30 июля 2026, четверг
Подборка · 40 цитат по теме

40 фраз на тему «допрос» для дневника

40 цитат про «допрос»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

  1. — И когда это случилось? — Примерно в половине десятого. 21:30. Но этого точно не могу сказать. — Вон там на стене часы. [сверяет со своими часами] А сколько на ваших? — Без четверти одиннадцать. Но те и мои идут неправильно. — Странно.
    Баклюнд · фильм
  2. — У Коли, у Молдавского Коли купил… Нет, я ничего не хотел… Ну Вы же знаете за Колю! А он еще говорит — купи… — Купи себе петуха и крути ему бейцы, а мне вертеть не надо!
  3. Так, что хитрость, говорю, брось свою иудину, Прямо, значит, отвечай, кто тебя послал? И кто загнал тебя сюда — в винную посудину? От кого скрывался ты и чего скрывал?
  4. — Хочу побеседовать с вами. — Нам не о чем говорить. — Князь, мы хорошо знаем друг друга. Ты бы не пошёл на подрыв завода и не бросился бы в бега. Уверен, тебе хорошо заплатили за это. — «Заплатили»?! По-твоему, мы похожи на богачей после всего этого? — Твоя семья нуждалась в деньгах, верно? — При всём уважении, лейтенант, по уставу наш допрос вне вашей компетенции. — Князь, у тебя и так полно проблем... кроме этой [Скарлетт]. Не пора ли положить этому конец? Объясни, что здесь происходит. [Князь молчит.] — Я — твой друг, Князь. Я пытаюсь тебе помочь сейчас. — Это шутка такая? — Я всегда был его другом. После того, как его лишили стипендии в колледже, с моей подачи он попал в армию. Даже там я помогал ему, пока он был простым рядовым. Я поручился за тебя, Князь! — Не стоило утруждаться. Я не мог принять ту медаль: рядовой Скук наступил на ту мину по моей вине. — Ты спас ему жизнь. Когда один рискует... — Это была моя вина!
  5. — Вы были заперты в банке. — Ага. И нас поджимали сроки. Как и сейчас. — И они прибыли в город. Куда именно? — Площадь там снаружи была. А у нас была бомба. Мы ждали в банке, пока к нам придут Миллер и «Кремень-3». Я связался с ними: попросил сказать, когда прибудет подмога. Они сказали: «Три минуты. Подойдём через три минуты.»
  6. — Сколько переносных ядерных бомб вы видели в банке? — Одну. — Вы видели одну... — Одну. А место было для трёх. — Если видишь ночью пару огоньков — это не значит, что там целое НЛО. — Мы думали, что там три бомбы. — А я думаю, что Элвис ещё жив. Но, блъ, билетов на него не покупаю. — А что с другими бомбами? — Так одна уже здесь. — Значит, о Париже вы не знаете... — Что? — Вы слышали. — ... Он не остановил. — Кто «он» и что не остановил? Вы о нём? Дмитрий Маяковский. Служил в русском спецназе, в отряде «Вымпел». — Такой боец случайно нигде не появляется. Мы знаем, что вы его знаете. — Мы встречались. Выкладывайте уже начистоту. — Мы думаем, вы знаете, зачем он был в Париже. — Скажите, что случилось в Париже, тогда и я скажу. — Мы знаем не больше вас. Что было в Париже, наверняка знает только Дима.
  7. История, действительно, подозрительная. Мой корнет, известный меткостью стрельбы, кладёт на месте несколько заговорщиков, а наши доблестные жандармы являются так поздно, что трупы успевают увезти, а, может быть, даже закопать. И последнее, о чём вы забываете, граф, мой корнет в этой авантюре пролил кровь, а ваши люди — чернила на допросах.
  8. – Имя? – Гжегож. – Как? – Гжегож. Гжегож Бженджишчикевич. – Молчать! Ганс! [Немецкий офицер пытается записать имя задержанного, но имя невыговариваемое, тогда он дает приказ писарю на пишущей машинке напечатать допрос] Ганс. Напечатай его имя. Начать допрос. – Яволь, герр офицер. Имя и фамилия задержанный? – Гжегож. – Как?! – Гжегож. – Так, Гже — гош. Дальше? – Гжегож Бженджишчикевич. – ... Откуда? – Так я Гжегож Бженджишчикевич из Хжоншиживошице, что возле Пшибошева.
  9. — Как вы связаны с Харли Сантос? — Кто сказал, что связан? — Она у вас была. — Ах, да. Супружески. Видите ли, там на воле она не может получить то, что я даю ей здесь. Надеюсь в ее присутствии вы лучше скрываете влюбленность. <...> — Вы считаете, сопротивляться нам в ваших интересах? — Пошел ты. — Спасибо за внимание, заключенный. Удачи в апелляции. — Удачи в любви!
    Роберт Шталь · сериал
  10. — Значит, вы представляете элемент риска для вашего общества? — Да. — Потенциальный предатель? — Не по отношению к моей стране, а только по отношению к режиму.
    Филип Хай · книга
  11. — Славная история, но я как-то связи не вижу. — Мне вам карту нарисовать? Не было там никогда Аль-Башира. Потому-то вы и прибыли. — Мы знали, что он был в Тегеране. Где-то прятался. — Понятно. И до того момента вы не верили, что Аль-Башир связан с Соломоном, не видели связи. — Я знал только то, что видел в Курдистане. Там Соломон был. — У меня вопрос. «Аль-Башир для них — герой нации. Нам надо было оставить его в покое.» Это ведь вы сказали? — Нет. — А кто? — Не знаю. — И кто командира подстрелил — мы не в курсе?! — Пошёл на хер! — Не забывай, что тут происходит. Это не суд. Ты виновен! И я уже знаю конец твоей блядской истории! — Мы здесь не за тем, чтобы его мордовать! Отпусти его. На этот счёт у нас есть чёткий приказ. Я просто хочу добраться до сути. И сделать это чисто. — Ладно. Расскажите, как вы нашли бомбу в Тегеране.
  12. — В котором часу вы ушли из студии? — Мы закончили в шесть, и я пошла домой. Я приготовила ванну, налила бокал вина, включила музыку, потом выскользнула из шелкового халатика и пена покрыла каждый сантиметр моего тела. — Вау... — А вы, мистер Хастинкс? — Аналогично. — Тоже принимали ванну с пеной? — Нет, ушел сразу после съёмок.
    Хавьер Эспозито · сериал
  13. Техника любого допроса проста: предъявлять подобные обвинения одно за другим. Делается это и для того, чтобы запугать, и в надежде, что один из выстрелов попадёт в цель.
    Уильям Валтос · книга
  14. — Итак, у вас сейчас диктатура? — Для безопасности народа. — Вы на самом деле верите в это? — Нет, но я не вижу другого пути сохранить нашу безопасность.
    Филип Хай · книга
20 из 40
Смотрите также