63 афоризмов на тему «Красивые цитаты про боль»

63 цитаты про «Красивые цитаты про боль»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Пока наши с тобой души парили в воздухе, мы нашли семена и посеяли их, чтобы дать цветам распуститься. Прекрасное время быстро заканчивается. Ты не сможешь забыть этот могучий ветер и небо. Но ты покинула меня. Я продолжал скитания там, где уже не было твоей тени. Время продолжает свой бег и я полностью растворяюсь в нем. Я возвратился в день, когда встретил тебя. Там был кто-то, стоящий под осенними лучами солнца. Там был кто-то, держащий в своих руках букет и продолжающий ждать. Внезапно появился знак, указывающий туда, где я уже побывал. Постепенно исчезая.

   Пока наши с тобой души парили в воздухе, мы нашли семена и посеяли их, чтобы дать цветам распуститься. Прекрасное время быстро заканчивается. Ты не сможешь забыть этот могучий ветер и небо. Но ты покинула меня. Я продолжал скитания там, где уже не было твоей тени. Время продолжает свой бег и я полностью растворяюсь в нем. Я возвратился в день, когда встретил тебя. Там был кто-то, стоящий под осенними лучами солнца. Там был кто-то, держащий в своих руках букет и продолжающий ждать. Внезапно появился знак, указывающий туда, где я уже побывал. Постепенно исчезая.
2. «

   Моё сердце, как яблоко, кто-то очищает острым серебряным ножом. Медленно срезает тонкую шкурку, причиняя дикую боль, обнажает мягкое и нежное, иногда слизывает выступивший сок.

   Моё сердце, как яблоко, кто-то очищает острым серебряным ножом. Медленно срезает тонкую шкурку, причиняя дикую боль, обнажает мягкое и нежное, иногда слизывает выступивший сок.

   — Марта Кетро · книга
3. «

   Мне бывает сложно подобрать слова. Быть вольным, не значит быть свободным. И я пропитан болью, как буквами словарь. Быть хорошим и добрым, значит быть удобным.

   Мне бывает сложно подобрать слова. Быть вольным, не значит быть свободным. И я пропитан болью, как буквами словарь. Быть хорошим и добрым, значит быть удобным.
4. «

   — Тебе больно, но станет лучше. — А этот скорбный, печальный, разбитый мир — он тоже станет лучше? Кто его исправит, Росс? Ты? — Я постараюсь.

   — Тебе больно, но станет лучше. — А этот скорбный, печальный, разбитый мир — он тоже станет лучше? Кто его исправит, Росс? Ты? — Я постараюсь.

   — Росс Полдарк · сериал
5. «

   — Завидую Вам. Это же прекрасная доля. Извлекать осколки из сердца. Истреблять боль. — Ну не преувеличивайте. Таких осколков становится все меньше и меньше. А вот других... Невидимых, которые ранят не менее жестоко... Тут мы, хирурги, бессильны.

   — Завидую Вам. Это же прекрасная доля. Извлекать осколки из сердца. Истреблять боль. — Ну не преувеличивайте. Таких осколков становится все меньше и меньше. А вот других... Невидимых, которые ранят не менее жестоко... Тут мы, хирурги, бессильны.

   — Иван Иваныч · фильм
6. «

   Я проиграл... Впервые в моей жизни, с того момента как я был рожден. Так вот что такое поражение... Как мучительно... Я чувствую необъяснимую боль в своей груди. Не знаю даже, смогу ли я сохранить самообладание до построения. Но... в связи с этим, думаю я счастлив играть в баскетбол. А еще... я смог встретить тебя.

   Я проиграл... Впервые в моей жизни, с того момента как я был рожден. Так вот что такое поражение... Как мучительно... Я чувствую необъяснимую боль в своей груди. Не знаю даже, смогу ли я сохранить самообладание до построения. Но... в связи с этим, думаю я счастлив играть в баскетбол. А еще... я смог встретить тебя.

   — Акаши Сейджуро · аниме
7. «

   Время текло, словно ледяной океан, в котором медленно и неуклюже, как айсберг, ворочалась боль.

   Время текло, словно ледяной океан, в котором медленно и неуклюже, как айсберг, ворочалась боль.

   — Александр Варго · книга
8. «

   Я слился с этой болью, мы с ней — одно целое, мы пульсируем вместе, в такт бешеному ритму сердца, которое, кажется, сейчас выпрыгнет из заполненной болью груди.

   Я слился с этой болью, мы с ней — одно целое, мы пульсируем вместе, в такт бешеному ритму сердца, которое, кажется, сейчас выпрыгнет из заполненной болью груди.

   — Олег Рой · книга
9. «

   И вспоминать себя — смешной девчонкой, родителей, друзей уже ушедших, дни боли, застелившие мир черным, дни счастья — почему их было меньше?

   И вспоминать себя — смешной девчонкой, родителей, друзей уже ушедших, дни боли, застелившие мир черным, дни счастья — почему их было меньше?

   — Аль Квотион · книга
10. «

    Когда человек страдает, сквозь изгибы тела все явственнее начинает проступать душа.

    Когда человек страдает, сквозь изгибы тела все явственнее начинает проступать душа.

    — Аль Квотион · книга
11. «

    Ты пастух звезд. Твои слова — продолжение неба, клей для гаснущих светил, острые иглы, способные пригвоздить свет к упругой поверхности пространства. Движение руки, удар плети, выверенный взгляд... и как красиво, как ровно и идеально фигуры встают на свои места. Солнце — светит. Не дышит, не обжигает, не смеется в приступе безумия, не гаснет, мучительно расплескивая огонь, нет... Светит. Это его функция. Остальное — излишне. Все правильно, пастух... Так и должно быть. Но мне почему-то становится больно дышать в те ночи, когда над моей головой отголосками чего-то дальнего, давнего, забытого, но очень важного, перестают падать звезды...

    Ты пастух звезд. Твои слова — продолжение неба, клей для гаснущих светил, острые иглы, способные пригвоздить свет к упругой поверхности пространства. Движение руки, удар плети, выверенный взгляд... и как красиво, как ровно и идеально фигуры встают на свои места. Солнце — светит. Не дышит, не обжигает, не смеется в приступе безумия, не гаснет, мучительно расплескивая огонь, нет... Светит. Это его функция. Остальное — излишне. Все правильно, пастух... Так и должно быть. Но мне почему-то становится больно дышать в те ночи, когда над моей головой отголосками чего-то дальнего, давнего, забытого, но очень важного, перестают падать звезды...

    — Аль Квотион · книга
12. «

    — Мак, боль подрезает нам крылья и лишает способности летать. — Она выждала секунду, чтобы слова достигли цели. — И если она остается надолго, то ты можешь забыть, что был создан прежде всего для полета.

    — Мак, боль подрезает нам крылья и лишает способности летать. — Она выждала секунду, чтобы слова достигли цели. — И если она остается надолго, то ты можешь забыть, что был создан прежде всего для полета.

    — Уильям Пол Янг · книга
13. «

    — Ты видел, как Фейд даже не поднял руки, чтобы защитить себя? — сказала она. — Это любовь, терновый сын. Мы приветствуем даже её самые жестокие удары, и когда мы истекаем кровью от них, мы шепчем слова благодарности.

    — Ты видел, как Фейд даже не поднял руки, чтобы защитить себя? — сказала она. — Это любовь, терновый сын. Мы приветствуем даже её самые жестокие удары, и когда мы истекаем кровью от них, мы шепчем слова благодарности.

    — Кассандра Клэр · книга
14. «

    Боль нас связывает.

    Боль нас связывает.

    — Centaur Warrunner · игра
15. «

    Как кладбищенская норка, он в клетке из ребер живет, укрываясь средь листьев сухих, что остались от мертвого сердца.

    Как кладбищенская норка, он в клетке из ребер живет, укрываясь средь листьев сухих, что остались от мертвого сердца.

    — Томас Харрис · книга
16. «

    Подари мне твой локон цвета золотого ириса, и я буду приходить к тебе каждый день. Напои меня своей кровью, и я лягу у твоего порога. Отдай мне своё сердце, и ты никогда не будешь знать боли, страха и нужды.

    Подари мне твой локон цвета золотого ириса, и я буду приходить к тебе каждый день. Напои меня своей кровью, и я лягу у твоего порога. Отдай мне своё сердце, и ты никогда не будешь знать боли, страха и нужды.

    — Алексей Пехов · книга
17. «

    — Но, Роберто, ты же знал... — И что? Если я знаю, что ты воткнёшь мне нож в спину, от этого рана будет меньше болеть?

    — Но, Роберто, ты же знал... — И что? Если я знаю, что ты воткнёшь мне нож в спину, от этого рана будет меньше болеть?

    — Хорхе Букай · книга
18. «

    Всё пройдёт… Не будет ни следа на песке, холодном и остылом. Всё исчезнет: светлая звезда, золотом прошитая руда, серый сон и слезы в детстве милом.

    Всё пройдёт… Не будет ни следа на песке, холодном и остылом. Всё исчезнет: светлая звезда, золотом прошитая руда, серый сон и слезы в детстве милом.

    — Клаудиа Баррера
19. «

    Ведь безопасна только неизвестность, И только у безруких руки чисты, Не знает боли призрак бестелесный, Слепой же — зорче зрячих, как известно.

    Ведь безопасна только неизвестность, И только у безруких руки чисты, Не знает боли призрак бестелесный, Слепой же — зорче зрячих, как известно.

    — Дилан Томас
20. «

    В мире была не только боль и ненависть. От нас зависело, в чём мы ищем подпитку. Шепфамалум научил Маля находить силу в тьме. Я же пошла другим путём.

    В мире была не только боль и ненависть. От нас зависело, в чём мы ищем подпитку. Шепфамалум научил Маля находить силу в тьме. Я же пошла другим путём.

    — Вики Уокер · игра