ни один бог не сможет поколебать.

    Путь — бесчувственный, но всегда найдутся воины с устремлениями, которые ни один бог не сможет поколебать.
11. «

    Бог хочет, чтобы ты наслаждалась. Бог хочет, чтобы ты шла туда, куда тянет; улыбалась людям, хлопала их по спинам, обнимала за шеи. Рассказывала истории и слушала истории, потому что слово питает и лечит.

    Бог хочет, чтобы ты наслаждалась. Бог хочет, чтобы ты шла туда, куда тянет; улыбалась людям, хлопала их по спинам, обнимала за шеи. Рассказывала истории и слушала истории, потому что слово питает и лечит.

    — Мария Фариса · книга
12. «

    Разум человека есть творение Бога, и притом одно из самых превосходных.

    Разум человека есть творение Бога, и притом одно из самых превосходных.

    — Галилео Галилей
13. «

    Он хотел стать всемогущим богом аромата, каким он был в своих фантазиях, но теперь — в действительном мире и над реальными людьми. И он знал, что это было в его власти. Ибо люди могут закрыть глаза и не видеть величия, ужаса, красоты, и заткнуть уши, и не слышать людей или слов. Но они не могут не поддаться аромату. Ибо аромат — это брат дыхания. С ароматом он войдет в людей, и они не смогут от него защититься, если захотят жить. А аромат проникает в самую глубину, прямо в сердце, и там выносит категорическое суждение о симпатии и презрении, об отвращении и влечении, о любви и ненависти. Кто владеет запахом, тот владеет сердцами людей.

    Он хотел стать всемогущим богом аромата, каким он был в своих фантазиях, но теперь — в действительном мире и над реальными людьми. И он знал, что это было в его власти. Ибо люди могут закрыть глаза и не видеть величия, ужаса, красоты, и заткнуть уши, и не слышать людей или слов. Но они не могут не поддаться аромату. Ибо аромат — это брат дыхания. С ароматом он войдет в людей, и они не смогут от него защититься, если захотят жить. А аромат проникает в самую глубину, прямо в сердце, и там выносит категорическое суждение о симпатии и презрении, об отвращении и влечении, о любви и ненависти. Кто владеет запахом, тот владеет сердцами людей.

    — Патрик Зюскинд · книга
14. «

    Разве Ницше не говорил, что он не поверил бы в бога, который не может танцевать? Я тоже.

    Разве Ницше не говорил, что он не поверил бы в бога, который не может танцевать? Я тоже.

    — Айседора Дункан
15. «

    Совесть есть присутствие Бога в человеке.

    Совесть есть присутствие Бога в человеке.

    — Эммануил Сведенборг
16. «

    Бог и любовь — самые облюбованные и милые сердцу слова.

    Бог и любовь — самые облюбованные и милые сердцу слова.
17. «

    Целому морю — нужно всё небо, Целому сердцу — нужен весь Бог.

    Целому морю — нужно всё небо, Целому сердцу — нужен весь Бог.

    — Марина Цветаева
18. «

    Любить бога было легко, как легко любить идеал. Жертвенность казалось красивой и радовала возможностью любоваться собой, а отказ от реальности был удобен и не требовал никаких действий и решений. Но любовь есть любовь, и однажды ее чувство потребовало большего. Оно потребовало рук, способных прикасаться и сжимать в объятиях, оно потребовало губ, умеющих целовать, оно пришло к простому выводу бытия: к ценности ношеной блеклой рубашки, под которой изгиб груди прячет дыхание и сердцебиение настоящего, живого, осязаемого человека. Человека, который был ее богом.

    Любить бога было легко, как легко любить идеал. Жертвенность казалось красивой и радовала возможностью любоваться собой, а отказ от реальности был удобен и не требовал никаких действий и решений. Но любовь есть любовь, и однажды ее чувство потребовало большего. Оно потребовало рук, способных прикасаться и сжимать в объятиях, оно потребовало губ, умеющих целовать, оно пришло к простому выводу бытия: к ценности ношеной блеклой рубашки, под которой изгиб груди прячет дыхание и сердцебиение настоящего, живого, осязаемого человека. Человека, который был ее богом.

    — Аль Квотион · книга
19. «

    Расскажите для чего, вы себе богов создали? Может просто вы не знали, как себя понять И невежество и страх, вы богами оправдали Вы свободу потеряли, отказавшись мир познать.

    Расскажите для чего, вы себе богов создали? Может просто вы не знали, как себя понять И невежество и страх, вы богами оправдали Вы свободу потеряли, отказавшись мир познать.
20. «

    О да, поэт, я назову, кто ты! Дитя невинное и ты — о, как вы схожи! И на устах твоих слова — глас Божий. В глазах твоих небесные мечты.

    О да, поэт, я назову, кто ты! Дитя невинное и ты — о, как вы схожи! И на устах твоих слова — глас Божий. В глазах твоих небесные мечты.

    — Дои Бансуй