Подборка «Красивые цитаты про бог» — 54 цитаты

Тема «Красивые цитаты про бог» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 54 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Мельница Бога Очень хороша. Мельница Бога Мелет не спеша. Медленно, но верно Ходит колесо. Будет перемелено Абсолютно всё.

   Мельница Бога Очень хороша. Мельница Бога Мелет не спеша. Медленно, но верно Ходит колесо. Будет перемелено Абсолютно всё.

   — Генри Уодсворт Лонгфелло
2. «

   Кто любит, тот близок Богу и сердце своё ощущает как Божью чашу.

   Кто любит, тот близок Богу и сердце своё ощущает как Божью чашу.

   — Мариэтта Сергеевна Шагинян
3. «

   Бог хочет, чтобы ты наслаждалась. Бог хочет, чтобы ты шла туда, куда тянет; улыбалась людям, хлопала их по спинам, обнимала за шеи. Рассказывала истории и слушала истории, потому что слово питает и лечит.

   Бог хочет, чтобы ты наслаждалась. Бог хочет, чтобы ты шла туда, куда тянет; улыбалась людям, хлопала их по спинам, обнимала за шеи. Рассказывала истории и слушала истории, потому что слово питает и лечит.

   — Мария Фариса · книга
4. «

   Совесть есть присутствие Бога в человеке.

   Совесть есть присутствие Бога в человеке.

   — Эммануил Сведенборг
5. «

   Действительно, если посмотреть на музыку с точки зрения чистой физики, то здесь всё предельно ясно. Музыка — это сложная система звуковых волн. Дело музыканта — соединить их в единое целое и направить к некоторой цели. Но есть также нечто необъяснимое с точки зрения чистой науки. Действительно — «что же резонирует в нас в ответ на приведенный к гармонии шум»? Что заставляет людей плакать или смеяться, слушая музыкальное произведение? Для меня эти внутренние иррациональные ощущения не что иное, как свидетельство присутствия Бога, которого каждый человек может ощутить через музыку.

   Действительно, если посмотреть на музыку с точки зрения чистой физики, то здесь всё предельно ясно. Музыка — это сложная система звуковых волн. Дело музыканта — соединить их в единое целое и направить к некоторой цели. Но есть также нечто необъяснимое с точки зрения чистой науки. Действительно — «что же резонирует в нас в ответ на приведенный к гармонии шум»? Что заставляет людей плакать или смеяться, слушая музыкальное произведение? Для меня эти внутренние иррациональные ощущения не что иное, как свидетельство присутствия Бога, которого каждый человек может ощутить через музыку.

   — Эдуард Николаевич Артемьев
6. «

   Когда вы живете в гармонии с природой, осознаете Бога в себе и себя в Боге, когда вы ощущаете себя больше, чем частью могущественной, бесконечной, неизведанной вселенной, в вас просыпаются божественные способности. Бог создал нас по своему подобию. Бог создал нас по своему духовному, не физическому подобию. А значит, одарил нас способностями Творца... Мы тоже можем творить. Вдохновлять и вдохновляться. У нас есть все возможности. Главное, не ищите Бога снаружи и где-либо еще. Обращайтесь всегда внутрь, к себе. Вы всегда получите ответ. Тот самый тихий голос, который вы слышите и в котором сомневаетесь — это и есть божественный голос. Доверяйте ему, живите в согласии с собой. Поверьте, нет ничего прекраснее, чем каждый раз получать подтверждение, что Бог внутри, везде и повсюду. Вы в безопасности, когда верны себе!

   Когда вы живете в гармонии с природой, осознаете Бога в себе и себя в Боге, когда вы ощущаете себя больше, чем частью могущественной, бесконечной, неизведанной вселенной, в вас просыпаются божественные способности. Бог создал нас по своему подобию. Бог создал нас по своему духовному, не физическому подобию. А значит, одарил нас способностями Творца... Мы тоже можем творить. Вдохновлять и вдохновляться. У нас есть все возможности. Главное, не ищите Бога снаружи и где-либо еще. Обращайтесь всегда внутрь, к себе. Вы всегда получите ответ. Тот самый тихий голос, который вы слышите и в котором сомневаетесь — это и есть божественный голос. Доверяйте ему, живите в согласии с собой. Поверьте, нет ничего прекраснее, чем каждый раз получать подтверждение, что Бог внутри, везде и повсюду. Вы в безопасности, когда верны себе!
7. «

   Мы — ничто перед безграничной силой богов.

   Мы — ничто перед безграничной силой богов.
8. «

   Господь, наш путь тобой завещан. Спаси, не требуя причин. Страшусь неженственности женщин И бабомыслия мужчин.

   Господь, наш путь тобой завещан. Спаси, не требуя причин. Страшусь неженственности женщин И бабомыслия мужчин.

   — Фазиль Искандер
9. «

   Когда Он лепил звезды, чуть-чуть осталось. И кто-то похитил остаток, и так мало его было, что не хватились. Малость — для Вселенной. Малость — для Великих. Как раз, чтобы вылепить человека. Ну, или почти человека.

   Когда Он лепил звезды, чуть-чуть осталось. И кто-то похитил остаток, и так мало его было, что не хватились. Малость — для Вселенной. Малость — для Великих. Как раз, чтобы вылепить человека. Ну, или почти человека.

   — Аше Гарридо · книга
10. «

    О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его! Ибо кто познал ум Господень? Или кто был советником Ему? Или кто дал Ему наперед, чтобы Он должен был воздать? Ибо все из Него, Им и к Нему. Ему слава во веки, аминь.

    О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его! Ибо кто познал ум Господень? Или кто был советником Ему? Или кто дал Ему наперед, чтобы Он должен был воздать? Ибо все из Него, Им и к Нему. Ему слава во веки, аминь.

    — Апостол Павел · книга
11. «

    Падший ангел изменил Богу, вероятно, потому, что захотел одиночества, которого не знают ангелы.

    Падший ангел изменил Богу, вероятно, потому, что захотел одиночества, которого не знают ангелы.

    — Антон Павлович Чехов · книга
12. «

    Квазимодо остановился под сводом главного портала. Его широкие ступни, казалось, так прочно вросли в каменные плиты пола, как тяжелые романские столбы. Его огромная косматая голова глубоко уходила в плечи, точно голова льва, под длинной гривой которого тоже не видно шеи. Он держал трепещущую девушку, повисшую на его грубых руках словно белая ткань, держал так бережно, точно боялся ее разбить или измять. Казалось, он чувствовал, что это было нечто хрупкое, изысканное, драгоценное, созданное не для его рук. Минутами он не осмеливался коснуться ее даже дыханием. И вдруг сильно прижимал ее к своей угловатой груди, как свою собственность, как свое сокровище... <...> Взор этого циклопа, склоненный к девушке, то обволакивал ее нежностью, скорбью и жалостью, то вдруг поднимался вверх, полный огня. И тогда женщины смеялись и плакали, толпа неистовствовала от восторга, ибо в эти мгновения... Квазимодо воистину был прекрасен. Он был прекрасен, этот сирота, подкидыш, это отребье; он чувствовал себя величественным и сильным, он глядел в лицо этому обществу, которое изгнало его, но в дела которого он так властно вмешался; глядел в лицо этому человеческому правосудию, у которого вырвал добычу, всем этим тиграм, которым лишь оставалось клацать зубами, этим приставам, судьям и палачам, всему этому королевскому могуществу, которое он, ничтожный, сломил с помощью всемогущего Бога.

    Квазимодо остановился под сводом главного портала. Его широкие ступни, казалось, так прочно вросли в каменные плиты пола, как тяжелые романские столбы. Его огромная косматая голова глубоко уходила в плечи, точно голова льва, под длинной гривой которого тоже не видно шеи. Он держал трепещущую девушку, повисшую на его грубых руках словно белая ткань, держал так бережно, точно боялся ее разбить или измять. Казалось, он чувствовал, что это было нечто хрупкое, изысканное, драгоценное, созданное не для его рук. Минутами он не осмеливался коснуться ее даже дыханием. И вдруг сильно прижимал ее к своей угловатой груди, как свою собственность, как свое сокровище... <...> Взор этого циклопа, склоненный к девушке, то обволакивал ее нежностью, скорбью и жалостью, то вдруг поднимался вверх, полный огня. И тогда женщины смеялись и плакали, толпа неистовствовала от восторга, ибо в эти мгновения... Квазимодо воистину был прекрасен. Он был прекрасен, этот сирота, подкидыш, это отребье; он чувствовал себя величественным и сильным, он глядел в лицо этому обществу, которое изгнало его, но в дела которого он так властно вмешался; глядел в лицо этому человеческому правосудию, у которого вырвал добычу, всем этим тиграм, которым лишь оставалось клацать зубами, этим приставам, судьям и палачам, всему этому королевскому могуществу, которое он, ничтожный, сломил с помощью всемогущего Бога.

    — Виктор Гюго · книга
13. «

    Если устанешь — ни слова. А если сойдешь с пути - обедай с внутренним Богом, Даже если его не найти.

    Если устанешь — ни слова. А если сойдешь с пути - обедай с внутренним Богом, Даже если его не найти.
14. «

    — Зачем ты пала? Для чего захотела стать человеком? — Ты не понимаешь? — Нет! Мы же скопище убогих придурков: жрём, испражняемся, мечемся, трусим! — Не только. Есть верность, милосердие, любовь... — Боль! — Шоколадный торт. — Вина! — Секс. — Тут мне крыть нечем. — Да нет, ты прав, Дин... Столько чувств, не слишком благородных... Знаешь, я отдала бы всё, чтобы не возвращаться туда, всё! — Да чего они стоят, эти чувства-то? — Не хочу быть ангелом. — Что ты говоришь?! Вы сильны, совершенны, вы никогда не сомневаетесь в себе, да господи, ни в чём! — Совершенство... как у мраморных статуй, холод, нет выбора, только повиновение! Дин, знаешь, сколько ангелов удостоились лицезреть Бога? Сколько их? — Все? — Их четверо всего! И я не из их числа. — Всего? Тогда откуда вы знаете, что Он есть? — Мы принимаем это на веру, а если нет — нас убивают. Я проторчала на Земле две тысячи лет, просто наблюдала безмолвно, невидимо, в скитаниях... Скучала по дому, ждала приказа от неведомого отца, чтобы хоть что-то понять.

    — Зачем ты пала? Для чего захотела стать человеком? — Ты не понимаешь? — Нет! Мы же скопище убогих придурков: жрём, испражняемся, мечемся, трусим! — Не только. Есть верность, милосердие, любовь... — Боль! — Шоколадный торт. — Вина! — Секс. — Тут мне крыть нечем. — Да нет, ты прав, Дин... Столько чувств, не слишком благородных... Знаешь, я отдала бы всё, чтобы не возвращаться туда, всё! — Да чего они стоят, эти чувства-то? — Не хочу быть ангелом. — Что ты говоришь?! Вы сильны, совершенны, вы никогда не сомневаетесь в себе, да господи, ни в чём! — Совершенство... как у мраморных статуй, холод, нет выбора, только повиновение! Дин, знаешь, сколько ангелов удостоились лицезреть Бога? Сколько их? — Все? — Их четверо всего! И я не из их числа. — Всего? Тогда откуда вы знаете, что Он есть? — Мы принимаем это на веру, а если нет — нас убивают. Я проторчала на Земле две тысячи лет, просто наблюдала безмолвно, невидимо, в скитаниях... Скучала по дому, ждала приказа от неведомого отца, чтобы хоть что-то понять.

    — Дин Винчестер · сериал
15. «

    Дыханьем на меня повей, Чтоб я могла дышать...и жить, К своей груди прижав, согрей И силы дай мой сон впустить. И в нежных вздохах ветра С тобой сольемся мы, Танцуя меж надгробий, В свет выходя из тьмы. Живущие не смогут Узнать простой ответ. Лишь только Тот, Кто жизнь дает, Чей выдох сердце бережет от бед. И в нежных вздохах ветра, С тобой сольемся мы, Танцуя меж надгробий, В свет выходя из тьмы.

    Дыханьем на меня повей, Чтоб я могла дышать...и жить, К своей груди прижав, согрей И силы дай мой сон впустить. И в нежных вздохах ветра С тобой сольемся мы, Танцуя меж надгробий, В свет выходя из тьмы. Живущие не смогут Узнать простой ответ. Лишь только Тот, Кто жизнь дает, Чей выдох сердце бережет от бед. И в нежных вздохах ветра, С тобой сольемся мы, Танцуя меж надгробий, В свет выходя из тьмы.

    — Уильям Пол Янг · книга
16. «

    Сердце мое прекрасной речью полнится. Для Царя исполняю я эту песнь; мой язык — перо искусного писаря.

    Сердце мое прекрасной речью полнится. Для Царя исполняю я эту песнь; мой язык — перо искусного писаря.

    — Библия. Ветхий Завет. Псалтырь · книга
17. «

    Музыка — это голос Бога.

    Музыка — это голос Бога.

    — Максим Александрович Фадеев
18. «

    Ничто не остается безнаказанным под всевидящим оком Господа.

    Ничто не остается безнаказанным под всевидящим оком Господа.

    — Джеймс Роллинс · книга
19. «

    Целому морю — нужно всё небо, Целому сердцу — нужен весь Бог.

    Целому морю — нужно всё небо, Целому сердцу — нужен весь Бог.

    — Марина Цветаева
20. «

    Я просил лишь об одном — мне дать минуту с Богом на прослушку. Небесный кастинг, может, после него моей рваной судьбе стало бы тут лучше.

    Я просил лишь об одном — мне дать минуту с Богом на прослушку. Небесный кастинг, может, после него моей рваной судьбе стало бы тут лучше.