Подборка «Красивые цитаты про боль» — 65 цитат

65 цитат про «Красивые цитаты про боль»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Меня не радует твоя печаль, Раскаянье твоё не веселит. Сочувствие обидчика едва ль Залечит язвы жгучие обид.

   Меня не радует твоя печаль, Раскаянье твоё не веселит. Сочувствие обидчика едва ль Залечит язвы жгучие обид.

   — Уильям Шекспир
2. «

   Пока наши с тобой души парили в воздухе, мы нашли семена и посеяли их, чтобы дать цветам распуститься. Прекрасное время быстро заканчивается. Ты не сможешь забыть этот могучий ветер и небо. Но ты покинула меня. Я продолжал скитания там, где уже не было твоей тени. Время продолжает свой бег и я полностью растворяюсь в нем. Я возвратился в день, когда встретил тебя. Там был кто-то, стоящий под осенними лучами солнца. Там был кто-то, держащий в своих руках букет и продолжающий ждать. Внезапно появился знак, указывающий туда, где я уже побывал. Постепенно исчезая.

   Пока наши с тобой души парили в воздухе, мы нашли семена и посеяли их, чтобы дать цветам распуститься. Прекрасное время быстро заканчивается. Ты не сможешь забыть этот могучий ветер и небо. Но ты покинула меня. Я продолжал скитания там, где уже не было твоей тени. Время продолжает свой бег и я полностью растворяюсь в нем. Я возвратился в день, когда встретил тебя. Там был кто-то, стоящий под осенними лучами солнца. Там был кто-то, держащий в своих руках букет и продолжающий ждать. Внезапно появился знак, указывающий туда, где я уже побывал. Постепенно исчезая.
3. «

   Я не боюсь больше боли от битв.

   Я не боюсь больше боли от битв.

   — Франц Вертфоллен · книга
4. «

   К довершению всех неприятностей погода была ужаснейшая. Снег валил хлопьями и всячески старался, с своей стороны, каким — нибудь образом залезть под распахнувшуюся шинель настоящего господина Голядкина. Кругом было мутно и не видно ни зги. Трудно было отличить, куда и по каким улицам несутся они… Господину Голядкину показалось, что сбывается с ним что-то знакомое. Одно мгновение он старался припомнить, не предчувствовал ли он чего-нибудь вчера… Во сне например… Наконец тоска его доросла до последней степени своей агонии. Налегши на беспощадного противника своего, он начал было кричать. Но крик его замирал у него на губах…

   К довершению всех неприятностей погода была ужаснейшая. Снег валил хлопьями и всячески старался, с своей стороны, каким — нибудь образом залезть под распахнувшуюся шинель настоящего господина Голядкина. Кругом было мутно и не видно ни зги. Трудно было отличить, куда и по каким улицам несутся они… Господину Голядкину показалось, что сбывается с ним что-то знакомое. Одно мгновение он старался припомнить, не предчувствовал ли он чего-нибудь вчера… Во сне например… Наконец тоска его доросла до последней степени своей агонии. Налегши на беспощадного противника своего, он начал было кричать. Но крик его замирал у него на губах…

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
5. «

   Боль нас связывает.

   Боль нас связывает.

   — Centaur Warrunner · игра
6. «

   С чем сравнить этот рой безмолвных истерик, это тихое горе, всю эту боль? Ну, представь огромное море, и я – берег, и шумными волнами бьется в меня прибой: мне хочется быть с тобой… мне хочется быть с тобой… мне хочется быть с тобой...

   С чем сравнить этот рой безмолвных истерик, это тихое горе, всю эту боль? Ну, представь огромное море, и я – берег, и шумными волнами бьется в меня прибой: мне хочется быть с тобой… мне хочется быть с тобой… мне хочется быть с тобой...
7. «

   — Тебе больно, но станет лучше. — А этот скорбный, печальный, разбитый мир — он тоже станет лучше? Кто его исправит, Росс? Ты? — Я постараюсь.

   — Тебе больно, но станет лучше. — А этот скорбный, печальный, разбитый мир — он тоже станет лучше? Кто его исправит, Росс? Ты? — Я постараюсь.

   — Росс Полдарк · сериал
8. «

   Вначале белый прекрасный пламень — любовь. Затем черный — боль.

   Вначале белый прекрасный пламень — любовь. Затем черный — боль.

   — Ю Несбё · книга
9. «

   — Не дай ему разлучить нас. Тяжело дыша, Пит сражается со своими кошмарами. — Нет. Не хочу... Я почти до боли стискиваю его руки. — Будь со мной. Зрачки Пита суживаются до размера булавочных головок, быстро расширяются, затем возвращаются к нормальному размеру. — Всегда, — шепчет он.

   — Не дай ему разлучить нас. Тяжело дыша, Пит сражается со своими кошмарами. — Нет. Не хочу... Я почти до боли стискиваю его руки. — Будь со мной. Зрачки Пита суживаются до размера булавочных головок, быстро расширяются, затем возвращаются к нормальному размеру. — Всегда, — шепчет он.

   — Сьюзен Коллинз · книга
10. «

    ... Боль утихнет, раны заживут... Только не допусти, чтобы пламя погубило твою душу; пусть не превратится в пепел сердце, которое я так люблю!... И не забывай, что я всегда рядом с тобой — я готова жить и умереть с тобой!

    ... Боль утихнет, раны заживут... Только не допусти, чтобы пламя погубило твою душу; пусть не превратится в пепел сердце, которое я так люблю!... И не забывай, что я всегда рядом с тобой — я готова жить и умереть с тобой!

    — Фарья Султан (Бетлен) · сериал
11. «

    Ведь безопасна только неизвестность, И только у безруких руки чисты, Не знает боли призрак бестелесный, Слепой же — зорче зрячих, как известно.

    Ведь безопасна только неизвестность, И только у безруких руки чисты, Не знает боли призрак бестелесный, Слепой же — зорче зрячих, как известно.

    — Дилан Томас
12. «

    Смерть и наслаждение, боль и радость, тревога и чудо рождения — вот пряжа, из которой соткана ткань человеческой любви.

    Смерть и наслаждение, боль и радость, тревога и чудо рождения — вот пряжа, из которой соткана ткань человеческой любви.

    — Ролло Мэй · книга
13. «

    И вспоминать себя — смешной девчонкой, родителей, друзей уже ушедших, дни боли, застелившие мир черным, дни счастья — почему их было меньше?

    И вспоминать себя — смешной девчонкой, родителей, друзей уже ушедших, дни боли, застелившие мир черным, дни счастья — почему их было меньше?

    — Аль Квотион · книга
14. «

    Мне по душе Заря с тимьяном в алых косах, В рассветном золоте лиловые хребты, Когда, раскрыв окно, невольно будишь ты Веселым шумом сад, купающийся в росах. Мне дороги стада на розовых откосах, Покой воскресных дней и влажные цветы, И беззаботный смех детей звонкоголосых, И трепет девушки, чьи думы так чисты. Но я ищу сердец, молитвенно безмолвных, И сумрака лесов, осенней влагой полных, И звона бубенцов в полночной тишине, И света лунного в зашторенном окне, И «грустного огня очей», – не оттого ли Всего дороже мне душа, что поневоле

    Мне по душе Заря с тимьяном в алых косах, В рассветном золоте лиловые хребты, Когда, раскрыв окно, невольно будишь ты Веселым шумом сад, купающийся в росах. Мне дороги стада на розовых откосах, Покой воскресных дней и влажные цветы, И беззаботный смех детей звонкоголосых, И трепет девушки, чьи думы так чисты. Но я ищу сердец, молитвенно безмолвных, И сумрака лесов, осенней влагой полных, И звона бубенцов в полночной тишине, И света лунного в зашторенном окне, И «грустного огня очей», – не оттого ли Всего дороже мне душа, что поневоле

    — Альбер Самен
15. «

    Хочу проклинать, но невольно О ласках привычных молю. Мне страшно, мне душно, мне больно... Но я повторяю: люблю!

    Хочу проклинать, но невольно О ласках привычных молю. Мне страшно, мне душно, мне больно... Но я повторяю: люблю!

    — Валерий Брюсов
16. «

    — Мои швы тоже оставляют желать лучшего, так что.. — Ничего. Всё нормально. Всё равно открытые купальники мне никогда не шли. — Я не могу поверить, что ты сделала такое. Одно дело — оставаться в сознании во время собственной операции, но проводить её моими неуклюжими руками совсем другое. Ты невероятно смелая. Я ещё не видел, чтобы кто-то настолько превозмогал боль. — Тяжёлую часть сделал ты. — Едва ли. — Нянчишься со мной, Джулиан. — Да. Ты права.

    — Мои швы тоже оставляют желать лучшего, так что.. — Ничего. Всё нормально. Всё равно открытые купальники мне никогда не шли. — Я не могу поверить, что ты сделала такое. Одно дело — оставаться в сознании во время собственной операции, но проводить её моими неуклюжими руками совсем другое. Ты невероятно смелая. Я ещё не видел, чтобы кто-то настолько превозмогал боль. — Тяжёлую часть сделал ты. — Едва ли. — Нянчишься со мной, Джулиан. — Да. Ты права.

    — Джулиан Альберт · сериал
17. «

    Его взгляд залатал дыру в самом центре моего существа.

    Его взгляд залатал дыру в самом центре моего существа.

    — Джонатан Сафран Фоер · книга
18. «

    И хоть любовь не сторонилась боли, Она порою, ран не бередя, Была сладка, как сон под буркой в поле Во время колыбельного дождя.

    И хоть любовь не сторонилась боли, Она порою, ран не бередя, Была сладка, как сон под буркой в поле Во время колыбельного дождя.

    — Расул Гамзатов
19. «

    Часы остыли, боль ушла и от покоя тишина, А где-то бред, а где-то дым, и мир когда-то был иным.

    Часы остыли, боль ушла и от покоя тишина, А где-то бред, а где-то дым, и мир когда-то был иным.
20. «

    Всё забудется с летними грозами И закружится жизнь не спеша... Нет той девочки с длинными косами, Лишь тихонечко плачет душа.

    Всё забудется с летними грозами И закружится жизнь не спеша... Нет той девочки с длинными косами, Лишь тихонечко плачет душа.